24. Политические элиты. Типология элит. Системы рекрутирования элит. Социальная представительность политической элиты.

Основные принципы политического анализа и базовые понятия классических элитистских концепций.

Политический анализ, подобно политическим исследованиям, применяет теории общественных наук и эмпирические методы для предсказания последствий альтернативных политических курсов. Подобно журналистике, политический анализ требует способности собирать информацию и доводить конечный продукт до потребителя. С другой стороны, политический анализ не столь узок, как старая школа общественного управления, и не столь широк, как классическое планирование.

Практика показывает, что для процесса политического анализа очень важными являются следующие ценности: аналитическая честность, ответственность перед клиентом, приверженность индивидуальным концепциям лучшего общества. Конфликты между этими тремя ценностями приводят к этическим проблемам. Обобщенно взаимосвязь роли политического аналитика и его приверженности той или иной ценности можно представить следующим образом: аналитическая честность; ответственность перед клиентом; приверженность собственной концепции добра.Как правило, одна из трех ценностей выбирается основной. Две другие ценности при необходимости могут приноситься ей в жертву. Если же позволяют условия, аналитик должен стремиться к защите всех трех ценностей. Этические проблемы возникают, когда необходимо решать, «сколько» из каждой ценности можно принести в жертву.

Одна из целей общественной политики - защита существенных ценностей. Однако два обстоятельства отвлекают от них внимание. Во-первых, общественная политика является результатом политического процесса, а не прямым отражением каких-либо философских воззрений. Во-вторых, последствия той или иной политики могут быть предсказаны на основе ценностей, связанных с существенными, но не идентичными им. Поэтому оценка политики должна производится на основе так называемых инструментальных ценностей.

Первая такая ценность - политическая осуществимость. Ни одно политическое решение не может способствовать защите существенных ценностей, до тех пор, пока оно не будет выполнено успешно.

Другая инструментальная ценность - достижение благоприятных социально-экономических индикаторов. Такими индикаторами являются, например, валовой национальный продукт; уровни безработицы и инфляции; платежный баланс; уровень преступности; продолжительность жизни; уровень образования. Для оценки каждого из этих показателей существуют различные системы измерения.

Картина распределения властных полномочий в обществе, основанная на буквальном понимании термина "демократия" (власть народа) предполагает недопустимость образования и функционирования отдельных групп или слоев, оказывающих на процесс реализации власти в обществе многократно большее влияние, чем остальные граждане. Однако существуют объективные причины, обусловившие наличие на протяжении всей истории компактных сплоченных общностей, обладающих реальной властью и влияющих на ключевые сферы функционирования государства.

Классическая теория элит

В течение многих веков бесспорной аксиомой политической мысли было то, что власть в обществе распределена неравномерно. Вместе с тем в эпоху буржуазных революций и среди философов, и среди политиков стало преобладать убеждение, что все граждане (или, но меньшей мере, мужчины) могут делить власть поровну. Радикальные критики буржуазного общества XIX века (марксисты, анархисты и др.) считали, что длительный период жизни общества без управляющих и управляемых является не только желательным и возможным, но даже неизбежным.

Однако в конце XIX века подобные взгляды были поставлены под сомнение рядом учёных, которые представили весомые систематизированные аргументы в пользу того, что при любой форме организации управления социумом реальная власть в обществе всегда принадлежит правящему меньшинству. Эти ученые стали основателями теории элит.

Основной постулат классической теории элит ярко выразил один из ее основателей итальянский социолог Гаэтано Моска: "Во всех обществах (начиная со слаборазвитых или с трудом достигших основ цивилизации вплоть до наиболее развитых и могущественных) существуют два класса людей. Первый, всегда менее многочисленный, выполняет все политические функции, монополизирует власть и наслаждается теми преимуществами, которые дает власть, в то время как второй, более многочисленный класс управляется и контролируется первым...".

Итак, элита – это самобытная социальная группа, обладающая монополией на принятие решений, самосознанием и привилегиями. Как правило, элиту образуют люди, наделенные особенными личностными качествами и, прежде всего, волей к власти. В то же время теоретики элитизма всегда подчеркивали, что правящая элита – это не просто совокупность людей, обладающих социально значимыми ресурсами и занимающих высокие государственные посты. В первую очередь, это устойчивая социальная общность, основанная на глубоких внутренних связях входящих в нее индивидов. Их объединяют общие интересы, связанные с обладанием рычагами реальной власти, стремление к ее сохранению и монополизации, единая политическая воля к стабилизации и укреплению позиции элиты как таковой, а, следовательно, и прав-привелегий каждого ее члена. Правящую элиту как социально-политическое образование сплачивают особые ценности, в иерархии которых власть находится на первом месте, элитой вырабатываются собственные нормы, регулирующие внутрисистемные отношения и поддерживающие целостность элиты и ее жизнеспособность.

