О классовой борьбе при социализме

Нельзя представлять дело так, что социалистические формы будут

развиваться, вытесняя врагов рабочего класса, а враги будут отступать молча,

уступая дорогу нашему продвижению, что затем мы вновь будем продвигаться

вперед, а они - вновь отступать назад, а потом "неожиданно" все без

исключения социальные группы, как кулаки, так и беднота, как рабочие, так и

капиталисты, окажутся "вдруг", "незаметно", без борьбы и треволнений, в лоне

социалистического общества. Таких сказок не бывает и не может быть вообще, в

обстановке диктатуры пролетариата - в особенности.

Не бывало и не будет того, чтобы отживающие классы сдавали добровольно

свои позиции, не пытаясь сорганизовать сопротивление. Не бывало и не будет

того, чтобы продвижение рабочего класса к социализму при классовом обществе

могло обойтись без борьбы и треволнений. Наоборот, продвижение к социализму

не может не вести к сопротивлению эксплуататорских элементов этому

продвижению, а сопротивление эксплуататоров не может не вести к неизбежному

обострению классовой борьбы.

Вот почему нельзя усыплять рабочий класс разговорами о второстепенной

роли классовой борьбы.

("Об индустриализации и хлебной проблеме" т.11 стр.171.)

Некоторые товарищи поняли тезис об уничтожении классов, создании

бесклассового общества и отмирании государства, как оправдание лени и

благодушия, оправдание контрреволюционной теории потухания классовой борьбы

и ослабления государственной власти.

Нечего и говорить, что такие люди не могут иметь ничего общего с нашей

партией. Это - перерожденцы, либо двурушники, которых надо гнать вон из

партии. Уничтожение классов достигается не путем потухания классовой борьбы,

а путем ее усиления. Отмирание государства придет не через ослабление

государственной власти, а через ее максимальное усиление, необходимое для

того, чтобы добить остатки умирающих классов и организовать оборону против

капиталистического окружения, которое далеко еще не уничтожено и не скоро

еще будет уничтожено.

("Итоги первой пятилетки" т.13 стр.210.)

Что значит классовая борьба вне колхозов, до образования колхозов? Это

значит - борьба с кулаком, владеющим орудиями и средствами производства и

закабаляющим себе бедноту при помощи этих орудий и средств производства. Эта

борьба представляет борьбу не на жизнь, а на смерть.

А что значит классовая борьба на базе колхозов? Это значит, прежде

всего, что кулак разбит и лишен орудий и средств производства. Это значит,

во-вторых, что бедняки и середняки объединены в колхозы, на базе

обобществления основных орудий и средств производства. Это значит, наконец,

что дело идет о борьбе между членами колхозов, из коих одни не освободились

еще от индивидуалистических и кулацких пережитков и пытаются использовать

некоторое неравенство в колхозах в свою выгоду, а другие желают изгнать из

колхозов эти пережитки и это неравенство. Не ясно ли, что только слепые не

могут видеть разницы между классовой борьбой на базе колхозов и классовой

борьбой вне колхозов?

("К вопросам аграрной политики в СССР" т.12 стр.164.)

Громадное воспитательное значение заготовительного кризиса и

шахтинского дела состоит в том, что они встряхнули все наши организации,

подорвали теорию "самотека" и лишний раз подчеркнули наличие классовых

врагов, которые существуют, которые не дремлют и против которых необходимо

крепить силы рабочего класса, его бдительность, его революционность, его

боевую готовность.

Отсюда очередная задача партии, политическая линия ее повседневной

работы: подымать боевую готовность рабочего класса против его классовых

врагов.

("Речь на VIII съезде ВЛКСМ" т.11 стр.70.)

Никогда не будем мы в силах, пока есть классы, иметь такое состояние,

когда можно будет сказать: ну, слава богу, теперь все хорошо. Никогда этого

не будет у нас, товарищи.

("XV съезд ВКП(б)" т.10 стр.331.)