§ 16. Барометр власти: от «ясно» к «пасмурно»

Реформы в стране начались в обстановке, казалось, полного согласия и взаимопонимания всех ветвей центральной власти: законодательной, представленной съездом народных депутатов и Верховным Советом РФ, ис­полнительной, персонифицированной в фигуре Президента РФ, который пол­ностью контролировал и направлял де­ятельность федерального правительст­ва, и, наконец, судебной власти (Кон­ституционный суд РФ, Верховный суд РФ, Генеральный прокурор РФ). Вы­ступая 30 декабря 1991 г. с новогодним приветствием, Б. Н. Ельцин заявил, что у власти впервые появилась воз­можность сконцентрировать все внима­ние, всю энергию на России, россиянах, на их проблемах. Ему вторил Председа­тель Верховного Совета РФ Р. И. Хас­булатов, видя в законодательной и ис­полнительной власти две равнодейст­вующие (он это подчеркивал) силы, каждая из которых своим авторитетом должна подкреплять решения другой. Оба лидера были преисполнены уверен­ности в том, что уже 1992 г. принесет ощутимые перемены к лучшему.

Не прошло, однако, и двух недель как руководитель Верховного Совета страны неожиданно для всех в беседе с итальянскими сенаторами заявил, что

«сейчас складывается такая ситуация, когда уже можно предложить Прези­денту сменить практически недееспо­собное правительство». Еще раньше ви­це-президент РФ А. В. Руцкой неодно­кратно выражал неудовлетворение дей­ствиями Е. Т. Гайдара и его правитель­ственной команды. И хотя Б. Н. Ель­цин, защищая правительство, оценил демарш Р. И. Хасбулатова как простой эмоциональный всплеск, в монолите власти появилась видимая всеми тре­щина. Лежали ли в основе инцидента личные амбиции лидеров? Безусловно. У каждого из них были свои, не совпа­дающие между собой, представления о роли двух ветвей власти и о характере их взаимодействия, а также о собствен­ной роли и ответственности за все, что происходит в стране. Ставя себя выше правительства, спикер парламента был убежден, что играет «во много раз более сложную и в чем-то даже спасительную роль». Президент же видел основания считать первым лично себя. Был недо­волен положением и предлагаемыми ему функциями и вице-президент.

Трудности движения к рынку при­дали этим вначале во многом межлич­ностным противоречиям политический характер. Президент и правительство стали центром притяжения сил, кровно заинтересованных в продолжении ра­дикальных реформ и уже выигравших в их ходе. Съезд народных депутатов и Верховный Совет РФ как представи­тельные органы власти, связанные с на­строем избирателей, все в большей сте­пени испытывали на себе давление не­довольных реформами, наиболее по­терпевших от них слоев населения. В поисках виновного Верховный Совет все определеннее возлагает ответствен­ность за неудачи реформ на правитель­ство, Р. И. Хасбулатов при этом под­черкнуто выводит из зоны критики

Президента. Правительство начинает видеть главную причину своих неудач в «деструктивной», «антиреформатор­ской» позиции центральных представи­тельных органов власти. Президент не­которое время стремится играть роль примиряющей силы, напоминая Вер­ховному Совету, что «мы делаем общее дело» и что не следует спекулировать на трудностях первых, «крайне мучительных» шагов реформ. Председатель Верховного Совета, в свою очередь, пыта­ется быть лояльным, заявляя: «...Если у меня появится соблазн критикован. Президента, ялучше уйду из парламеи та». Но по мере того, как усложнялась ситуация в стране, обострялись проти­воречия и между двумя ветвями власти Организованная легальная оппозиция, существующая вне власти, заставляет обычно сплачиваться отдельные власт­ные структуры. Ее же Отсутствие или слабость в условиях углубления проти­воречий в обществе приводит к тому, что роль оппозиционной силы может взять на себя одна из ветвей власти. Запрещение КПСС после августа 1991 г. породило в стране тот «оппозиционный вакуум», который не мог долго оста­ваться незаполненным.

