О Первой мировой войне и мире

Рост империализма в Европе - не случайность. В Европе капиталу

становится тесно, и он рвется в чужие страны, ища новых рынков, дешевых

рабочих, новых точек приложения. Но это ведет к внешним осложнениям и войне.

Никто не может сказать, что Балканская война является концом, а не началом

осложнений. Поэтому вполне возможно такое сочетание снутренних и внешних

конъюнктур, при котором та или иная национальность в России найдет нужным

поставить и решить вопрос о своей независимости.

("Марксизм и национальный вопрос" т.2 стр.360.)

Когда буржуазные дипломаты готовят войну, они начинают усиленно кричать

о "мире" и "дружественных отношениях". Если какой-нибудь министр иностранных

дел начинае распинаться за "конференцию мира", то так и знайте, что "его

правительство"уже отдало заказ на новые дредноуты и монопланы. У дипломата

слова должны расходиться с делом,- иначе какой он дипломат? Слова - это

одно, дело - совершенно другое. Хорошие слова - маска для прикрытия скверных

дел. Искренний дипломат - это сухая вода, деревянное железо.

("Выборы в Петербурге" т.2 стр.276.)

Добренькие слова о мире, прикрывающие решительную поддержку политики

войны и захватов,- кому не известны эти старые-престарые приемы

империалистического обмана масс?

("Еще о Стокгольме" т.3 стр.197.)

Нынешняя война есть война империалистическая. Ее основная цель -

захват(аннексия) чужих, главным образом, аграрных территорий

капиталистически развитыми государствами. Последним нужны новые рынки сбыта,

удобные пути к этим рынкам, сырье, минеральные богатства, и они стараются

брать их везде, безотносительно к внутренним порядкам захватываемой страны.

("О войне" т.3 стр.5.)

Сомнения невозможны. Война была и остается империалистической.

Разговоры о мире без аннексий при готовящемся на деле наступлении лишь

прикрывают грабительский характер войны.

("Вчера и сегодня" т.3 стр.84.)

Высшее командование не поняло, что при новых условиях в России и при

том. что цели войны неясны, невозможно вслепую бросать массы в наступление.

Вышло то, что мы предсказывали: наступление оказалось обреченным на провал.

(Выступления на VI съезде РСДРП(б) т.3 стр.160.)

Оказывается, русские солдаты льют кровь на полях сражения не для

"защиты отечества", не за "свободу", как уверяет нас продажная буржуазная

печать,- а для захвата чужих земель в угоду кучке империалистов.

("Или-или" т.3 стр.20.)

Пока Исполнительный комитет препирался с Временным правительством об

аннексиях и контрибуциях, пока Временное правительство фабриковало "ноты" а

Исполнительный комитет наслаждался ролью "победителя", между тем как война

за захваты продолжаласт по-старому,- жизнь в окопах, действительная жизнь

солдат выдвинула новое средство борьбы - массовое братание. Нет сомнения,

что братание само по себе есть лишь стихийная форма стремления к миру. Тем

не менее, проведенное организованно и сознательно братание може превратиться

в могучее средство в руках рабочего класса для революционизирования

положения в воюющих странах.

("Отставшие от революции" т.3 стр.60.)

Каково же отношение Исполнительного комитета к братанию?...

Вместо братания Исполнительный комитет предлагает солдатам "не

отказываться от наступательных действий, которых может потребовать боевая

обстановка"...

Короче, чтобы добиться мира, нужно наступать и захватывать чужие

"участки".

Так рассуждает Исполнительный комитет.

("Отставшие от революции" т.3 стр.60.)

Приписывать "разруху" на фронте исключительно агитации большевиков,-

значит преувеличивать влияние большевиков. Ни одна партия не в силах поднять

такую тяжесть. Чем объяснить, что наша партия, насчитывающая до 200 тысяч

членов, могла "разложить" армию, а Центральный исполнительный комитет

Советов, объединяющий 20 миллионов граждан, не мог удержать армию под своим

влиянием. Дело в том, что солдаты не хотят воевать, не зная, за что они

воюют, они устали, они обеспокоены вопросом о распределении земли, и т.п.

Рассчитывать, что при таких условиях можно вести солдат на войну, значит

рассчитывать на чудо.

("Выступление на экстренной конференции петроградской организации" т.3

стр.116.)

Что Россия загнана в тупик, что она переживает глубокий кризис, что она

на краю гибели,- это, конечно, верно.

Но не странно ли, что:

1) В России до войны был избыток хлеба, причем мы вывозили его ежегодно

400-500 миллионов пудов, а теперь, во время войны, у нас нехватает хлеба, мы

принуждены голодать.

2) В России до войны государственная задолженность равнялась 9

миллиардам, причем для оплаты процентов требовалось всего 400 миллионов

рублей в год, между тем как за три года войны задолженность доходит до 60

миллиардов, требуя на одни лишь проценты ежегодно 3 миллиарда рублей.

Не ясно ли, что Россия загнана в тупик войной, и только войной?

Но кто толкал Россию на путь войны, кто толкает ее теперь на путь

продолжения войны, как не те же Рябушинские и Коноваловы, Милюковы и

Винаверы?

("Чего хотят капиталисты?" т.3 стр.190.)

Перед нами стоит вопрос о войне и мире.Война уносит и унесет еще

миллионы жертв. Война разоряет миллионы семей. Она нагнала на города голод и

истощение. Она лишила деревню самых необходимых товаров. Война выгодна

только богачам, набивающим карманы на казенных поставках. Война выгодна

только правительствам, грабящим чужие народы. Для такого грабежа и ведется

война. И вот вопрос: как быть с войной, прекратить ее или продолжать дальше,

лезть дальше в петлю, или порвать ее вконец?

("Чего мы ждали от конференции?" т.3 стр.63.)

Сначала революция, потом - мир!

("Логика вещей" т.4 стр.135.)