Можно выделить общие принципы, образующие концептуальную базу классической теории элит, которые предлагали Г.Моска, а также другие Парето авторы данной теории Вильфредо Парето и Роберт Михельс:

1. Политическая власть, как и все социальные ценности, распределена неравномерно.

Для отражения данной позиции В. Парето, предложил присвоить каждому члену общества абстрактные индексы: тому, кто заработал миллионы - 10, тысячи - 6, и т.д. Объединив людей, имеющих наибольшие социальные индексы, мы получим класс, который назовём элитой. Фундаментальная идея здесь проста и убедительна: люди могут быть проранжированы на основании доли благ, которыми они обладают.

2. Люди делятся по существу на две группы: тех, кто имеет “заметную” власть и тех, кто не имеет никакой.

Этот тезис логически не содержится в первом принципе, и в большой степени является спорным. С точки зрения Парето, например, могут существовать средние позиции в пирамиде обладающих властью, т.е. в одном случае человек является источником власти, в другом случае это же лицо действует, подчиняясь чужой воле. В то же время большинство сторонников классической теории элит придерживается дихотомической картины распределения власти.

3. Элита всегда едина и однородна.

Как члены некоторого эксклюзивного клуба, представители элиты хорошо знают друг друга, имеют сходные мотивации к деятельности и обладают идентичными системами ценностей, предпочтений и интересов.

4. Элита - это самодостаточный отдельный сегмент общества.

Конечно, в долгосрочной перспективе всегда имеют место и подъём, и падение элит. Но в относительно короткие промежутка времени представители элиты выбирают своих преемников из привилегированного меньшинства.

5. Элита является автономной.

Данная группа никому кроме себя не подотчётна за свои решения, и все важные социальные вопросы решаются в соответствие с интересами элиты.

Таким образом, ученые представили портрет общества в виде арены постоянного доминирования социально изолированной, постоянно стремящейся к власти элиты над широкими массами.

Современные научные исследования элит, определённых в соответствии с классической традицией, осуществляются в рамках двух основных концептуальных моделей - элитистской и плюралистической. Обе эти модели неразрывно связаны с классической теорией элит: концепция элитизма развивает основные постулаты классиков, концепция плюрализма пытается их опровергнуть.

Элитистский подход к управлению социумом

Ученые - элитисты отстаивают мнение, что в любом государстве, вне зависимости от формы правления, типа политического режима и формы государственного устройства, осуществляется сплочённой автономной элитой. По мнению автора одной из элитистских моделей общества, Райта Миллса, основные направления политики государства определяет властвующая элита, состоящая из руководителей корпораций, высших военных чинов и группы политических чиновников. Представители элиты действуют скоординировано, и основной задачей властвующей элиты является сохранение собственного господства. Некоторые исследователи добавляют к триаде Миллса руководителей крупнейших СМИ, другие – лидеров основных профсоюзов, но это не меняет основ данной теории. Главный вывод остаётся прежним: правительство находится под контролем небольшой группы, “верхушки общества”, большинство из членов которой не входит в правительство и обладает существенным превосходством в богатстве, статусе и т.п. Сторонники другой элитистской модели, авторство которой принадлежит Максу Веберу, концентрируют внимание на назначенных на любом уровне должностных лицах (бюрократах), каждый из которых в сущности является неотъемлемой частью ежедневной работы учреждений. Доминирующим социальным и политическим фактом современности, с точки зрения последователей данной концепции, является подконтрольность всех структур, как правительственных, так и неправительственных, большой бюрократической системе. Таким образом, правящая элита представляется в виде армии чиновников, ежедневно приходящих на рабочие места, деятельность которых является важнейшим фактором в управлении государственными и общественными процессами. Существуют и другие концепции в рамках элитистской парадигмы, и они, точно так же как модели и Миллса, и Вебера, по существу совпадают с базовыми постулатами классической теории элит, важнейшим из которых является существование отдельного правящего класса.