Весна — лето 1992 стали как раз не только ко временем нарастания трудностей ре­формирования страны, но и новым эта пом в углублении конфликта между законодательной и исполнительной властью. Уже в апреле Р. И. Хасбулатов прямо заявляет, что Верховный Совет «в некотором смысле» возглавил оппо­зиционное течение, а Б. Н. Ельцин все больше склоняется к необходимости «переходить от игр с псевдодемократическими ритуалами к президентской республике». В такой обстановке нара­стающего взаимного отчуждения и недоверия 6 апреля начал свою работу VI създ народных депутатов РФ. Несмотря на звучавшую с трибуны жесткую политику в адрес Президента и правительства, съезд принял Декларацию о поддержке экономической реформы в стране. Вместе с тем, социологический опрос показал, что четыре пятых народных депутатов имеют претензии к механизму осуществления реформ и поч­ти две трети не согласны с их социальной ценой. Половина народных избран­ников выражала намерение добиваться корректировки реформ. Это предвещает углубление противоречий в высших шпонах власти. Тем более, что отчет олнительной власти был отложен конец 1992 г. К этому же времени скал срок действия чрезвычайных номочий Президента, ранее пре-гавленных ему V съездом народ-с депутатов РФ. Вырывавшиеся из Б. Н. Ельцина хлесткие фразы тот съезд надо разогнать к чертовой матери», — заявил он, например, на встрече с рабочими г. Череповца в мае 1992 г.) только подливали масла в огонь. Президент, однако, не забывал олнять подобного рода высказы-ия заверениями, что на прямое нарушение Конституции он не пойдет. Л. Хасбулатов подтверждал, что ва исполнительной власти твердо стоит на почве защиты конституционного строя.

В обстановке временного политическго затишья и открылся 1 декабря VII съезд народных депутатов РФ. Он выявил-новую степень разногласий между законодательной и исполнительной властью. Председатель Верховного Совета оценил ситуацию в стране как в тайне сложную, притом ухудшаюсю, взрывоопасную, кризисную», сложенная им программа коррек-овки реформ предполагала приоста­новку падения производства путем его кредитования, приоритетное развитие аграрного сектора экономики, поощре­ние мелкого предпринимательства, формирование баланса различных форм собственности, улучшение усло­вий труда и жизни людей. В итоге это должно было означать отказ от ради­кального штурма рынка и переход к его более длительной осаде. Президент же призывал обратить внимание на первые позитивные сдвиги, не изображать со­стояние экономики только в темных то­нах. Он был по-прежнему уверен в пра­воте избранного курса и брал на се­бя всю ответственность за его резуль­таты. Позднее в «Записках президен­та» Б. Н. Ельцин отметит: «Гайдар как неопытный политик давал заве­рение близкой стабилизации. Понево­ле мне приходилось делать то же са­мое».

На попытки съезда внести измене­ния в Конституцию, ограничивающие полномочия исполнительной власти, Б. Н. Ельцин ответил решительным де­маршем. 10 декабря с трибуны съезда он напрямую обратился к гражданам Рос­сии. Оценив действия законодательной власти как «ползучий переворот» с целью отказа от реформ и обвинив Р. И. Хасбулатова в том, что тот стал проводником курса на восстановление «тоталитарной сов етско-коммунисти-ческой системы», Президент предло­жил съезду назначить на январь 1993 г. всенародный референдум с формули­ровкой: «Кому вы поручаете вывод страны из экономического и политиче­ского кризиса, возрождение Российской федерации: нынешнему составу съезда и Верховного Совета или Президенту России?» Сформулировав свою пози­цию, Б. Н. Ельцин покинул зал заседа­ний, призвав своих сторонников после­довать за ним. Большинство народных депутатов, однако, осталось на своих местах. Съезд продолжил работу.

Не без труда на этот раз удалось до­стигнуть компромисса. В Заявлении Президента и съезда содержалось обя­зательство обеих сторон решать спор­ные вопросы «исключительно консти­туционными методами и способами», отказаться от массовых акций и по­литических действий, связанных с на­силием и конфронтацией. Обе стороны сошлись на необходимости назначить референдум на 11 апреля 1993 г. по ос­новным принципам новой Конститу­ции, а именно: быть ли России прези­дентской или парламентской республи­кой. Соглашение это было ратифициро­вано в виде постановления VII съезда народных депутатов «О стабилизации конституционного строя Российской Федерации». Немалую роль в достиже­нии договоренности сыграла третья ветвь власти в лице Конституционного суда, возглавляемого В. Д. Зорькиным. Съезд не поддержал намерения Прези­дента назначить главой правительства исполняющего обязанности премьер-министра Е. Т. Гайдара, и из несколь­ких предложенных кандидатур в итоге предпочтение было отдано В. С. Черно­мырдину — известному хозяйственни­ку в сфере топливно-энергетического комплекса. В остальном команда реформ осталась прежней, как и убежденность Б. Н. Ельцина в том, что экономические реформы в стране «по­шли по единственно возможному ва­рианту».

