(1)Мо­ло­дой отец стро­го вы­го­ва­ри­ва­ет четырёхлет­ней дочке за то, что она вы­бе­жа­ла во двор без спро­су и едва не по­па­ла под ма­ши­ну.

— (2)По­жа­луй­ста, — впол­не серьёзно го­во­рит он крохе, — мо­жешь гу­лять, но по­ставь в из­вест­ность меня или маму.

(3)Сие — не вы­дум­ка фе­лье­то­ни­ста, но под­лин­ный, не­на­ро­ком под­слу­шан­ный раз­го­вор.

(4)Или серьёзно пишут в ста­тье о ра­бо­те эки­па­жа кос­ми­че­ской стан­ции: «Про­из­во­дил­ся забор (!) проб вы­ды­ха­е­мо­го воз­ду­ха». (5)Этот забор не за­ле­тел бы в кос­мос, если бы не стес­ня­лись ска­зать по­про­сту: кос­мо­нав­ты брали пробы. (6)Но нет, не­со­лид­но!

(7)Слы­шишь, ви­дишь, чи­та­ешь такое — и хо­чет­ся снова и снова бить в набат, взы­вать, умо­лять, уго­ва­ри­вать: БЕ­РЕ­ГИСЬ КАН­ЦЕ­ЛЯ­РИ­ТА!

(8)Это — самая рас­про­странённая, самая зло­ка­че­ствен­ная бо­лезнь нашей речи. (9)Когда-то ред­кост­ный зна­ток рус­ско­го языка и чу­до­дей слова Кор­ней Ива­но­вич Чу­ков­ский за­клей­мил её точ­ным, убий­ствен­ным на­зва­ни­ем. (10)Ста­тья его так и на­зы­ва­лась — «Кан­це­ля­рит», и про­зву­ча­ла она по­и­сти­не как SOS. (ll)He ре­ша­юсь ска­зать, что то был глас во­пи­ю­ще­го в пу­сты­не: к сча­стью, есть ры­ца­ри, ко­то­рые, не щадя сил, сра­жа­ют­ся за честь Слова. (12)Но, увы, надо по­смот­реть прав­де в глаза: кан­це­ля­рит не сдаётся, он на­сту­па­ет, ши­рит­ся. (13)Это ока­ян­ный и зло­вред­ный недуг нашей речи. (14)Быст­ро раз­рас­та­ют­ся чу­же­род­ные, гу­би­тель­ные клет­ки — по­сты­лые штам­пы, ко­то­рые не несут ни мысли, ни чув­ства, ни на грош ин­фор­ма­ции, а лишь за­би­ва­ют и угне­та­ют живое, по­лез­ное ядро.

(15)Мы на­столь­ко отрав­ле­ны кан­це­ля­ри­том, что порою на­чи­сто те­ря­ем чув­ство юмора. (16)И уже не в ро­ма­не, а в жизни, в самой обы­ден­ной об­ста­нов­ке, че­ло­век впол­не скром­ный всерьёз го­во­рит дру­го­му: «Я вы­ра­жаю вам бла­го­дар­ность».

(17)Пом­ни­те, у Не­кра­со­ва в Ле­до­ви­том оке­а­не лодка утлая плывёт и мо­ло­дой при­го­жей Тане Вань­ка пе­сен­ки поёт? (18)Хо­ро­шо поёт, со­ба­ка,

Убе­ди­тель­но поёт...

(19)Да, объ­яс­нять­ся в любви не толь­ко сти­ха­ми, но и про­зой надо убе­ди­тель­но, иначе Таня Вань­ке не по­ве­рит.

(20)А меж тем в сот­нях рас­ска­зов, ро­ма­нов, очер­ков, пе­ре­вод­ных и оте­че­ствен­ных, раз­ные люди по раз­ным по­во­дам раз­го­ва­ри­ва­ют так, что ка­жет­ся: вот-вот чи­та­те­ли от­зо­вут­ся зна­ме­ни­тым гро­мо­глас­ным «Не верю!» Кон­стан­ти­на Сер­ге­е­ви­ча Ста­ни­слав­ско­го...

(21)В сотый раз спро­сим себя: кто же дол­жен при­ви­вать людям вкус, чув­ство меры, бе­реж­ное от­но­ше­ние к род­но­му языку? (22)А за­од­но — и ува­жи­тель­ное от­но­ше­ние к че­ло­ве­ку, с ко­то­рым раз­го­ва­ри­ва­ешь?  (23)Кто, если не мы сами?!

(По Н. Галь*)

*Нoра Галь (на­сто­я­щее имя Эле­о­но­ра Галь­пе­ри­на; 1912—1991) — вы­да­ю­щий­ся ли­те­ра­тор, пе­ре­вод­чик ан­глий­ской и фран­цуз­ской ли­те­ра­ту­ры на рус­ский язык.

Ис­точ­ник тек­ста: банк ФИПИ блок №47FB5B

Пояснение. Основные проблемы:

1. Проблема канцелярита. (Что такое канцелярит? Как он влияет на нашу речь? В чём опасность штампов?)

2. Проблема сохранения чистоты нашей речи. (Кто должен прививать людям бережное, уважительное отношение к языку?)

