Неотехнологические субкультуры в современном мире

Прежде всего, начиная разговор о различных «неотехнологичных» субкультурах, а также их многогранных проявлениях, необходимо определить, каким из определений понятия субкультуры мы воспользуемся в рамках данной статьи. Классическое определение: «Под субкультурой понимается частичная культурная подсистема “официальной” культуры, определяющая стиль жизни, ценностную иерархию и менталитет ее носителей. То есть субкультура — это подкультура или культура в культуре» (Культурология 1999) — безусловно, применимо, но дает чересчур расплывчатое толкование, недопустимое в рамках рассматриваемой темы. Обратимся к следующим определениям понятия термина субкультура, которыми и будем в дальнейшем пользоваться в качестве базиса.

При информационном подходе субкультура определяется как сочетание социальных феноменов с информационными, где коллективное сознание (несущее в себе духовные ценности) формируется в процессе передачи информации от индивида к индивиду. При эпидемиологическом подходе она уподобляет процессу распространения инфекционной болезни: возбудитель — социальный миф, формируясь в массовом сознании, передается от индивида к индивиду, охватывая массу пораженных (Соколов 1999). Когнитивный подход заключается в представлении о субкультуре как системе познавательных теоретических конструктов, сквозь призму которых воспринимается окружающая действительность (Колесин 1999).

Несмотря на различие подходов к описанию, все они сходны в том, что субкультура определяется как результат некоего возбудителя — явления либо идеи, являющейся ядром (даже несмотря на невозможность определения его в неком пространстве), в ходе развития которого происходит обмен информацией, связанной с ним, его возможное переосмысление и изменение. Восприятие, логика и действия группы, находящейся под его влиянием, диктуется, в первую очередь, заложенной в субкультуре идеей.

В условиях современного общества, насыщенного различными диффундирующими субкультурами и контркультурами¹, невозможно с абсолютной точностью говорить ни о рамках конкретной субкультуры, ни о принадлежности индивидов к одной из них. С другой стороны, выделение основной для рассматриваемого индивида субкультуры по временным, профессиональным, либо любым другим рамкам, удовлетворяющим условиям поиска, при котором внешние воздействия минимальны, дает возможность изучить ее конкретное влияние.

Тема данного исследования: возникновение новых неотехнологических, т.е. связанных с ростом научного потенциала человечества и, как следствие, с ростом технологических возможностей субкультур. Явление зарождения новых субкультур не является прерогативой неких временных рамок, к примеру, последнего десятилетия или века, так как рост технологического потенциала человечества происходит безостановочно (по крайней мере, начиная с Верхнего Палеолита).

С другой стороны, субкультуры последних двух десятилетий проявляли себя на фоне бурного технологического роста, а также, что наиболее важно — на фоне появления глобальной информационной сети, что коренным образом повлияло на них.

Следует различать два вида влияния: появление субкультур под действием новых технологических явлений, а также изменение уже существующих.

Почему же следует столь много внимания уделить взаимовлиянию глобальной сети Интернет и культуры человечества? Важность этого явления не следует недооценивать. Во-первых, субкультуры, возникшие под действием, а вернее — в объеме сети, характеризуются максимально возможным стиранием возрастных, социальных, национальных, а также любых других, за редким исключением рамок. Индивид в рамках сети представляет собой единицу, не имеющую никаких связей со своим реальным прототипом, кроме заложенных в нем изначально знаний и социальных качеств, к примеру, манеры общения.

Данный аватар¹ способен в любой вернуться к начальному состоянию (т. е. не имеющему никаких приобретенных в процессе существования в сети связей) и продолжить действие в сети с нуля, фактически новым индивидом.

По результатам исследований (Internet World Stats 2005) количество пользователей сети по данным на 2005 год составило более миллиарда человек, что составило более 16 процентов населения планеты, и продемонстрировало рост практически в 200% по отношению к предыдущему году. При этом на территории России тогда проживало 22 миллиона пользователей.

Развитие глобальной сети привело, как минимум, к двум достойным внимания результатам. Во-первых, к росту глобализации, что особенно явно стало заметно на примере сетевых СМИ, которые, ввиду трудности контроля над ними, а также отсутствия нормативной базы их деятельности, функционируют по своим собственным, практически идентичным для всех областей принципам и законам.

Во-вторых, оно привело к зарождению новой эпохи социальной изоляции, когда общение в среде киберпространства стало вытеснять общение в среде реальной: как в общественной, так и в семейной.