Достигнутое на VII съезде народных депутатов соглашение было зыбким «паритетом слабости», по оценке неко­торых аналитиков. Политическая на­пряженность в обществе сохранялась, обоюдное недоверие двух ветвей власти углублялось. Дилемма «или Прези­дент, или съезд», официально сформу­лированная Б. Н. Ельциным на исходе 1992 г., с повестки дня так и не была сня­та. Наличие ее дестабилизировало об­становку в стране, будоражило умы рос­сиян.

Первые месяцы 1993 г во взаимоотношениях законода­тельной и исполни­тельной власти были формально по­священы подготовке к будущему ре­ферендуму. Но к ним уже в меньшей степени можно применить термин «ла­вирование». Скорее, это была пере­группировка сил, предназначенных для открытого политического столкно­вения. Р. И. Хасбулатов выражал со­мнение, что референдум способен ре­шить проблемы реформирования кон­ституционного строя в стране. Мы и без референдума, заявлял он, ввели в действующую Конституцию такие поправки, которые делают ее реально демократической. Б. Н. Ельцин, в свою очередь, видя корень напряжен­ности во «всевластии Советов», реши­тельно парировал: «Я не присягал Конституции с нынешними ее поправ­ками. Эти поправки разрушили баланс властей...» Становилось ясно, что каж­дая из сторон понимает баланс по-сво­ему. Бурные события марта 1993 г. показали это со всей очевидностью. За один месяц страна стала свидетелем сразу двух съездов народных депута­тов, а также второй — после 10 де­кабря 1992 г. — попытки Б. Н. Ель­цина отстранить от власти непокорные законодательные структуры.

Необходимость решения вопроса о назначенном ранее на 11 апреля рефе­рендуме собрала 10 марта народных де­путатов на свой VIII съезд. Отказав­шись от принятых на предыдущем фо­руме компромиссных соглашений трех ветвей власти, в том числе от идеи про­и я референдума, съезд внес свою лепту в нагнетание политических страстей. 20 марта Президент РФ в своем телевизионном Обращении к гражданам и заявил, что суть сложившейся и политической ситуации «в глубоком поречий между народом и прежней большевистской антинародной системой». Он сообщил, что подписал Указ об особом порядке управления до преодоле­ния кризиса, в соответствии с которым на 25 апреля назначается голосование о доверии Президенту и вице-призиденту, а также по проекту новой Констиуции и проекту закона о выборах федерального парламента. Если граждане поддержат Президента, а также вынесенные им проекты конститу­ционных документов, то последние вступают в силу, а съезд и Верховный Совет автоматически лишаются своих полномочий. Вице-президент РФ Руцкой накануне послал письмо президенту, в котором просил его отме­нить свое выступление по телевидению и не подписывать Указ. «Это чревато крупным выяснением отношений в обществе, — писал он, — которое, вполне вероятно, пойдет через применение си­лы. А за силой, как Вам известно, неизбежно следует кровь». Собравшийся в срочном порядке Конституционный суд под. председательством В. Д. Зорькина поздней ночью 22 марта формулирует заключение, что предпринимаемые президентом действия не соответствуют статьям Конституции. Это дало основания срочно собравшемуся 26 марта Съезду народных депутатов оценить случившееся как попытку государст­венного переворота со стороны главы исполнительной власти. На этот случай действовавшей тогда Конституцией была предусмотрена процедура отстране­ния Президента от должности квалифицированным большинством (две трети) народных депутатов РФ.

Так под сводами здания Верховно Совета в Кремле, где заседал съезд, за звучало непривычное не только для слуха россиян, но и для отечественной традиции функционирования власти слово «импичмент» (от англ. Impeachment — порицание, обвинение, привлечение к суду за государственные преступления). Страсти подогрело вы­ступление Б. Н. Ельцина на митинге своих сторонников у Васильевского спуска близ Кремля 28 марта, в хор которого он заявил: «Не им, этим шестистам, решать судьбу России. Я не подчинюсь, я подчинюсь воле народа». Голосование не дало сторонникам от­решения Президента от власти желае­мых результатов. Не получило необхо­димого большинства и предложение объявить недоверие Председателю Вер­ховного Совета. Последовавшая на D съезде борьба завершилась очередные замирением, когда, с одной стороны, было признано недействительным обращение Президента, с другой — при­нято решение о проведении 25 апреля референдума, вопросы которого открь вали перспективу возможных досрочных выборов как Президента, так Верховного Совета. Так был достигнут еще один компромисс. Но он больше на­поминал передышку перед генераль­ным сражением. Каждая из противо­борствующих сторон, нередко отодви­гая на второй план свои прямые госу­дарственные обязанности, продолжала что-то искать. К сожалению, это были поиски путей не столько к примирению и налаживанию совместной работы, сколько к разрешению конфликта в свою пользу.