3. Проблема ответственности и уважительного отношения к собеседникам и к языку. (Как соотносится вкус, чувство языка и уважение к людям?)

Позиция автора:

1. Канцелярит — самая опасная болезнь нашей речи; штампы угнетают «живое ядро» языка, они опасны и в живой речи людей, и в речи персонажей литературных произведений.

2. Только мы сами можем привить себе и другим бережное, уважительное отношение к языку.

3. Бережное отношение к языку означает и уважительное отношение к собеседнику; каждый человек несёт ответственность за то, как он говорит и пишет на родном языке.

1. Напишите со­чи­не­ние по про­чи­тан­но­му тексту.

Объём со­чи­не­ния — не менее 150 слов.

(1)Эти трое были живые, смеш­ли­вые, ост­рые на язык. (2)Раз­го­вор шёл о новых кни­гах. (З)Было при­ят­но слы­шать, как эти ре­бя­та, мо­ло­дые стро­и­те­ли, по­ка­зы­ва­ли свой вкус, са­мо­сто­я­тель­ность суж­де­ний. (4)Они знали стихи Бу­ла­та Окуд­жа­вы, уже про­чи­та­ли новый роман Га­б­ри­э­ля Гар­сии Мар­ке­са. (5)Они были в курсе по­след­них филь­мов и пре­мьер, ко­то­рых я ещё не видел, и книж­ных но­ви­нок, о ко­то­рых я ещё по­ня­тия не имел. (6)Они си­де­ли пе­ре­до мной в своих за­мыз­ган­ных спе­цов­ках, но видны были их мод­ные стриж­ки, слова они упо­треб­ля­ли на уров­не наи­выс­ше­го об­ра­зо­ва­ния, раз­го­ва­ри­вать с ними было труд­но и ин­те­рес­но.

(7)Когда они ушли, я обер­нул­ся к про­ра­бу и по­хва­лил его ребят. (8)«По­нра­ви­лись... а Ер­ма­ков, зна­чит, не про­извёл?» — ска­зал он как-то не­при­ят­но-на­смеш­ли­во.

(9)Ер­ма­ков был плот­ник, с ко­то­рым я раз­го­ва­ри­вал до этого, и Ер­ма­ков дей­стви­тель­но «не про­из­вел ». (10)Ни­че­го он не читал, не видел, ни к чему не стре­мил­ся. (11)Был он, оче­вид­но, из тех за­бой­щи­ков «козла», что ча­са­ми сту­чат во дво­рах или ре­жут­ся в карты.

(12)Так-то оно так, и про­раб со­глас­но качал го­ло­вой. (13)Од­на­ко, к ва­ше­му све­де­нию, Ер­ма­ков — зо­ло­той че­ло­век, один из самых чест­ных и доб­ро­со­вест­ных ра­бот­ни­ков. (14)Тот, на кого можно по­ло­жить­ся в любой си­ту­а­ции, сер­деч­ный, от­зыв­чи­вый че­ло­век, ра­бо­ту ко­то­ро­го, кста­ти, можно ни­ко­гда не про­ве­рять. (15)Не то что эти мо­лод­цы, тяп-ляп, кое-как, лишь бы ско­рее. (16)Про­раб го­во­рил об этих троих с подчёрк­ну­тым пре­не­бре­же­ни­ем, он был оби­жен за Ер­ма­ко­ва, и мои оцен­ки за­де­ли его не­спра­вед­ли­во­стью. (17)Позд­нее я имел воз­мож­ность про­ве­рить его слова. (18)Он был прав, удру­ча­ю­ще прав...

(19)Го­да­ми не убы­ва­ю­щая оче­редь стоит в Эр­ми­таж. (20)С утра до ве­че­ра его залы полны го­ро­жан и при­ез­жих из­да­ле­ка. (21)Какая-то часть из при­хо­дя­щих сюда дей­стви­тель­но что-то по­лу­чит для себя, как-то взвол­ну­ет­ся про­из­ве­де­ни­я­ми ве­ли­ких

ма­сте­ров, но сколь­ко зайдёт сюда, чтобы от­ме­тить­ся, чтобы ска­зать, что был в Эр­ми­та­же, для пре­сти­жа, сколь­ко из них сколь­зят рав­но­душ­но-спо­кой­ным взгля­дом, за­по­ми­ная, чтобы знать! (22)Ер­ма­ков, тот во­об­ще не был в Эр­ми­та­же, и в Пав­лов­ске не был, и в Пуш­ки­не. (23)Был в Пе­тер­го­фе, фон­та­ны смот­рел. (24)Огром­ная куль­тур­но-ху­до­же­ствен­ная жизнь та­ко­го го­ро­да, как Пе­тер­бург, про­хо­дит мимо него. (25)Но, может быть, этот от­кро­вен­ный не­ин­те­рес более че­стен, чем фор­маль­ное при­об­ще­ние к куль­ту­ре.

(По Д. Гра­ни­ну*)

* Да­ни­ил Алек­сан­дро­вич Гра­нин (род. в 1919 г.) — рус­ский пи­са­тель, автор мно­же­ства ро­ма­нов, по­ве­стей, эссе, очер­ков.

Ис­точ­ник тек­ста: ЕГЭ 2013, ДВ, ва­ри­ант 3.