Богатая Л.Н. На пути к многомерному мышлению, Печатный дом, 2010. – 372 с

441

уразуметь одну из таких ошибок, чтобы нам тотчас же стала ясной и другая» [7, с. 214]. В приведенном фрагменте шмаковского текста подчеркиваются два момента: во-первых, существование

качественных достоинств отдельных представлений, во-вторых,

условность разложения сложного целого в последовательный ряд частей. Оба эти момента требуют специального прояснения.

Для сопряжения термина качественные различия, входящего в терминологический базис, с которым работал В. Шмаков, с

терминологическим базисом, используемым в данном исследовании,

необходимо еще раз вернуться к уточнению связей между

представлением, термином и смыслом.

Следует напомнить, что работа по достаточно подробному соотнесению смысла, представления и понятия уже была проведена во втором разделе данного исследования. Однако, как было зафиксировано во введении ко всему тексту, соприкосновение с иными авторскими позициями, в данном случае с идеями В. Шмакова,

приводят к углублению, развитию того, что уже продумывалось ранее.

Представление проявляется, фиксируется вербально. Вербальная проявленность осуществляется с помощью терминов и сопрягаемых с ними смыслов.

Можно размышлять о существовании определенной цепочки связей между представлением, термином, смыслом.

В стремлении зафиксировать представление используются те или иные термины, с которым соотносятся те или иные смыслы.

Сказанное можно проиллюстрировать следующей аналогией:

любому строительству предшествует наличие некоторой идеи, для проявления которой формируется соответствующий план. Именно

плану и можно поставить в соответствие представление.

Представление выступает в роли своеобразной виртуальной ментальной конструкции. Различных представлений по поводу одного и того же предмета может быть множество. Эту множественность Шмаков и определяет как количественное разнообразие.

Исследование сложных объектов происходит путем рассмотрения различных представлений об этих объектах. Каждое из представлений

442

проявляется с помощью специфического терминологического базиса,

которому соответствует определенное смысловое множество.

Множество проявленных смыслов позволяет приблизиться к пониманию сути представляемого. В свою очередь, понимание сути

предмета обуславливает проникновение к соответствующей идее.

Если использовать шмаковскую терминологию, то охарактеризовать особенности изучения сложных объектов можно несколько иначе, а именно – исследование сложных объектов осуществляется как в количественной развертке различных представлений, так и в проявлении их качественного многообразия,

отражающего соответствующие качественные достоинства.

Обнаружение новых смыслов, соответствующих тому или иному

представлению (раскрытие представления в его смысловой многоявленности), приводит к формированию определенных количественных накоплений. Каждый элемент из этих количественных накоплений фиксирует то или иное качественное достоинство представляемого. Упорядочивание этих достоинств осуществляется с помощью качественной координаты. Таким образом, по мысли В. Шмакова, представление может иметь различные количественные проявления и качественные достоинства.

Неучитывание качественных достоинств отдельных представлений приводит к плоскостному видению исследуемого сложного целого, к

тому, что сложное представление, получаемое как результат объединения ряда частных представлений, чаще всего оказывается не просто запутанным, но и ведет к возникновению ошибок,

обнаруживающихся при соответствующем анализе. Шмаков подробно описывает механизм возникновения подобных ошибок: «Совокупность посылок связывается с выводом последовательной цепи умозаключений, вытекающих одно из другого. Все эти умозаключения лежат в одном вполне определенном плане, и

мышление переходит от одного заключения к другому по тому же методу, как и при измерении большого расстояния на земной поверхности. Не имея средств непосредственно охватить связь между посылками и выводами, мы как бы разбиваем это интеллектуальное расстояние на ряд более мелких участков, соответствующих отдельным последовательным умозаключениям… Между тем, все это

443

не только противно истине, но и совершенно противоречит действительному механизму нашего мышления» [7, с. 215].

Преодоление возникающих сложностей Шмаков видит в признании принципа организмичности (организмичность – еще один важнейший термин шмаковского терминологического базиса).

Организмичность

С одной стороны, если организмичность рассматривать как проявление антропного принципа, может показаться, что ничего нового в этой связи Шмаковым и не сказано. С другой же стороны,

следует обратить внимание на тот новый оттенок, который приобретает представление об организмичности в шмаковских толкованиях. Этот оттенок можно уловить на примере размышлений В. Шмакова об организмичности сознания: «Сознание построено по закону организма: оно есть одновременно и единство и множественность, сопрягаемое двойственной иерархией частных единств и частных множеств. Это органическое строение одинаково проявляется и во всем его потенциальном целом, и в сочетаниях утвержденных и реализованных частей» [7, с. 211]. Основным законом строения организма Шмаков полагает одновременное сочетание единства и множественности. Именно это сочетание и является отражением организмичности. Оригинальным в шмаковских размышлениях об организмичности является представление о

сопрягаемых иерархиях частных единств и частных множеств.