С точки зрения ученых-элитистов, как и основателей теории элит, общество четко стратифицировано. В отличие от классиков современные элитисты отрицают простое дихотомическое деление общества на небольшую правящую группу и всех остальных людей. Наиболее четко данная позиция представлена в модели американского элитиста Р.Д.Патнэма, подразделившего социум на шесть страт в соответствии с критерием обладания властью (понимаемой как влияние на принятие решений, обусловливающее результаты государственной политики):

1. Непосредственно принимающие решения

2. Влияющие на принятие решения

3. Активисты

4. Интересующиеся

5. Голосующие

6. Не принимающие участия

На вершине пирамиды находятся индивиды, прямо вовлеченные в осуществление национальной политики, непосредственные участники. Ниже расположена группа тех, к кому принимающие решения обращаются за советом, чьи интересы и мнения они принимают в расчет, или чьих санкций опасаются. Эта страта может включать чиновников высокого уровня, крупных промышленников, финансистов, крупных военных чинов, лидеров массовых общественных объединений и т.д. Третий слой, намного больший по численности, объединяет граждан, которые принимают некоторое участие в реализации власти – члены партий, бюрократы среднего звена, руководители местных СМИ и др. Следующая группа объединяет людей, для которых политика и власть сродни спортивным зрелищам. Эти люди знают многих ведущих политических игроков, могут обсуждать политические роли и стратегии, но практически не выходят на поле политической активности. Далее в системе Патнэма следуют массы обычных граждан, единственным видом воздействия которых на национальную политику является волеизъявление в кабинах для голосования. И, наконец, на нижней позиции находятся индивиды, которые иногда по собственному выбору, а иногда в результате государственной политики являются объектами, а не действующими фигурами.

Из приведенной выше схемы стратификации социума можно заключить, что, бесспорно, относятся к элите две верхних страты, – именно они представляют собой сплоченную группу людей, которые вершат все важнейшие дела государства и общества.

Плюралистический подход

Основными представителями плюралистического подхода являются американский исследователь Роберт Даль и австрийский ученый Йозеф Шумпетер. По их мнению, ресурсы политической власти, а именно деньги, престиж, доступ к СМИ и др., распределены в обществе настолько широко, что ни у одной группы не может быть влияния, претендующего на звание монопольного. Более того, существует огромное количество учреждений, обладающих властью в той или иной сфере (культуры, обороны, науки и т.д.), а также различных по уровню полномочий (общенациональные, региональные, муниципальные), вследствие чего определить самую влиятельную группу фактически невозможно. Даль определял плюрализм как “вид режима управления государством, при котором власть и руководство общественными делами распределены среди множества организаций и ассоциаций, которые являются достаточно автономными друг относительно друга, а во многих случаях – и относительно правительственных структур”. Политика в этой связи является результатом комплексного политического торга, бесчисленных компромиссов и постоянно изменяющихся альянсов. Плюралисты не утверждают, что все упомянутые выше ресурсы распределены поровну, но они верят в то, что ресурсы в достаточной мере раздроблены между различными группами, поэтому все или почти все интересы могут оказывать влияние на результат политики любого уровня. При этом конкуренция влиятельных групп предполагает борьбу между ними за последователей и сторонников, что влечёт за собой стремление каждой из этих групп отреагировать на потребности своих приверженцев. Данное явление, по мнению плюралистов, обеспечивает представительство интересов почти всех граждан, вовлеченных в политику. Но вместе с тем, по мнению большинства плюралистов, такая борьба интересов существует в основном на локальном уровне. Что же касается наиболее важных политических решений (общенационального масштаба), то здесь плюралисты соглашаются с элитистами в том, что эти решения принимаются небольшой группой, достаточно стабильной по своему составу, обладающей большим экономическим потенциалом.

Инструментально-функциональный подход

Признавая значительный вклад, который сделали как элитисты, так и плюралисты в исследовании структуры общества и механизмов социального взаимодействия, ряд учёных отмечает и слабые стороны данных моделей. Самое общее возражение в адрес плюрализма опирается на очевидное неравенство среди влиятельных групп, результат соревнования которых во многих случаях определяется соответствующими финансовыми ресурсами. Так же вызывает сомнение наличие одинаковой возможности отстаивать свои интересы у лидеров групп и рядовых членов. Элитистские концепции обычно критикуются за то, что в их рамках нельзя выработать механизм дальнейшего развития демократических ценностей.

