2. Особенности экономического развития в начале 1980-х годов

Пуск четвёртого энергоблока Чернобыльской АЭС. 1983 г.

Неэффективная экономическая система существовала в СССР на протяжении всех лет социалистического эксперимента и функционирования «общественной» собственности на средства производства. Многочисленные попытки рационально «управлять» промышленностью и сельским хозяйством, не отменяя при этом жёсткого государственного контроля и не допуская частной инициативы, оказались безуспешными.

Принято считать, что в последние годы коммунистического правления отечественная экономика существовала в основном за счёт продажи на Запад сырья, на нефтедоллары. Это отчасти верно, т.к. сырьевой экспорт позволял ввозить в страну и зерно, и товары ширпортреба, и то оборудование, без которого СССР не смог бы поддерживать на должном уровне военное производство. Однако заметную роль в решении экономических проблем, особенно связанных с распределением материальных благ, играл внутренний чёрный рынок.

Формы его существования в последние советские годы были многообразны. Действовали немногочисленные, но довольно эффективные – по сравнению с государственными – подпольные частные предприятия, в основном специализировавшиеся на производстве одежды и обуви. Нелегальные владельцы таких заведений – цеховики – добивались высокой рентабельности благодаря эффективной организации труда и использованию сырья, украденного на государственных предприятиях, а также дешёвой (иногда бесплатной – тоже краденой) электроэнергии.

Однако более значимый сектор чёрного рынка был связан не с производством, а с торговлей. Значительная часть дефицитных товаров не поступала на прилавки государственных магазинов; её продавали по повышенным ценам работники торговли. Это было не просто типичной, а почти повсеместной практикой. Возможность купить что­нибудь «с чёрного хода», с переплатой или по знакомству подправляла недостатки, присущие государственной плановой системе распределения.

Нелегальными путями распределялись не только товары, но и услуги. Бесплатное жильё получить можно было лет за десять или пятнадцать – и то далеко не всегда, причём не автоматически, а лишь с позволения начальства. Взятки, обычно немалые, заметно ускоряли процесс. Рядом с бесплатным медицинским обслуживанием, которое могло решить далеко не все проблемы пациентов, существовали и частнопрактикующие (в свободное от официальной службы время, а иногда и прямо в государственных лечебных учреждениях) врачи. Водители государственного транспорта и владельцы собственных автомобилей за деньги занимались таксистским промыслом. Нечто подобное существовало почти во всех сферах.

Парадоксальным образом криминализованные сферы хозяйственной деятельности оказывались не только наиболее прибыльными, но и наиболее эффективными, общественно полезными; без них жизнь не принадлежащего к привилегированным группам советского обывателя была бы намного труднее. Следует также отметить, что советские законы запрещали многое из того, что традиционно считается нормальными формами экономической активности. Государство молчаливо допускало развитие теневого бизнеса; уголовное преследование цеховиков или «расхитителей социалистической собственности» периодически затевалось, но о неотвратимости наказания за подобные деяния говорить явно не приходилось.

Подобные пафосные призывы оставляли равнодушными разочаровавшихся людей...

Судебный механизм запускался по причинам, далёким от стремления к «социалистической законности» (коррупция в правоохранительных органах и судах была повсеместным явлением).

Почти всё население так или иначе зависело от существования нелегальных видов хозяйственной деятельности. Так называемые экономические преступления совершались на каждом шагу. Даже для обеспечения функционирования государственных предприятий, для выполнения пресловутого плана администрации то и дело приходилось нарушать законы.

По некоторым подсчётам, на рубеже 1970–1980-х гг. примерно 30% товаров (в стоимостном выражении) попадало в руки потребителей при посредничестве чёрного рынка (в тех или иных его проявлениях). Следует, правда, иметь в виду, что любые подобные цифры очень приблизительны: вопервых, чёрный рынок по самой своей природе закрыт для статистических исследований; вовторых, подсчитать реальную стоимость произведённого или распределённого в советские времена невозможно изза произвольности ценообразования и отсутствия у тогдашних денег функции универсального эквивалента, позволяющего сравнивать по стоимости кирпичи с сапогами, а турбины с джинсами.

Правозащитник В.Гершуни. После ареста в 1982 г. и медицинской экспертизы помещён в психиатрическую клинику

«Нетрудовые доходы» извлекали очень многие – кто­то благодаря собственной предприимчивости, которая не находила себе легального применения в советских условиях, иные использовали возможность почти бесконтрольно распоряжаться государственным имуществом. Противостоять стихийному и деформированному развитию рыночных (точнее, псевдорыночных) отношений репрессивными методами власть не могла. Более того – не хотела, т.к. весьма многие представители правящей элиты не довольствовались теми льготами и преимуществами, которые считались легальными, и, вовлекаясь в коррупцию, оказывались активнейшими участниками чёрного рынка, наиболее криминальных его секторов.

Таким образом, традиционно неэффективная плановая экономика к концу брежневского правления сосуществовала с экономикой нелегальной (скорее, срасталась с нею, чем конкурировала). Эта проблема была достаточно очевидна более или менее способным к государственному мышлению партийным чиновникам, аналитикам. Менее очевидными представлялись пути выхода из явно неблагополучной ситуации.

Проверочный тест

В начале 1980-х гг. советская экономика:

а) успешно развивалась на основе очередного пятилетнего плана;

б) благодаря умелому маневрированию ресурсами обеспечивала удовлетворение материальных потребностей населения во всё возраставшем объёме;

в) основывалась на переплетении хозяйственных связей и интересов, далеко не всегда вписывавшихся в легальные рамки;

г) функционировала в условиях коррупции, серьёзно влиявшей на жизнь страны.