Деревянные даосские ритуальные фигурки. Киото. IX в. Н.Э.

Средневековая японская поэзия известна теперь всему миру. Но первая из дошедших до нас стихотворных антологий —«Кайфусо» (751 г.) — представляет собой собрание стихов на китайском языке. Через некоторое время составляется и антология японской поэзии— «Манъёсю», стихи которой были записаны «манъёганой». Эта антология подвела итог многовековому развитию японской поэзии. В «Манъёсю» вошли стихи различных временных пластов: образцы фольклорной и культовой поэзии, авторские сочинения, еще не утратившие связь с народным песенным творчеством. Последние вплотную приблизились и к индивидуальному творчеству. Однако большая престижность китайского языка привела к тому, что после составления «Манъёсю» японские стихи надолго исчезают из сферы письменной культуры. Следующая антология на японском языке — «Кокинсю» — появляется лишь в начале X в. Стихи «Кокинсю» обнаруживают как преемственность по отношению к «Манъёсю», так и многие качественные отличия. Это свидетельствует о непрерывном совершенствовании поэтической традиции, несмотря на долголетнее вытеснение японской поэзии из разряда официальной культуры.

Конечно, главные достижения ждали японскую культуру впереди. Период, непосредственно предшествующий блистательной и вполне самостоятельной средневековой культуре хэйана, был в значительной степени временем упорного и плодотворного ученичества. Тем не менее даже при самых разнообразных заимствованиях японцам удалось сохранить преемственность по отношению к прошлым достижениям собственной культуры. К середине IX в. японская культура, обогащенная иноземными заимствованиями, уже обладала достаточной внутренней энергией для самостоятельного развития.