Субкультуры, возникающие в таких условиях, характеризуются максимальным «весом» своего ядра и ослаблением внешних воздействий, вплоть до их практически полной ликвидации. Технический прогресс позволил человеку зарабатывать деньги, а также использовать их для получения благ, находясь в киберпространстве, оставляя за реальным миром лишь вопрос естественных потребностей организма.

Эта динамика относится как к проявлениям субкультур, существующих вне сети, к примеру, традиционным молодежным субкультурам, таким, как панки, хиппи и т.д., так и к субкультурам, возникающим на базе сетевых ценностей, таких как субкультуры пользователей P2P¹ файлообменных сетей или сервисов подкастинга².

Рассмотрим для примера субкультуру хакеров³. Возникшее в начале 70-х годов в Массачусетском Технологическом Институте и получившее особое развитие на ранних этапах развития ЭВМ, а также во время развития глобальной сети Интернет, движение, в основном — среди технически продвинутой молодежи, отличавшейся высоким интеллектуальным уровнем и специализирующейся на решении технических задач, а также задач программирования ЭВМ максимально эффективными путями (назваными ими «хаками») требующими глубоких знаний компьютерной техники. Сегодня это движение превратилось в полноценную разветвленную культуру, включающую как деструктивные ветви, так и ветви, предпочитающие созидание разрушению. Данную среду характеризуют сверхвысокие скорости поступления и переработки информации и постоянная потребность находиться среди себе подобных для корректировки знаний и их обмена.

Общее число представителей данной субкультуры остается неизвестным, что является результатом достаточно свободной формулировки самого понятия «хакер» и неоднозначности самоотнесения. В контексте понимания хакера как сетевого взломщика оно составляет порядка ста тысяч, в то время как к серьезным профессионалам относится не более пяти процентов от этого числа.

Несмотря на то, что представители данной субкультуры стараются не афишировать свое существование, существует несколько школ, обладающих различным официальным статусом. В России, например, к таким школам можно отнести «Гражданскую школу хэкеров». Ее основатель (Илья Владимирович Васильев), известный под псевдонимом Арви, позиционирует школу, в первую очередь, как место подготовки сетевых защитников, хакеров, способных применять свое мастерство исключительно во благо другим.

Данную культуру стоит воспринимать, в первую очередь, как контркультуру — во многих аспектах она противостоит доминирующей. Участниками данной культуры поддерживается принцип «информация должна быть свободной»¹, идущий вразрез с капиталистической системой ценностей и не раз приводивший к уголовному преследованию хакеров.

В 1997 году, с появлением программного обеспечения Napster, появилась новая субкультура, основанная на идее бесконтрольного, высокоскоростного обмена информацией, которой часто становились видео- и аудиозаписи, в большинстве случаев полученные нелегальными способами. Популярность данной обменной сети оказалась столь высокой, что ее пользователями стали более 60 миллионов людей, подключенных к сети Интернет. Компании, заинтересованные в защите авторских прав, отреагировали с задержкой, но все же, несмотря на применявшееся в программном обеспечении средства защиты, они смогли при поддержке властей отследить и предъявить иски нескольким пользователям, а, в дальнейшем — и основателям подобных сетей.

В ответ на это появилось множество сторонних реализаций алгоритмов сетевого обмена, которые позволили восстановить и к текущему моменту во много раз расширить сеть. По данным BPI («Британской звукозаписывающей индустрии») за период 2003—2006 год индустрия потеряла порядка миллиарда фунтов по вине P2P сетей для обмена файлами.

С другой стороны, деятельность обменных сетей привела к появлению материалов (к примеру, фильмов, книг, аудиозаписей) практически всех стран мира в свободном доступе.

Также существует достаточное количество субкультур, которые возникли на стыке двух сред — виртуальной и реальной. В частности, к ним относятся блогерры¹. Несмотря на то, что средствами коммуникации для них являются просторы глобальной сети, основой поступающей информации часто являются события из мира настоящего. За достаточно небольшой период времени существования владельцы блогов создали полноценное сообщество со своими правилами и ценностями, которыми, в основном, стала достоверная, и интересно преподнесенная информация. Интерес к данному сообществу оказался столь высок, что многие информационные агентства оказались в условиях жесткой конкуренции, будучи неспособными доносить до своих клиентов информацию также оперативно и, самое главное, всесторонне освещать то или иное событие.

Чем же обусловлена такая высокая популярность информационных технологий, лежащих в основе всех этих явлений? В первую очередь — в простоте обмена информацией. Так, популярные в сети сервисы Flickr, YouTube, MySpace и Wikipedia способны дать пользователю доступ к фотографиям, видео, близким ему по интересам людям, а также к энциклопедическим материалам с максимальной простотой — за несколько нажатий на мышь. И главное — дать не просто возможность получать, но и возможность вносить свой вклад в построение общей информационной сферы с тем же удобством, что и получать информацию.

