180 Восьмая глава

атомами и элементарными частицами. И науками эти две области так и

не стали, хотя до сего дня широко распространены во всем мире. Они

подмечают массу закономерностей, но не пытаются ответить на вопро-

сы <как> и <почему>, или же ответы на эти вопросы вызывают лишь

улыбку.

Не то же самое ли происходит с психологией? Психологи, в общем-

то, знают, как можно повлиять на протекание процессов, отнесенных к

психологическим, но совершенно не могут объяснить, почему то или

иное воздействие приводит к тому или иному результату. Причинами

этого является невозможность современными научными методами изме-

рить то, что относится к категории психологического, будь то душа, мо-

нада, или психика, или ее составная часть: воля, эмоция, память и т. д.

А как же практика, спросите Вы, - ведь есть же практические ре-

зультаты работы психологов? Да, есть. Но практика, увы, далеко не

всегда критерий истины. Астрологи тоже не были бесплодными в

практической области. Но к науке это не имело ни малейшего отноше-

ния.

Итак, главная проблема психологии в том, что нет возможности не-

посредственно работать с объектом исследования. Неизвестно даже,

есть ли этот самый объект. Давайте рассмотрим возможные случаи.

Собственно, таких случаев всего два: объект есть или его нет.

Случай первый: допустим, что нет ничего такого, что может быть

отнесено к категории психического. Есть лишь всяческие электриче-

ские, химические и прочие процессы, протекающие в коре головного

мозга. В этом случае все психические феномены рано или поздно будут

объяснены с точки зрения нейрофизиологии и иже с ней. Вот, кстати,

пример правильного развития науки: нейрофизиология. Она идет от

изучения конкретных, вполне осязаемых вещей, использует специфиче-

ские, только ей присущие приемы и изучает все на своем пути, что

попадает в поле зрения микроскопов. Таков научный путь, и в нейро-

физиологии четко прослеживается <этажность>, т. е. эксперименталь-

ный материал позволяет создать новые этажи теоретической постройки,

а не строить одноэтажные здания каждый раз на новом месте, как это

делают психологи. В первом случае психология начала не с того конца,

зашла не в свою область и никогда не станет наукой, а будет или

лженаукой, как алхимия, или искусством, вроде театрального, к чему

все больше и больше склоняется работа практикующих психологов.

181

Владимир Большаков

Случай второй: существует что-то такое, что принципиально отли-

чается от предметов изучения физики, химии и прочего, некое особое

специфическое <психическое>. Тут два варианта. Либо это область

непознаваемого, божественного, что вполне может быть, но сторонни-

ком такого взгляда я не являюсь; и тогда вообще обсуждать нечего, а

перспективы развития психологии как науки печальны. Либо это спе-

цифическое можно-таки потрогать, т. е. оно существует реально, и то-

гда в один прекрасный момент произойдет изобретение соответствую-

щих приборов, психологи применят их, и всех нас ждут значительные

изменения в образе жизни, сходные по масштабам с теми, которые

произошли вскоре после открытия радиоактивности, электричества,

может быть, даже более значительные. Но в этом третьем случае, ко-

торый дает психологии надежду стать наукой, современные психологи-

ческие гипотезы, скорее всего, не будут иметь сколь-нибудь серьезного

значения.

Лично я склоняюсь к мысли, что ничего специфически психологиче-

ского нет, и что ответ на все вопросы можно получить в рамках изуче-

ния уже существующих, уже известных сил и объектов, по крайней

мере, в обозримом будущем. Может быть, я думаю так потому, что

той же точки зрения придерживаются многие, если не все, известные

психологи, под влиянием которых невольно находятся занимающиеся

этой наукой. В этом случае, по всей вероятности, следует ожидать в

ближайшие годы расцвета практической психологии (наряду с расцве-

том волховства, колдовства, шаманства и прочего лозоходчества вкупе

с отыскиванием по фотографиям местоположения погибших в первую

мировую войну родственников). Различие между первой и последую-

щими в том, что теоретическая психология так долго старалась стать

наукой, что ее практическая ветвь поневоле руководствуется строгими

принципами, и поэтому эффективность психологии намного выше, чем

шаманства, хотя и там удается иной раз заговорить кому-нибудь зубы;

а вреда от психологии несравнимо меньше. В сущности, практическая

психология хороша как социальный механизм, действие которого на-

правлено на оздоровление экологии общества. Что же касается теоре-

тической психологии, то никаких особенных успехов ей предрекать не

приходится, особенно в нашей стране, где, ко всему прочему,

большинство способных и талантливых психологов уйдет или уже ушло