§ 26. Прохирон, Эпанагога, Базилики и их значение.

При Льве Философе (Х век) был закончен пересмотр Юстинианова законодательства и издано новое собрание полного текста законов под названием Базилик. В один состав соединены все 4 части Юстинианова собрания - Институции, Дигесты, Кодекс и Новеллы.

Отметим, что почти половина (97 из 197) постановлений по церковным делам (содержащихся в 1-13 титулах 1 книги Кодекса Юстиниана) не нашли места в Базиликах, потому что были повторены или отменены новеллами Юстиниана, а отчасти также потому, что имели временное или местное значение. Вошли только постановления, касающиеся священных предметов, церковного имущества и брака.

Таким образом, из Юстинианова Собрания законов в Базилики перешли без изменения лишь действующие нормы. Перемены коснулись внешнего расположения материала, который был освобожден от ненужных повторений.

Но... В церковной практике обращались за справками не к Базиликам, а к известному уже Номоканону в XIV титулов, содержащему ссылки на Юстинианово право. То же самое отмечалось и в практике гражданских судов в X и XI вв. Только во второй половине XII века, а именно - при Мануиле Комнине (в 1166 г.) было вменено судьям в обязанность употреблять Базилики. В то же время это применено и к практике церковной через посредство толкований Феодора Вальсамона. ... Почти одновременно с Синтагмой Матфея Властаря (1335 г.) появился частный сборник византийских законов, составленный Арменопулом, бывшим судьей из Солуни (ныне - Фессалоники). Задачей труда было - дополнить и переделать Прохирон Василия Македонянина.

Чтобы не повторяться о тех нормах, которые мы уже затрагивали, - пожалуй для церковного правоведа могли бы представлять интерес титулы о клятве (7 т. 1 кн.), об отпущении рабов на волю (17 т. 1 кн.), о праве убежища (9 т. 2 кн.), о завещании епископов и монахов (4 т. 5 кн.).

Шестикнижие Арменопула было последним значительным и более полным сборником к познанию византийских законов. В этом, считается, его главное достоинство. Он сохранил свою популярность и после падения Константинополя. Со времени освобождения Греции от владычества турок, сборник Армеонпула был признан официальным Кодексом законов, который должен был употребляться в судах королевства Греческого.

С воцарением в Византии в 9 веке македонской династии оживилось изучение права, появилось стремление в его изучении для практического применения. Плодом этого было издание при Василии Македонянине (870-876) практического руководства под названием Прохирон. В нём сохранена и ещё больше развивается религиозная точка зрения на задачу государственного законодательства, и на источник светских законов. Правдой для правосудия составитель называет, согласно пророку Исайи, Закон, данный Богом свыше. Поэтому и руководством к познанию законов служило для него сознание нравственной ответственности перед Богом.

В Прохироне также есть главы, посвящённые делам церковным: а) о завещаниях епископов (титул 24); б) о постановлении епископов и пресвитеров (титул 28); в) о церковных имуществах (т. 15); и др. Например, во 2 титуле говорится, что различие религии или вероисповедания может служить законной причиной для нарушения обручения (п. 3,7); в 5 титуле говорится о браке клириков; в 11 титуле – о брачном разводе.

Для нашего времени – бурного развития «бизнеса» во всех сферах жизни – обратим внимание на следующее: в 26 титуле запрещается займодавцам брать рост, потому что выжимание процентов с должников не согласно с законом божественным (п. 14); (т.33, п.10,11) – лишение наследства: имущество лица, умершего в плену, если никто – ни дети, ни родственники не позаботились выкупить его из плена, - поступает в пользу местной церкви (у нас, ныне, по гражданскому праву, после отделения церкви от государства, всё достаётся безликому государству). Тут же содержится закон о лишении еретиков наследства в имуществе отца или сына (п.13-15,26).⁹¹ В титуле 39 – об уголовных наказаниях содержатся, между прочими, и наказания за религиозные преступления, например: принадлежность к одной из вредных еретических сект – манихейству; принесение языческих жертв; совращение в язычество и суеверие; распространение нечестивых учений. Если мы обратим наш взор на нынешнее время, - то по одному из любых книжных киосков сможем поставить диагноз душевной болезни нашего общества, которое когда-то называлось «Святой Русью».

Вскоре (880-886 гг.) появилось сокращённое руководство к познанию византийских законов – Эпанагога, которое по своим началам имеет много общего с Прохироном. Упомянем лишь некоторые моменты, например: в 7 титуле (п.5,6) епископу предоставляется право принимать жалобы на несправедливости начальников губерний и доносить о них царю. В 31 титуле говорится, что принятие епископства освобождает принявшего от власти родительской, точно также как должность воинского или городского начальника.

(Значение Эпанагоги). Важными считаются первые девять титулов Эпанагоги, где отражён государственный строй Византии и отношение Церкви к государству. Так, во 2 титуле излагается учение о царской власти, в 3-ьем – о патриаршей власти. В т. 4-7 – о различных властях подчинённого (местного) управления, а в 8-9 – излагается учение о церковных властях и должностях

Конечное назначение царской власти состоит, по изображению Эпанагоги, в том, чтобы благодетельствовать; … когда эта деятельность царя ослабевает, то сама природа царской власти извращается. Царь должен исповедовать догматы Православной веры и отличаться благочестием. Царь имеет право и обязанность изъяснять законы.

Итак, по Эпанагоге, Царь есть законодатель, высший правитель и судья людям, а по отношению к Церкви – хранитель благочестия и правоверия. Царь по отношению к подданным пользуется неограниченной властью, но власть эта находит себе предел в религиозном и нравственном законе, установленном верховным законодателем и судьёй – Христом.

Правообразующая деятельность государства не распространяется на область отношений, регулируемых Церковью. В этой области каноны имеют значение обязательного авторитета.

Патриарх, по изложению Эпанагоги, есть живой образ Христа, словом и делом изображающий истину. Задача деятельности Патриарха в том, чтобы сохранить в благочестии и чистоте жизнь тех, кого он принял от Бога,… а также и в том ещё, чтобы неверующих привлечь к вере. Конечная цель его служения – это спасение вверенных ему душ.

Патриарх должен быть учителен, держать себя равно с людьми высокого и низкого общественного положения, быть кротким в правде, обличительным в отношении непослушных; относительно истины и защищения догматов говорить перед лицом царя не стыдясь. Все это относится к вселенскому патриарху Нового Рима. Прочие патриархи суть только местные иерархи.

Царская власть символизирует телесную часть в организме общества, а Церковь – духовную. Поэтому полное единомыслие и согласие между царской и церковной иерархии есть условие мира и благополучия подданных по душе и телу. Положение царя и патриарха в общежитии и их взаимное отношение составляет очень точное изображение византийского церковно-политического идеала⁹². Позже такое воззрение на царскую и патриаршую власть проводилось и в других позднейших церковно-юридических памятниках, например, в грамоте Константинопольского патриарха Антония IV к Русскому великому князю Василию Дмитриевичу, не раз потом было высказываемо другими иерархами восточной Церкви и было принято Русскими в патриарший период, как наследие Византии. Между прочим, Государственный герб – Двуглавый орел – должен бы нам постоянно напоминать о том, что не разделение властей, но симфония/согласие, приводит к порядку в обществе.