4.3.2. Категориальные силлогизмы

Категориальный силлогизм включает две квалифицированных посылки, имеющие общий терм: каждая формулирует теоретико-множественную связь между двумя термами ( первым и вторым, вторым и третьим), и заключение состоит в определении связи между первым и третьим термом. Например:

посылки: все А суть В, все С суть В

заключение: нельзя сделать заключения о связи между А и С.

В категориальном силлогизме каждая из посылок может характеризоваться:

- ее количеством: всеобщим (все А суть В, никакое А не есть В) или частным (некоторые А суть В, некоторые А не есть В).

- ее качеством: утвердительным (все А суть В, некоторые А суть В) или отрицательным (никакое А не есть В, некоторые А не есть В).

Различают разные формы силлогизмов в зависимости от количества и качества посылок, а также от того, находится ли средний член (тот самый, который появляется в двух посылках) в позиции субъекта или предиката. Некоторые их этих форм позволяют сделать заключение, другие - не позволяют.

Изучения категориальных силлогизмов относится к числу самых старых исследований, касающихся рассуждений. Первые работы, остающиеся актуальными и поныне, восходят к Зельцу (Sells, 1936), который обнаружил то, что принято называть эффектом атмосферы, а именно феномен, положивший начало спорам о логическом или алогическом характере дедукций в естественных рассуждениях. У Кэро-на (Сагоп, 1983) и Политцера (Politzer, 1993) вы найдете описание этого феномена и очень интересные критические соображения по данному вопросу.

Эффект атмосферы также кратко изложен в работе Бегга и Денни (Begg, Denny, 1969):

1) если по крайней мере одна посылка является частной, то заключение также является частным, в противном случае оно всеобщее;

2) если по крайней мере одна посылка является отрицательной, то заключение также отрицательное, в противном случае оно утвердительное (по Evans, 1982).

Если именно эти правила лежат в основе рассуждения, трудно защищать тезис о том, что люди рациональны в своих рассуждениях. Разумеется, что это исследование имело своим источником язык противоречий. Мы не будем задерживаться на деталях: в работе Эванса (Evans, 1982), которую мы считаем образцовой, они прекрасно изложены.

Чапмэны (Chapman, Chapman, 1959), подвергнув критике методологию и выводы Зельца, предложили для объяснения ошибок два других принципа рассуждения, которые, будучи во всех отношениях недозволенными, оказываются менее иррациональными.

Первый — это конверсия термов: «все А суть В» конвертируется в «все В суть А».'Этот принцип позволяет объяснить ошибки, которые Зельц приписывал эффекту атмосферы. Так, исходя из посылок «все А суть С» и «все В суть С», делают заключение — согласно этому принципу — «все А суть В» (из-за конверсии «все С суть В»).

Второй принцип — это вероятностное умозаключение: если два объекта имеют общие качества или эффекты, то у них есть все шансы быть одним и тем же; если они не имеют ничего общего, то мало правдоподобно, что они суть одно и то же.

Как на это замечает Эванс (1982), этот принцип также предсказывает ошибки, объяснимые и при помощи эффекта атмосферы, но дает им другую интерпретацию.

Чапмэны используют только невалидные силлогизмы и, в отличие от Зельца (испытуемые которого оценивали законченные силлогизмы), предъявляют перечень возможных заключений. Их результаты согласуются с выдвигаемыми ими принципами, но одновременно не опровергают и гипотезу Зельца.

Другие исследователи пытались размежевать эти две теории (Begg, Denny, 1969; Revlis, 1975; Dickstein, 1975), но не пришли к какому-либо определенному результату. Эванс заключает по поводу этих работ, что эффект атмосферы и теория Чапмэнов являются совместимыми с данными, полученными в классической парадигме. Современные теории, из-за того, что они придерживаются рационалистической парадигмы, были склонны отдавать предпочтение теории Чапмэнов и модификациям классической парадигмы, тем самым подтверждая ту же точку зрения. Но как объяснить эти различия? Если ошибки происходят из интерпретации посылок, то результаты не должны были бы зависеть от процессов переработки кроме тех, которые касаются лингвистических форм.

Джонсон-Лэрд (Johnson-Laird, 1980) вновь поднял этот вопрос, выдвинув очень интересную идею о том, что испытуемые в своих рассуждениях не используют правила дедукции (кроме самых элементарных правил), но организуют свое поведение соответственно ментальным моделям.

Предполагается, что при чтении посылок испытуемый строит специфическую репрезентацию, совместимую с этими посылками, например, представляет сцену, в которой он связывает воедино между собой элементы таким способом, который отвечает посылкам.

Это конструирование ментальных моделей направляется соразмерно тому, насколько последовательно принимаются в расчет элементы посылок; и не обязательно предвидеть все комбинации, совместимые с этими посылками. Для того, чтобы сделать заключение, испытуемый проверяет и исследует предполагаемые комбинации, а затем конструирует сообщение, совместимое с ними.

Эти заключения могут быть неправомерными, если рассматриваются только некоторые возможные комбинации среди тех, которые совместимы с посылками. Напротив, если конструируются всевозможные сценарии, то приходят как раз к тем же выводам, что и при использовании обычных правил дедукции. При такой интерпретации ошибки происходят из-за того, что рассматриваются только некоторые конфигурации, те, которые проще всего сконструировать.

Рассмотрим пример, который приводит Джонсон-Лэрд (Johnson-Laird, 1980):

все певцы — профессоры,

все поэты — профессоры,

Что можно сказать о певцах и поэтах?

Предположим, что конструируя конфигурацию, совместимую с первой посылкой, испытуемый представляет себе некоторое число певцов, которые являются профессорами, а также других профессоров, которые не являются певцами. Предположим также, что в поисках конфигурации, совместимой со второй посылкой, он полагает, что имеются поэты-профессоры, являющиеся также и певцами: стоит только лишь добавить новый атрибут к элементам, уже во многом определенным. Тогда получаем конфигурацию, представленную ниже:

певец = профессор = поэт

певец = профессор = поэт

певец = профессор = поэт

(профессор)

(профессор)

(профессор)

Формулирование заключения сводится к конструированию сообщения, совместимого с построенной конфигурацией. Для приведенной конфигурации заключение будет следующим: «все певцы суть поэты» и «все поэты суть певцы» — это как раз то самое заключение, которые делают некоторые испытуемые.

Испытуемый может затем перепроверить предписания, сделанные им в построенной конфигурации. Он может обнаружить, что следующая конфигурация точно так же совместима с двумя посылками:

певец = профессор = поэт

певец == профессор = поэт

певец = профессор

профессор =поэт

профессор =поэт

профессор =поэт

Исходя из этой конфигурации, он делает заключение: «некоторые певцы — поэты» и «некоторые поэты — певцы»: именно такое заключение делают некоторые испытуемые.

Наконец, после новой проверки предписаний, испытуемый может рассмотреть следующую конфигурацию, также совместимую с посылками:

певец = профессор

певец = профессор

профессор =поэт

профессор ==поэт

профессор =поэт

Из этой конфигурации он сделает заключение: «никакой певец не том» и «никакой поэт не является певцом». Констати-!>едставить себе конфигурации, со-