Ограниченный иммунитет.

В отличие от функционального, который ограничивает им­мунитет на основе общего принципа (критерия) —деления деятельности государства на суверенно-властную и частную, ограни­ченный иммунитет не использует формальных критериев, а формулирует перечень конкретных случаев, когда государство не пользуется иммунитетом. Эти случаи могут быть сформулированы самими государствами как на двусторонней, так и на многосторон­ней основе, в том числе универсальной. В отличие от функционального, кото­рый складывался в судебной практике, ограниченный иммунитет может быть создан только основными акторами международных хозяйственных связей — государствами. Доктрина, судебная практи­ка могут при этом играть лишь вспомогательную роль.

Идея и основа ограниченного иммунитета заключается в том, что иммунитет - это право государства, вытекающее из его суве­ренитета, на неприменение к нему иностранной юрисдикции, от которого государство может отказаться как целиком, так и в лю­бой его части. Поэтому задача заключается лишь в создании наи­более точных формулировок случаев и обстоятельств, при нали­чии которых государство не будет пользоваться иммунитетом. Не­смотря на всю сложность, как всякая правотворческая задача, она решаема.

Если государства заинтересованы в развитии нормальных тор­говых и иных экономических связей, ничто не мешает им при заключении торгового договора (эти договоры связывают на дву­сторонней основе практически все государства и создают общую правовую базу для осуществления торгово-экономических отно­шений между ними) сформулировать те случаи, при которых го­сударство, вступая в торгово-экономические отношения с частны­ми лицами, не будет претендовать на иммунитет. То же можно сделать и для более узкой сферы экономических отношений, на­пример при подписании договоров о взаимной защите иностран­ных капиталовложений и т. д.

Удачным опытом создания правовых основ ограниченного им­мунитета на многосторонней (региональной) основе можно счи­тать Европейскую конвенцию 1972 г., заключенную странами — участницами Совета Европы (так как Россия является членом Совета Европы, она вправе присоединиться к Конвенции). Кон­венция закрепляет общий принцип иммунитета государства от иностранной юрисдикции (ст. 15), а также формулирует (ст. 1 — 14) детализированные исключения из этого принципа. Рассмотрим некоторые из них.

Конвенция содержит нормы, которые можно разделить на следующие группы: 1) определяющие форму и условия отказа иностранно­го государства от иммунитета в судах другого государства-участника; 2) устанавливающие виды требований и разбира­тельств, в отношении которых иммунитет иностранному госу­дарству не предоставляется; 3) процессуальные нормы, в част­ности, регламентирующие порядок вручения судебных доку­ментов; 4) нормы, регулирующие исполнение судебных реше­ний; 5) нормы факультативного характера. Конвенция не рас­пространяется на разбирательства относительно социального обеспечения, возмещения ядерного ущерба или вреда, тамо­женных обязательств, налоговых или уголовных взысканий, разбирательств, связанных с управлением государственными морскими судами.

Ст.ст. 1—3 и 12 определяют форму и условия отказа са­мого государства от иммунитета в иностранном суде:

1) если госу­дарство вступает в процесс в иностранном суде в качестве истца или третьего лица, значит, оно признает юрисдикцию этого суда, в том числе и в отношении встречного иска; и наоборот, если го­сударство выдвигает встречный иск, то признает юрисдикцию и в отношении основного иска;

2) если государство ссылается на им­мунитет после того, как вынесено решение по существу, оно не пользуется иммунитетом;

3) если государство вступает в процесс, чтобы заявить о своем иммунитете, то это не может рассматри­ваться как отказ от иммунитета;

4) государство не пользуется им­мунитетом, если оно взяло обязательство признать юрисдикцию иностранного суда в одной из форм: в международном соглаше­нии, ясно выраженным положением в договоре, составленном в письменной форме, ясно выраженным согласием, данным после возникновения спора;

5) если государство дало согласие в пись­менной форме на арбитражное разбирательство спора, то оно не обладает иммунитетом в суде того государства, где осуществлялось или должно было осуществляться арбитражное разбирательство.

Последующие статьи формулируют конкретные дела при на­личии конкретных обстоятельств, в которых государство не может претендовать на иммунитет (как правило, такие обстоятельства связаны тем или иным образом с территорией того государства, суд которого рассматривает дело). Государство не пользуется им­мунитетом в следующих случаях:

1) в делах по договорному обязательству, если согласно кон­тракту оно осуществлялось или должно быть осуществлено на территории го­сударства, где происходит судебное разбирательство;

2) в делах, связанных с трудовым соглашением, работа по ко­торому подлежит исполнению или исполнялась на территории государства суда;

3) в делах, связанных с участием в юридических лицах, если такое лицо имеет свое реальное или официальное место нахожде­ния или свое главное учреждение на территории государства суда;

4) по делам, связанным с деятельностью бюро, агентства либо другого учреждения, через которые государство осуществляет про­мышленную, коммерческую или финансовую деятельность, если такое учреждение находится на территории государства суда;

5) по делам, связанным с недвижимостью, если она находится на территории государства суда;

6) по делам, связанным с иму­ществом, право на которое возникло у государства в результате наследования;

7) по делам, связанным с возмещением ущерба, если он вы­зван фактом, имевшим место на территории государства суда.

Т.о., Конвенция обес­печивает достаточное число оснований для установления юрис­дикции судов государства, где рассматриваются соответствующие дела.

Европейская конвенция содержит нормы, регламентирую­щие порядок вручения судебных повесток и заочных судебных решений. Такие документы вручаются министру иностранных дел государства, против которого возбуждено разбирательство или было вынесено судебное решение.