Пояснить сказанное можно попытаться на примере формирования

концептов.

Тот или иной концепт, развертываемый автором, можно рассматривать как пример существования частного единства,

образованного отдельными представлениями, с помощью которых этот концепт развивается. Соответственно каждое из представлений проявлено множеством смыслов и потому образует некоторое

частное множество. Тем самым концепт предстает некой совокупностью частных единств и частных множеств. Шмаков настаивает на том, что эта совокупность иерархически упорядочена.

Причем имеет место существование двойной иерархии: с одной стороны – иерархии частных единств, с другой – иерархии частных

444

множеств. Формирование иерархии частных единств на рассматриваемом примере можно представить так: для одного и того же концепта, развиваемого различными авторами с помощью различных представлений, формируется некоторое множество

частных единств. Это множество должно быть иерархически упорядочено. Поэтому можно мыслить существование иерархии частных единств. Иерархия частных множеств формируется внутри авторского концепта как иерархическое упорядочивание совокупности смыслов, с помощью которых раскрывается то или иное представление о концепте. Иерархическое упорядочивание предполагает, что каждый элемент соответствующих множеств имеет иерархическую координату, четко иерархически соподчинен.

Таким образом, шмаковское толкование организмичности связано с представлениями о существовании иерархии частных единств и иерархии частных множеств. Для более глубокого понимания соответствующих представлений необходимо подробнее остановиться на размышлениях В. Шмакова об иерархии – одном из важнейших элементов развиваемого им терминологического базиса.

Иерархия

В связи с тем, что точка зрения В. Шмакова по поводу иерархии уже рассматривалась в специальном разделе данного исследования, на данном этапе работы, обращаясь к иерархии как одному из элементов терминологического базиса, в котором развивается концепция

сознания В. Шмакова, достаточно в самых общих чертах отметить то главное, что характеризует соответствующие шмаковские позиции.

В. Шмаков неоднократно отмечал, что одной из глубочайших ошибок, допущенной человечеством в последнем столетии, является,

с одной стороны – забвение идеи иерархии, с другой – преувеличение значения идеи равенства. В частности, он писал: «Идея равенства,

мысль об одинаковости достоинства явлений природы или человеческих существ есть в сущности аскетическое отвержение мира, обеднение его содержания, отрицание всякой самобытной ценности в его бытии…чем выше развит человек, тем яснее он сознает, что неравенство есть первооснова мировой жизни» [7, с. 1819]. Несмотря на то, что идея равенства стала в ХХ веке

445

политическим лозунгом достаточно влиятельных политических сил,

идея иерархичности настойчиво обращала на себя внимание, в первую очередь, через развитие приемов систематизации и классификации,

применявшихся в научных исследованиях. Достаточно очевидным примером тому оказывается систематизация химических элементов,

осуществленная Д.И. Менделеевым. До этого в истории науки проявлением блестящих систематизационных исследований оставалась работа К. Линнея, проведенная по отношению к биологическим видам. Методы систематизации и классификации настолько прочно вошли в научную практику, что именно с классификации явлений, фактов, событий и начинается любая научная деятельность. Широкое применение методов систематизации и классификации, безусловно, способствовало продвижению по пути понимания идеи иерархии.

Новый уровень понимания иерархии, согласно Шмакову, оказался возможным в результате постижения особенностей иерархической организации человека: «Человек есть микрокосм. В его собственном существе имеются соответствия всем планам мирового бытия. Его сознание не есть нечто элементарно простое, а представляет собою целостную иерархию. Потенциально эта иерархия беспредельна, но актуально она сознается лишь в большей или меньшей степени,

соответственно достигнутой человеком степени развития» [7, с. 210].

В приведенном фрагменте шмаковского текста достаточно четко проявлены главные тезисы, с помощью которых Шмаков размышляет об иерархии. В самом общем виде эти тезисы могут быть сведены к следующему.

1.Существует уровневость мирового бытия.

2.В человеке потенциально имеет место возможность сопричастия всем уровням мирового бытия.

3.Человеческое сознание иерархично.

4.Иерархия человеческого сознания беспредельна.

И если принять без дополнительных обсуждений саму идею уровневости мира, то вызывает несомненный интерес то, каким образом Шмаков мыслит иерархичность человеческого сознания.

446

Сознание в концепции В. Шмакова

Самое первое, с чего следует начать, реконструируя шмаковскую концепцию сознания, это обратить внимание на три категории,

которые выступают у автора в роли трех координат, задающих сознанию возможность пространственного развертывания.