Из простоты пользования этими и многими другими сервисами следует второй фактор популярности: все эти технологии направлены на организацию общественного банка знаний. Пользователь фактически платит за услуги сервиса, отдавая часть своих знаний или времени, что позволяет сервису развиваться, в то время как от изначальных организаторов требуется лишь поддержание порядка и решение технических вопросов.

Прекрасным примером среды, основными свойствами которой являются открытость, общность знаний и сотрудничество, является движение OSS¹, достижения которого во многом определили вид глобальной сети на сегодняшний день.

Появившееся на заре возникновения субкультуры хакеров, это сообщество, основанное на идее совместной работы над программными решениями (а затем и над другими областями, начиная от создания электронных устройств и заканчивая методиками приготовления алкогольных изделий), породило платформу, позволяющую на сегодняшний день поддерживать глобальную паутину. Речь идет, в первую очередь, об операционных системах *nix, *bsd, а также веб-сервере² Apache и языках программирования perl, php, python. Несмотря на постоянную конкуренцию со стороны группы компаний во главе с компанией Майкрософт (сторонников закрытой разработки), суммарный процент серверов российского сегмента Интернета функционирует более чем на 80 процентов на открытых ОС и более чем на 90 процентов на открытом веб-сервере Apache (Netstat 2007). Похожие результаты наблюдаются и в других странах, в том числе в Европе и США (Netcraft 2007).

Опыт, полученный членами субкультуры, в результате помог создать проекты, не имеющие отношения к программным средствам. Одним из таких проектов стала Википедия — свободная энциклопедия, расположенная по адресу wikipedia.org. На текущий момент Википедия содержит около 4,6 миллиона статей, из которых 1,3 миллиона на английском языке, каждая из которых имеет в себе перекрестные ссылки на другие статьи, ссылки на внешние материалы. Но основной причиной популярности данной энциклопедии стал не объем материалов, а подход к их сбору и редактуре. Любой пользователь Интернета способен в любой момент времени создать либо подвергнуть редактуре любую страницу энциклопедии. Несмотря на большое количество критики данного подхода, Википедия смогла стать одним из наиболее авторитетных и корректных энциклопедических средств.

Ранее уже было сказано о некоторых проявлениях субкультур в глобальной сети. Несмотря на уровень самоидентификации участников этих субкультур, все они являются представителями более глобальной культуры пользователей сети Интернет. Вопрос, является ли эта культура контркультурой ввиду неприятия большого числа норм мира несетевого, остается открытым. Происходит это в виду неоднозначности неустоявшихся и находящихся на данный момент в постоянном движении связей между виртуальным пространством и реальным миром. Но уже на сегодняшний момент можно отметить, что индивиды, не входящие в субкультуру пользователей сети, становятся менее конкурентоспособными, не способными во многих случая оперативно получать информацию, участвовать в виртуальном процессе работы и общения, и как результат — становятся менее приспособленными к существованию в новом обществе, становящимся все более зависимым от информационных технологий.

Какой же вывод можно сделать из вышесказанного? Во-первых, перед нами происходит появление новой среды обитания индивидуумов — «параллельной реальности» или, как его еще можно назвать, — киберпространства, в котором способен существовать человек, и как следствие, ввиду различия человеческих интересов — появление новых субкультур, имеющих во многом более сложную структуру, чем традиционные ввиду возникновения пограничных ситуаций при взаимодействии с миром реальным и субкультурами в нем представленными, а также молодостью сети Интернет.

Во-вторых, те, кто ранее не причислял себя к участникам многих неотехнологических групп, вынуждены становиться их членами из соображений увеличения конкурентоспособности.

В-третьих, можно сделать вывод, что субкультуры в среде глобальной сети функционируют по тем же базовым принципам и в рамках тех же базовых определений, что и в реальном мире, с той лишь разницей, что ценность многих предметов и понятий изменена с учетом простоты копирования их в виртуальной среде. С другой стороны, эти субкультуры обретают свои ценности, не имеющие прямых аналогов в реальном мире. К группе таких «виртуальных ценностей» можно отнести, к примеру, пропускную способность линий или виртуальные предметы в одной из многопользовательских сетевых игр.

Безусловно, охватить процессы огромной важности, которые будут оказывать все усиливающееся воздействие на процесс социального существования человечества, невозможно в рамках одной, десяти или даже сотен статей. Но, к сожалению, исследованиям сетевых социальных явлений в нашей стране уделяется катастрофически мало внимания, что, в конечно счете, может привести к социальной неконкурентоспособности страны.