Как отмечалось выше, классическая теория элит, и, соответственно, элитистский и плюралистический подходы выдвигают критерием принадлежности к элите количество имеющихся в наличии значимых в конкретном обществе ресурсов. В последние десятилетия в политической науке все большее распространение приобретает инструментально-функциональный подход к исследованию элит, не привязанный к трудному в исследовании институту взаимоотношений на основе обладания социально значимыми ресурсами. Сторонники инструментально-функционального подхода фокусируют внимание на статусе и функциях личности в социальных процессах, а также на уровне возможности влиять на принятие решений. В соответствие с данной трактовкой, элита – это круг людей, которые, занимая значимые должности в государственных и частных организациях (в правительственных структурах, экономическом секторе, в партиях, профсоюзах, в военной администрации, религиозных организациях, в системе образования, культуры, СМИ и т.д.), достаточно влиятельны для того, чтобы от них зависело принятие решений и национальная политика. Данный подход предполагает выделение политической, экономической, культурной, СМИ и др. элит. Политическую элиту, к примеру, составляют высшие и средние эшелоны исполнительной власти, парламентский корпус, руководители влиятельных политических партий и общественных движений, экономическую – собственники и руководители крупных предприятий, банкиры, и т.д. в других сферах. Таким образом, налицо удобство инструментально-функционального подхода для структурирования элитного слоя в различных сферах его активности.

Важный аспект теории политических элит - вопрос о механизме их формирования и воспроизводства. Социальная представительность и качественный состав политической элиты во многом зависит от систем их рекрутирования (отбора). Эти системы определяют: кто, как и из какой среды осуществляет отбор, каковы его порядок, критерии и побудительные мотивы. Существуют две основные системы рекрутирования элит - антрепренерская и гильдий. В реальной действительности они в той или иной форме сочетаются, и недостатки одной компенсируются достоинствами другой. Антрепренерскую систему отличают: 1) открытость, широкие возможности для представителей любых общественных групп претендовать на занятие лидирующих позиций; 2) небольшое число институциональных фильтров, то есть формальных требований для занятия должностей; 3) широкий круг участвующих в отборе, в который могут войти все избиратели страны; 4) высокая конкурентность отбора, острота соперничества за занятие руководящих позиций;5) первостепенная значимость личных качеств, индивидуальной активности, умения найти поддержку избирателей. Эта система демократична и наиболее приемлема для людей динамичных, образованных, способных к инновациям. Ее недостатками являются частая смена курса в связи с изменениями в правящей элите, слабая предсказуемость политических решений, конфликты внутри элиты, значительная вероятность выдвижения людей непрофессиональных, склонных к популизму и внешнему эффекту. В целом же, как показывает практика, антрепренерская система наиболее отвечает современным реалиям. Для формирующегося постиндустриального общества основным критерием рекрутирования элиты являются способности, но сохраняют свое значение и факторы происхождения, собственности.

Для системы гильдий характерны: 1) закрытость, отбор претендентов на высокие посты главным образом из низших слоев самой элиты, их медленное постепенное продвижение по ступеням служебной иерархии; 2) высокая степень институционализации процесса отбора, наличие многочисленных фильтров - формальных требований для занятия должности: партийность, возраст, стаж работы, образование, уровень занимаемой ранее должности, положительная характеристика, национальность и т. д.; 3) узкий, относительно закрытый круг селектората, в который, как правило, входят лишь члены вышестоящего руководящего органа или даже один первый руководитель - глава правительства или фирмы, первый секретарь райкома партии и т. п.; 4) тенденция к воспроизводству существующего типа элиты, вытекающая из вышеизложенных характеристик. Система гильдий преобладала в странах тоталитарных. Ее элементы имеются в Великобритании, Японии, Германии и других странах. Действие этой системы может быть проиллюстрировано на примере ФРГ. Система гильдий также имеет свои достоинства и недостатки. К числу ее сильных сторон относятся высокая предсказуемость политических изменений, преемственность политических курсов, малая вероятность внутренних конфликтов. В то же время система гильдий генерирует бюрократизм, порождает консерватизм и конформизм. Без дополнения конкурентными механизмами она ведет к постепенной деградации элиты, ее отрыву от общества и превращению в привилегированную касту, неспособную к эффективному управлению. Собственно, это и произошло в странах социализма, где господствовала номенклатурная система рекрутирования политической элиты - типичный вариант системы гильдий.

В СССР критериями формирования элиты были полнейший идеологический и политический конформизм (так называемая «политическая зрелость»), личная преданность руководству, родственные связи, знание «правил игры» и т. п. Эти и подобные «фильтры» отсеивали наиболее ярких людей, деформировали личность. В СССР, в отличие от многих стран Восточной Европы, не сформировалась сколько-нибудь влиятельная демократическая контрэлита.

