5. Коллаборационизм

Задание для повторения

Нарушение присяги и переход на сторону противника почти всегда (практически во всех странах и армиях, в различные эпохи) не только считались воинскими преступлениями, но и осуждались общественным мнением. Случались, однако, и исключения. Например, во время Первой мировой войны многие попавшие в российский плен военнослужащие австрийской армии соглашались сражаться на стороне вчерашнего противника, при этом многие соотечественники не считали их предателями и изменниками. Как вы думаете, почему? Чтобы ответить на вопрос, вспомните, к каким этносам, населявшим Австро-Венгрию, принадлежали солдаты и офицеры, согласившиеся нарушить присягу.

Командир партизанского отряда Д.Н. Медведев подводит итоги операции. Ровенская область. 1942 г.

Сотрудничество с оккупантами граждан СССР не стало фактором, определившим исход вооружённого противостояния армий, народов и держав, но всё же было весьма массовым, даже беспрецедентным по масштабам.
На оккупированных территориях под контролем немецких гражданских и военных властей действовали органы самоуправления. В каждой деревне был староста, в городах из местного населения назначались бургомистры, обладавшие, конечно, лишь номинальной властью. Создавались также полицейские отряды из украинцев, белорусов и русских.
На территории Прибалтийских стран права и возможности местного самоуправления были существенно шире, чем в Белоруссии или на Украине. В этих странах жители более лояльно относились к немцам и охотнее шли на службу к ним.
Кое-где командиры Вермахта с молчаливого согласия высшего начальства использовали местных жителей в качестве вспомогательного армейского персонала (переводчиков, стенографисток, шоферов и т.п.).
Во многих случаях речь шла о вынужденном сотрудничестве с нацистами. Староста, пользовавшийся доверием односельчан и внешне лояльный к оккупантам, в какой-то мере мог облегчить для своей деревни бремя реквизиций, иногда даже уберечь жизни соотечественников во время карательных экспедиций. Некоторые старосты и полицаи тайком устанавливали связи с партизанами.
В полицаи далеко не все шли вполне добровольно; далеко не все проявляли чрезмерное рвение на службе нацистам. Стремление прокормить себя и семью вынуждало многих горожан поступать на службу к оккупантам — ведь никакой другой службы не было.
Были, конечно, и те, кто служил немцам не за страх, а за совесть из идейных соображений (ненависть к сталинизму, антисемитизм, сочувствие национал-социалистической доктрине и т.п.). Некоторые мстили — или спешили воспользоваться возможностью дать выход низменным инстинктам.

Каратели из числа местных жителей были причастны к преступным акциям оккупантов. Созданные из украинцев, в том числе эмигрантов, дивизия СС «Галичина» и спецподразделение «Нахтигаль» участвовали в боях с партизанами, в уничтожении мирных жителей. Литовские, латышские и эстонские части сражались против Красной армии на фронте, выполняли жандармские и охранные функции в тылу. Немцы не слишком охотно вооружали граждан СССР, изъявлявших желание воевать против своей страны. При этом в высшем военно-политическом руководстве Рейха не было единого мнения о том, в какой мере полезны и насколько опасны могут оказаться ненемецкие формирования. Тем не менее из пропагандистских соображений (а в конце войны, когда в Рейхе стала всерьёз ощущаться нехватка живой силы, и из соображений практических) русские, украинские, кавказские, казачьи части всё-таки создавались.