Соответствующие категории Шмаков именует категориями Воли,

Чувства (или Мистики), Разума. Относительно категории воли

Шмаков утверждает следующее: «Воля сама по себе есть начало простое и она одновременно и предшествует в бьпии двум категориям, и вытекает из них» [7, с. 219]. Все три отмеченные категории имеют потенциально заложенную способность к иерархическому развертыванию, что и дает основание для возможности рассмотрения их в роли некоторых координатных осей,

с помощью которых задается пространство функционирования сознания. Шмаков пишет: «В каждой из трех психологических категорий сознание может иерархически возрастать, видоизменяясь при этом качественно и органически. Благодаря этому сознание может становиться имманентным с объектами различных иерархических достоинств» [7, с. 210].

Потенциальная иерархичность рассматриваемых Шмаковым категорий сознания иначе определяется автором как иерархия

внутренне скрытая, раскрывающаяся лишь в результатах сознательной деятельности.

Сознание, по Шмакову, эволюционирует, причем соответствующая эволюция осуществляется в каждой из трех категорий. Предлагается даже введение специальных терминов, характеризующих этапы эволюционного развертывания. Шмаков пишет: «Сообразно характерным уровням синархии и этапам эволюции сознания в каждой из его категорий, эзотерическая философия различает следующие основные состояния. В категории воли: Низшая Практическая Воля, Низшая Воля, Высшая Практическая Воля и Высшая Воля, в категории чувства или мистики: Низшая Мистика и Высшая Мистика; в категории разума: Низший Разум и Высший Разум. Эти основные членения сознания целостного человеческого существа предопределены идеей его бытия и не зависят от опыта

447

сознательного развертывания в окружающей среде. Они претворяются из потенциального состояния в актуальное [7, с. 210].

Развивая представления о категориях воли, разума, чувства,

Шмаков отмечает, что категория воли никак не связана с объектами окружающей среды. Другие же две категории «обладают иерархией состояний соответственно иерархии объекта, эти две иерархии параллельны и аналогичны друг другу» [7, с. 210]. По Шмакову, сами категории сознания предстают в неком иерархическом развертывании.

В категории Чувства, в порядке возрастания, Шмаков выделяет –

Восприятия, Чувствования, Переживания, Эмоции, Иерархизм Эмоций и Сущность Эмоций, в категории Разума – Представления,

Понятия, Мысли, Идеи, Законы Идей и Принципы [7, с. 211].

Совершенно очевидно, что способ иерархического развертывания категории Чувства вызывает определенные вопросы. К примеру,

почему чувствования и переживания предшествуют эмоциям или – что есть Иерархизм эмоций и Сущность эмоций? Последовательные толкования категорий сознания в их иерархическом развертывании Шмаков осуществляет в работе «Основы пневматологии». В целях данного исследования нет оснований углубляться в более детальное прояснение отмеченного, но интересно обратить внимание на одно из шмаковских замечаний. Так, говоря о Высшем и Низшем Разуме,

автор подчеркивает, что представленное разделение вовсе не означает,

что Разум может находиться в одном из двух отмеченных состояний,

скорее, каждое из этих состояний имеет бесчисленное множество конкретных возможностей актуализации.

Краткое представление трех категорий сознания, о которых размышлял В. Шмаков, позволяет перейти к анализу способа

функционирования сознания, каким этот способ предстает в соответствующей концепции.

В первую очередь необходимо отметить непрерывное движение,

характерное для сознания. По этому поводу Шмаков пишет: «в своем последовательном ходе сознание движется не только поступательно,

но и колеблется по иерархической координате. Более того, сама поступательность движения утрачивает совершенно первенствующее значение; центр тяжести лежит в иерархичности, а последовательное чередование отдельных умозаключений становится лишь

448

необходимой уступкой, благодаря нашей неспособности сразу воспринять сложные цепи закономерности и причинности» [7, с. 218].

Как следует из приведенного фрагмента, движение сознания, по Шмакову, представляет собой, в первую очередь, колебания в направлении иерархической координаты, при этом важно помнить,

что сама иерархическая координата существует в трех проекциях:

воле, чувстве, разуме. Кроме того, Шмаковым вводится термин

статические иерархии, поясняемый следующим образом: «Приведенные выше по трем категориям основные членения иерархии состояний сознания относятся ко всему целостному существу человека, являются общей схемой его эволюции и могут быть поэтому названы статическими иерархиями» [7, с. 212]. Понимать сказанное допустимо следующим образом: в каждом конкретном сознательном акте может быть в разной степени задействована та или иная категория, при этом возможен существенный прогресс в развитии сознания в направлении одной из категорий с практически отсутствующим ростом в другой. Шмаков подчеркивал, что по отношению к каждой из трех отмеченных категорий «сознание не принимает некоторого ограниченного числа видов, а видоизменяется с дифференциально малыми скачками по состояниям бесконечно развертывающейся иерархии» [7, с. 212].