Значительная часть нынешней российской элиты имеет номенклатурное прошлое, и находилась на вторых-третьих ролях в советской системе власти. Единственная элитная группа, где сегодня преобладают люди, не входившие прежде в номенклатуру,- это элита бизнеса. Латентным периодом в формировании российской элиты были годы перестройки. Демократизация общественной жизни создала условия для включения советской элиты в новые для нее виды деятельности, которые позволили трансформировать номенклатурный статус в экономический и политический капитал. С начала девяностых годов в правящем слое России произошли следующие изменения: омоложение, снижение доли выходцев из села, широкое рекрутирование интеллектуалов и профессионалов. В результате в нем возрос удельный вес рыночно ориентированных хозяйственников и прагматиков. Эти процессы сопровождались ослаблением идейно-политического размежевания политической элиты. В первые постсоветские годы оно основывалось на противостоянии модернизаторских, либерально-реформаторских, и консервативных, национал-коммунистических элит. Впоследствии демократы-либералы первой волны частично были оттеснены на периферию политической жизни, частично абсорбировались в бюрократически-управленческом слое, сформировавшемся в основном из советской номенклатуры. Значительная часть коммунистической элиты, особенно региональной, несмотря на использование конфронтационной фразеологии, также вошла в бюрократические структуры и перестала быть антисистемной силой. В целом же, несмотря на происшедшие изменения, уровень деловых и нравственных качеств нынешней элиты продолжает оставаться невысоким. При почти полном отсутствии социального контроля над властью это обстоятельство стало одной из существенных причин кризиса российского общества. Группировки, составляющие нынешнюю элиту, рыхлы и аморфны, их раздирают острые противоречия. Имеет место ожесточенная конкуренция между самими группировками. Сложившийся внутри элиты расклад сил не позволяет ни одной из них занять господствующее положение. Наряду с соперничеством различных кланов и группировок внутри элиты проявилась и другая тенденция - к их консолидации для сохранения власти. Об этом, в частности, свидетельствует возникновение в 1996 году так называемой «семибанкирщины» с целью переизбрания Б. Н. Ельцина президентом. Многие группы российской элиты ищут свою политическую и идеологическую идентичность. Это проявляется в неожиданных альянсах, «изменах», отколах, расколах, в трансформации либералов в государственников и национал-патриотов. Слабость российской элиты проявляется и в отсутствии у нее долговременной программы реформ, в попытках механически перенести на отечественную почву основные ценности либерализма. Нынешнее состояние российской элиты позволяет утверждать, что процесс ее формирования еще не завершился. Она не обладает такими необходимыми правящей элите свойствами, как относительная сплоченность, целостность и единство. У большинства составляющих ее групп отсутствует сколько-нибудь широкая социальная база, усиливается тенденция к закрытости, окукливанию элиты. Российская элита сохраняет свое господствующее положение благодаря действию разнонаправленных и преимущественно отрицательно ориентированных факторов - инерции народного послушания власти, социальной апатии населения, его боязни ухудшения ситуации. Становление рыночной экономики и правового государства реально лишь при создании новой системы рекрутирования элиты. Эта система должна основываться на конкурентных началах и институционализации требований к деловым и нравственным качествам руководителей. Лидерство в России: для России во все времена очень важна была фигура лидера и высоко значение личностных составляющих политического процесса. В дореволюционный период выделяют сакральный характер царской власти, которая имела не столько правовую, сколько религиозно-мистическую легитимацию. Советский период принес не только новый тип лидера, но и по-новому поставил проблему его легитимации. Концепция лидерства авторитарного и тоталитарного нельзя наложить на всю эпоху, так как лидеры существенно отличались по своим качествам: харизматичные (Ленин, Сталин, Хрущев) и отсутствие харизмы у остальных (безличность позднеперестроечного периода). С приход Горбачева – революционный с т.з. стиля. В политику вернулась индивидуальность, политика становилась все более публичной (заслуга ТВ). Постперестроечный период привнес новую смену парадигмы лидерства: сменились доминирующие роли, в политике появилось идеологическое разнообразия, блистали политические шоумены (феномен Жириновскго). Впоследствии на смену этому типу пришел новый тип лидера – профессионал-хозяйственник (Лужков). Это не прежний коммунист, как может показаться, это публичный гибкий политик. После августа 1998 мода снова поменялась: стала важна ориентация и четкая политическая позиция лидера, чего у хозяйственника не наблюдалось. С приходом Путина началась новая смена лидерства: публичных шоуменов ельцинской эпохи сменили непубличные, более скромные политики. Социально-политический кризис потребовал от лидеров демонстрации их потенциала (приходится быстро реагировать на изменение ожиданий). Для анализа личности важно оценить: силу, привлекательность и активность. Особенности российского политического лидерства: 1. приобрело некоторые черты, характерные политическим лидерам демократических государств, а с другой — унаследовало черты, свойственные лидерам номенклатурной системы. 2. децентрализация государственной власти, перенос центра политического, экономического и культурного влияния в горизонтальные структуры регионов способствовало значительному возрастанию роли региональных политических лидеров. Новые региональные лидеры отличаются тем, что они выдвинуты населением, стараются общаться с массами, завоевывать их доверие. В настоящее время одной из проблем российского общества стало выявление номинального и фактического политического лидерства.