Документы

Телеграммы в адрес VI съезда

народных депутатов РФ (апрель 1992 г.)

«Поддерживаем стратегию реформ правительства, убеждены в необходи­мости принятия новой Конститу­ции с разделом о президентской республике. Призываем к конструк­тивной работе. Поддерживаем идею досрочного роспуска съезда как несо­ответствующего интересам большин­ства россиян».

Районная организация «Демократическая Россия» г. Заволжье, Нижегородской области

«Власть во главе демократов при­вела к анархии и развалу СССР. Боль­шинство честного трудового народа с этим не согласно и хотят жить в со­циалистическом обществе ленинского типа. В стране сделан переворот де­мократами. Что снова референдум, кто за капитализм, кто за социализм? Почему при таких ситуациях честные депутаты и воины молчат? Винов­ных за развал СССР строго наказы­вать!»

г. Пермь.

«Не голосуйте за антинародную Кон­ституцию, не пропустите царского орла в герб РСФСР».

Захаровы, г. Новосибирск

«Требуем принятия Конституции. Больше прав правительству и Прези­денту РФ. Полностью поддерживаем курс реформ».

Фермер Токарев, г. Красноярск

Телеграммы в адрес VII съезда

народных депутатов РФ (декабрь 1992 г.)

«Господа депутаты, одумайтесь! Вам нужен новый Сталин? Нам нет! Нам не нужны Хасбулатовы, Бабури­ны, Константиновы, Тулеевы! Нам не надо море крови, к которому они зовут, опомнитесь! Нам нужен Президент, парламент, Конституционный суд, сво­бода печати. Съезд изжил себя. Отка­житесь от привилегий, уйдите в отстав­ку. Вы способны бороться только за власть. Интересы тружеников вам безразличны. Прошу огласить депу­татам».

Штарев Ю. Г. г. Мурманск

«Спасите страну. Это последний ваш бой. Не доведите народ до булыжника. Правительство Ельцина — Гайдара в отставку. Нет опричникам, нет грабе­жу, нет ваучеризации, нет купле-про­даже земли».

Миронова А. И. г. С.-Петербург

Верен ли курс реформ? (Материалы социологических опросов среди участников VII съезда народных депутатов, проводимых 1—6 декабря 1992 г.)

Мнения о курсе правительства	«Рос­сий­ское единст­во»	«Союз созида­тель­ных сил*	«Демок­ратиче­ский центр»	«Коали­ция ре­форм»	Всего
1. Курс в прин­ципе пра-вильный, он требует лишь последовате­льной реали­зации	1,8	12,5	11,9	48,9	12,5

но необходи мы его до вольно серь езные кор ректировки

3. Курс в це

произведен пые коррек тировки де лают приемлемым

4. Курс в прин ципе невер ими

5. Затрудни­лись отве тить

36,8 в	66,7	83,1	46,7
3 10,5	2,1	1,6	—
49,1	14,6	3,4	2,2
1,8	4,2	_	2,2

54,4

5,5

25,8

1,3

Что предпринять дли преодоления политического кризиса?

Мнения депутаток 0 необходимых мерах	Блок «Рос­сий­ское единст­во*	Блок «Союз созида­тель­ных сил»	Блок «Дс-мокра-тиче-ский центр»	Блок «Коа­лиция ре­форм»	Всего
1. Внести соот-
ветствующие
изменения В
Конституцию
РФ	12,3	12,5	13,6	—	11,0
2. Устранить раз-
ногласия в про-
цессе перегово-
ров	64,9	60,4	62,7	71,1	64,4
3. Использовать
меры, предус-
мотренные в
случае нару-
шения Консти-
туции РФ	17,5	22,9	20,3	28,9	20,7
4. Другая пози-
ция	3,5	2,1	1,7	—	2,4
5. Затруднились
очистить	-	—	1,7	— 1	0,4