Отсутствие Вопроса

“Невротики, например, таким вопросом задались наверняка. В отношении психотиков этого точно сказать нельзя”

Жак Лакан, Семинар III, стр. 268

Терапевт не всегда может распознать нечто вроде вопроса, который анализант адресует самому себе. Даже после месяцев регулярных встреч, некоторые анализанты вслух ничем так и не интересуются, никогда не говорят о том, что они не понимают или не понимали того, почему они поступали так, как поступали, в определенные моменты времени, а также того, что значат их сновидения, или же почему они реагируют в отношении некоторых вещей определенным образом. В их жизни ничто у них не вызывает вопросов, в их жизни нет ничего необъяснимого, нет никаких подозрительных для них мотивов. Нет никакой пищи для мысли.

Согласно Лакану, желание — это вопрос, и потому вышеописанная ситуация свидетельствует либо о том, что аналитику не удалось создать пространства для того, чтобы желание явило себя в бытии, либо же о том, что желания, каким мы его знаем в неврозе, нет. Желание, человеческое желание, а не то которое мы антроморфически приписывает животным или неодушевленным объектам (например, “белка ищет орехи, которая она сохранила на зиму”, “солнце пытается взойти из-за горизонта”), формируется в языке и только в нём и существует. Оно подчиняется диалектической свойственной языку подвижности:

“Мы забываем, однако, что человеческому поведению свойственна диалектическая подвижность действий, ценностей и желаний — подвижность позволяющая не просто менять каждый момент, но меняться непрерывно … от одних ценностей, к ценностям прямо противоположным… Возможность ежесекундно поставить желание, привязанность, любое, самое значительное человеческое действие под вопрос … является делом настолько обычным, что поразительно видеть, насколько быстро мы об этой возможности забываем.” (Семинар III, стр. 35)

В работе с невротиками мы привыкли наблюдать в течении курса терапии развитие невротических желаний, фантазий, ценностей и убеждений. Конечно же, мы порой приходим в уныние от той инерции, с которой мы сталкиваемся в некоторых сферах жизни невротика, но, возможно, чаще мы имеем дело с невротиком, который удивляется тому, как легко ему/ей удалось сбросить идентичность, отбросить те идеи, которые казались центральными для его/её “личности” еще некоторое время назад. Яростный защитник мачизма вскоре обнаруживает в себе гомосексуальные тенденции, непоколебимый сторонник семьи вскоре порывает со своими родителями, и тд. Одни эго идентификации слабеют, а другие — формируются, а желанию становится позволено следовать своему собственному курсу еще более полно.

Психотик, с другой стороны, характеризуется не только инерцией, но и отсутствием подвижности или диалектики в его/её мыслях и интересах. Одержимый, также, жалуется на то, что его преследуют одни и те же мысли, но обычно в курсе терапии по крайней мере некоторые из его/её идей вскоре меняются, хотя те, что более тесно связаны с симптомом, меняются медленее всего. Тем не менее, психотик повторяет снова и снова одни и те же фразы, в его случае повторение замещает объяснение, нет места для “диалектики желания”.  В психозе человеческое желание полностью отсутствует, так как когда отсутствует структура языка, отсутствует и желание. Где не было вытеснения, где прозрачность не уступила места неясности в отношении собственных мыслей и чувств, что и является следствием вытеснения, нет места и для вопроса, и для удивления. Я не могу поставить под вопрос своё прошлое, свои мотивы, или даже собственные мысли и сновидения. Они просто есть.