Особенности российских региональных лидеров: условность разделения лидерства на формальное, т.е. обусловленное должностными полномочиями, официальным статусом, и неформальное, т.е. общественно признанное. Иногда лидер, будучи отстраненным от занимаемой должности, продолжает оказывать влияние на политический процесс в регионе (Э.Россель до возвращения в политику, экс-мэр Владивостока В.Черепков); ярко выраженное автономное поведение руководителя и его окружения; стойкий прагматизм высказываний, политико-идеологических взглядов и политических контактов этих лидеров.

Элита - небольшая, внутренне дифференцированная и неоднородная, но относительно интегрированная группа лиц (или совокупность групп), занимающих руководящие позиции в политических институтах и (или) непосредственно влияющих на принятие властных решений. К элитам в России обычно относят: высшее руководство, партийно-политические и экономические (бизнес-) элиты федерального и регионального уровней.

Основные направления процесса элитообразования в России:

1) разделение позднесоветской элиты на политическую и экономическую элиту (превращение «генералов большой политики» в «капитанов большого бизнеса» позволило стать элите не только «классом правящих», но и «классом собственников»);

2) выделение в качестве республиканской протоэлиты по отношению к СССР и союзному руководству российской контрэлиты во главе с Б.Ельциным, которая автоматически стала правящей элитой России после распада СССР;

3) становление в России региональной элиты (возвращение прежней «царствующей элиты» - первых секретарей обкомов, партийно-идеологических функционеров и т.д. в ходе выборов или неформальных процедур согласования либо приход к власти 2-го эшелона номенклатуры - реально правившей регионом административно-управленческой элиты, (бюрократия 2-го эшелона, директоры, отраслевые секретари обкомов и т.д.).

Специфика федеральной и региональных элит России - в том, что практически все они приобрели очертания партий власти, т.е. устойчивых политико-экономических группировок, консолидированных, как правило, вокруг главы федеральной/региональной исполнительной власти. Будучи жестко иерархичными и персонально ориентир, они действуют, скорее, как эшелон поддержки одного из первых лиц политического истеблишмента. Это предопределяет характер взаимоотношений федеральных и региональных элит, стремление обособиться, негативные ожидания от рекрутирования новых политиков, которые рассматриваются, прежде всего как конкуренты в борьбе за влияние над патроном и лишь затем как возможные партнеры по политической коалиции. Единство «партий власти» достигается через механизмы жесткой функциональной зависимости и должностной соподчиненности во властной иерархии, а также благодаря комплексу неформальных связей и совпадающих интересов на личном уровне. Отношения регулируются целым комплексом формальных и неформальных связей, легитимность которых описывается категориями традиции, негласно установленных, но всеми принимаемых правил поведения. Достижения весомого политического статуса осуществляется не только и столько посредством активной публичной деятельности через выборы, сколько через попадание в государственно-политическую корпорацию. При этом способы рекрутирования новых членов элиты почти целиком зависят от личных предпочтений того или иного должностного лица в иерархии, принимающего решения о государственном (а, возможно, и политическом будущем) патронируемого чиновника или политика. Пути обновления элит в России:1) выборы Президента, депутатов ГД (и хотя эти выборы так или иначе контролируются, возможность проникновения в коридоры власти новых людей все-таки есть); 2) рекрутирование представителей директорского корпуса, предпринимательства. Различаются следующие виды, или уровни политической элиты: высшая, средняя, административная.