Ровенские партизаны

Чаще всего вербовка солдат для таких частей и подразделений велась в лагерях для военнопленных (запись добровольцев на оккупированной территории практиковалась обычно лишь в некоторых районах, населённых неславянскими этносами или казаками). Брошенные собственным правительством, обречённые на медленную смерть от голода и лишений в лагерях, красноармейцы порой видели в предложениях нацистских агитаторов и вербовщиков единственную возможность выжить. Мотивы могли быть и иными: среди служивших под знамёнами Рейха встречались и люди, искренне ненавидевшие сталинизм (некоторые наивно полагали, что победы германского оружия приблизят освобождение Родины от диктаторского режима); и авантюристы или карьеристы; и те, кто надеялся попасть на фронт и перебежать к своим.
Уже в июле 1941 г. по инициативе одного из офицеров штаба немецкой группы армий «Центр», полковника фон Трескова, была создана русская бригада, которую возглавил бывший полковник Красной армии Сахаров. Позднее немцы сформировали казачью часть, командиром которой стал сдавшийся в плен майор Кононов.
В конце 1941 г. Гитлер санкционировал создание построенных по этническому принципу подразделений из военнопленных. В течение года появились туркестанский, азербайджанский, армянско-грузинский и татарский легионы. Их общая численность, по различным подсчетам, составляла от 250 до 300 тыс. человек. Офицеры легионов в большинстве своём были немцами.
Боеспособность этих частей была низкой, дезертирство стало массовым явлением (в некоторых частях — до 10%). С 1943 г. немцы старались использовать подобные формирования по преимуществу в Западной Европе, в том числе для подавления антигитлеровских выступлений покоренных народов.
Русские подразделения и части в 1941—1943 гг. формировались довольно вяло. Тем не менее в 1942 г. пропагандистские ведомства Рейха сочли целесообразным создать хотя бы видимость того, что на стороне нацистов сражаются и представители русского народа.
Попавший в плен после разгрома 2-й ударной армии генерал Власов, другие оказавшиеся в нацистских лагерях советские генералы (Малышкин, Жиленков, Благовещенский, Трухин) составили так называемый Русский национальный комитет, призванный стать ядром воюющей на стороне немцев Российской освободительной армии (РОА). Перешедшие на сторону Гитлера генералы опубликовали Смоленский манифест, в котором призвали соотечественников способствовать падению сталинского режима и становлению нового порядка — «без капиталистов и большевиков».
Манифестов, воззваний и комитетов было много и после этого, но нацистское руководство не спешило с формированием боеспособной РОА. Гитлер и некоторые другие вожди Рейха не доверяли Власову и не сочувствовали его стремлению объединить все составленные из советских граждан части и подразделения под общим командованием. Это понятно: ведь численность принесших присягу Рейху жителей СССР к концу войны составила около миллиона человек, и у немцев были основания опасаться сосредоточения подобной силы, не слишком лояльной нацистам (было немало случаев контактов легионеров с европейским движением Сопротивления и даже вооружённых антинемецких выступлений).
В итоге весной 1945 г. РОА насчитывала всего 50—60 тыс. военнослужащих. Власовская армия ни разу не принимала участия в боях на стороне немцев. Зато 1-я дивизия РОА (под командованием Буняченко) и присоединившаяся к ней часть, которой руководил полковник Сахаров, приняли участие в освобождении Праги от нацистов. В чешской столице 5 мая 1945 г. началось народное антинемецкое восстание. Войска РОА пришли на помощь инсургентам и разгромили державшие оборону эсэсовские части.
Буняченко и его солдатам пришлось вскоре уйти из города. Через два дня в Прагу вступили части Красной армии, к 11 мая подавившие последние очаги сопротивления.
Руководители РОА, надеявшиеся в союзе с Гитлером свергнуть сталинский режим и в какой-либо форме восстановить российскую государственность, не достигли и не могли достичь своих целей — точно так же, как лидеры национальных движений. Нацисты воевали не только против советской власти, но и против народов СССР, и никакая хоть сколько-нибудь самостоятельная Россия — ни большевистская, ни антибольшевистская — Гитлеру была не нужна.

Проверочный тест Советские граждане, сотрудничавшие с немцами и воевавшие на их стороне, чаще всего руководствовались следующими мотивами: а) стремлением отомстить за преступления сталинского режима и способствовать его падению; б) надеждой, что в союзе с Германией на месте большевистской империи удастся создать демократические национальные государства; в) обоснованной уверенностью, что западные союзники поддержат любые антикоммунистические силы; г) желанием сохранить свою жизнь; д) ненавистью к евреям и цыганам; е) стремлением к более последователь- ному осуществлению социалистических преобразований в деревне, к развитию колхозного строя; ж) смутными надеждами перебежать к своим. Выберите, пожалуйста, правильные варианты ответа.