Одной из особенностей Конвенции является то, что она регу­лирует не только юрисдикционные иммунитеты государств, но также признание и исполнение судебных решений в отношении иностранного государства. Это приводит к определенной сложно­сти конвенционного режима. Иммунитет от приведения к испол­нению иностранных судебных решений, как было рассмотрено выше, является отдельным элементом иммунитета государства, допускающим самостоятельное регулирование. При режиме огра­ниченного иммунитета проблема обеспечения исполнения судеб­ного решения в отношении иностранного государства приобрета­ет дополнительную сложность.

Логически рассуждая, следовало бы признать, что предусмот­ренное Конвенцией право суда в перечисленных случаях прини­мать решение в отношении иностранного государства предполага­ет и право его реализовать. Однако Конвенция разделила эти элементы иммунитета, предусмотрев разное регулирование. Прин­ципиальное значение имеют два положения. Первое исходит из обшей концепции иммунитета: отказ от иммунитета по основани­ям, предусмотренным в ст. 1—13, не означает отказа от иммуни­тета против принудительного исполнения иностранного судебного решения, а также от иммунитета от «охранительных мер в отно­шении имущества» (т. е. принудительных мер по предварительно­му обеспечению иска), «кроме тех случаев, когда государство дало на это свое ясно выраженное согласие в письменной форме». Это положение закреплено в ст. 23 Конвенции: договаривающееся го­сударство не может осуществить принудительное исполнение су­дебного решения в отношении другого договаривающегося госу­дарства.

Второе положение возлагает на договаривающееся государство юридическую обязанность исполнить вынесенное против него су­дебное решение на территории другого договаривающегося госу­дарства при соблюдении некоторых условий.

Согласно Конвенции государство, против которого было вынесено решение, обязано его исполнить. Такое государство вправе не исполнять вынесенное против него решение согласно ст.20 Конвенции лишь в строго ограниченных случаях: 1) оно вынесено по делу, не входящему в круг дел, предусмотрен­ных ст. 1—13; 2) если решение противоречит публичному порядку страны исполнения; 3) решение не окончательно; 4) если разбиратель­ство между теми же сторонами по тому же основанию: а) имеется в производстве суда этого государства и возбуждено первым, б) находится в производстве суда другого участника Европейской конвенции и было возбуждено там первым; 5) если не были соблюдены требования о вручении судебных по­весток, государство не явилось в суд и не принесло апелляцию на заочное судебное решение; 6) неправильно решен вопрос о компетенции; 7) нарушены правила о компетенции, установленные в праве государства-ответчика, либо выбрано применимое право, несоответствующее МЧП государства – ответчика или договору между государством – ответчиком и государством места судебного разбирательства.

Если государство не исполняет судебное решение, сторона, добивающаяся его исполнения, вправе обратиться в суд государства, против которого было вынесено решение. Этот суд должен определить, «следует ли привести в ис­полнение судебное решение в соответствии со ст. 20» (напомним, что в национальном суде государство иммунитетом не обладает). При ратификации, утверждении или присоединении к Евро­пейской конвенции государство-участник должно указать такие компетентные суды. Иными словами, важная особенность дан­ной Конвенции состоит в следующем: для того чтобы принудительно исполнить судебное решение, вынесенное против иностранного государства, заявитель должен обратиться в ком­петентный суд государства, против которого было вынесено решение.

Дополнительный протокол к Конвенции расширил это право: за­интересованная сторона может начать соответствующий процесс по своему выбору либо в суде государства, не выполняющего решение, либо в Европейском суде, состоящем из 7 членов Евро­пейского суда по правам человека.

Таким образом, Конвенция приняла компромиссное решение: сохранив общее правило о невозможности принудительного исполнения иностранного судебного решения, вынесенного против государства, она возложила международно-правовую обязанность на государство исполнить такое решение. В результате национально-правовой механизм исполнения решений иностранного суда был заменен международно-правовым.

Никакие принудительные меры не применяются в отношении собственности иностранного государства, которая находится на территории государства суда. Такие меры могут применяться только при условии, что иностранное государство согласилось на их применение в письменной форме в каждом отдельном случае.

Подводя итоги, можно констатировать, что международ­но-правовое решение вопросов о положении государства в частноправовых отношениях не достигло значительных результатов. Европейская конвенция является наиболее удачным опытом, но и она не получила большого распространения даже в Европе.

Что касается национального права, то оно в принципе не способно решить комплекс проблем, связанных с иммунитетом государства. Иммунитет, как говорилось выше, представляет со­бой две взаимосвязанные стороны; с одной стороны, это право государства на неприменение к нему иностранной юрисдикции, а с другой —это отказ государства от своей юрисдикции в отно­шении иностранного государства. Проблема иммунитета может быть решена тогда, когда ожидания одного государства совпадут с реальностью на территории другого государства. Достижение этого возможно как минимум на двустороннем уровне, т. е. на основе межгосударственного соглашения. Национальные законы, предусматривающие ограничение иммунитета иностранного госу­дарства, прямо нарушают его суверенитет и международно-право­вой принцип суверенного равенства. С точки зрения международ­ного права национальным законом государство вправе лишь огра­ничить свой собственный иммунитет, но не может покушаться на иммунитет иностранного государства.

Европейская конвенция вступила в силу 11 июня 1976 г. В ней участвуют Австрия, Бельгия, Великобритания, Кипр, Люксембург, Нидерланды, ФРГ, Швейцария.

16 мая 1972 г. был подписан Протокол к Европейской кон­цепции. Протокол вступил в силу 22 мая 1985 г. Его участниками являются Австрия, Бельгия, Кипр, Люксембург, Нидерланды, Швейцария.

Организация американских государств, Ассоциация между­народного права также предпринимали попытки кодифициро­вать нормы об иммунитете иностранного государства. Проек­ты этих международных организаций были основаны на теории ограниченного иммунитета государства.