Возможность иерархического развертывания сознания становится основанием для осознанного освоения космоса «в его целостной иерархии и отдельных иерархических членениях» [7, с. 219].

Любые размышления о сознании окажутся неполными, если оставить в стороне вопрос о соотнесении сознания и мышления.

Шмаковская трактовка отмеченной связи весьма интересна. В

частности, он замечает: «В основе всего мышления лежат способности к синтезу и анализу, т.е. умение изменять иерархический уровень нашего сознания соответственно сложениям встречаемых им объектов в иерархии космоса и органически сопрягать их между собой» [7, с. 218]. То есть, за мышлением закрепляется такая важная функция, как

изменение иерархического уровня сознания в соответствии с

иерархическим уровнем осмысляемых объектов. Или иначе – в

процессе мышления происходит сопряжение иерархических статусов объектов, попадающих в фокус сознания, имеющего, в

449

свою очередь, в каждом конкретном своем состоянии вполне определенное иерархическое достоинство. «В пределе — в

совершенно развитом сознании последовательная цепь сокращается в одно целостное заключение, благодаря чему мышление переходит в созерцание» [7, с. 218]. Шмаков рассматривает созерцание как высший уровень проявления мышления, при котором отдельные акты сопряжения иерархических статусов объектов, на которых фокусируется сознание, происходят практически мгновенно.

Согласно Шмакову, «и представления, и понятия, и мысли, и идеи,

и принципы, в свою очередь, различаются между собой по иерархическому достоинству» [7, с. 215] . Принятие отмеченного утверждения актуализирует вопрос о том, каким образом может быть определено иерархическое достоинство того или иного понятия,

представления или идеи. К сожалению, Шмаков не дает достаточно развернутых пояснений по этому поводу, в качестве ответа косвенного можно рассматривать его практические разработки по символическому анализу двадцати двух арканов Таро [9].

Соответствующий текст чрезвычайно интересен, но требует специальных философских исследований с целью получения более глубокого понимания шмаковских толкований иерархии, сознания,

символа, символических рядов. Несомненно одно: понимание способов иерархического развертывания Шмаков сопрягает с уяснением символических статусов предметов сознания.

В процессе рассмотрения шмаковской концепции иерархического развертывания сознания возникают ассоциации со значительно более поздней по времени своего появления работой Н.М. Амосова,

посвященной обсуждению вопросов об уровнях кодирования информации [1]. Н.М. Амосов рассматривал информационные коды

как системы, благодаря которым осуществляются процессы

соуправления в языке (по Шмакову – синархии). В связи с несомненной значимостью отмеченных рассуждений можно позволить достаточно пространное цитирование основных выводов,

которые формулирует Н.М. Амосов.

«Высший код получается при интегрировании информации,

переданной низшим кодом, т.е. знаки высшего кода представляют

450

собой характеристики определенных систем, образованных из знаков

низшего кода;

·Высший код является более емким, более абстрактным. При переходе к высшему коду большие порции информации заменяются одним знаком кода;

·Выделение знаков высшего кода из порции информации,

переданной низшими кодами, осуществляется не жестко

детерминированным образом;

·Из информации, переданной низшим кодом, можно вывести много высших кодов, если известны способы перекодирования. Обратная процедура невозможна без большой потери информации;

·Полнота информации о системах достигается только в том случае,

когда она включает язык низшего кода; · Чем сложнее система, тем большее число уровней и способов

кодирования информации она включает в себя» [5, с. 36].

Из приведенного фрагмента следует, что Амосов оперирует такими терминами, как низший и высший информационный код, язык высшего и низшего кода, которому соответствуют вполне определенные знаки,

кодирование информации, уровни кодирования информации.

Аналогично Шмакову, с его представлениями об иерархиях категорий сознания, Амосов размышляет об уровнях кодирования информации, которых тем больше, чем сложнее система. У Амосова каждому уровню предопределен свой язык и соответствующие этому языку знаки. Высшие коды Амосова, подобно общим представлениям

Шмакова, возникают при интегрировании информации, переданной с помощью языка низшего кода. Иерархическое начало сознания в концепции Шмакова проявляется в результате обнаружения иерархического достоинства объектов материального мира. Амосов же, оперируя категорией информации, рассматривает различные уровни кодирования информации.

Даже поверхностное соотнесение идей В.А. Шмакова и Н.М.

Амосова свидетельствует о том, что размышления об иерархии имеют очевидную историческую преемственность, которая обнаруживается при всей несхожести используемых терминологических аппаратов и общих теоретических подходов.