3.2. Промыслы и ремесла жителей нашей местности.

3.2.1.Заготовка дров зимой. Жизнь в зимницах. (Из рассказа «Как стать середняком»)

«Зиму 1924 года я снова пилил дрова на Урмане. Накануне Сретения собрались мы человек 20 и по глубокому снегу гуськом друг за дружкой пошли в лес рыть зимницу. Делалось это так. В овраге на бугре рыли котлован и ставили в углах и посредине столбы, за них клали заборник из тонкого леса. Из такого же леса настилали двускатный потолок, он же служил и за крышу, все это засыпалось землей – и жилье почти готово. Внутри делали нары, посредине прохода земля убиралась, а по сторонам под нарами нет, на землю настилали пластины леса, поверх клали хвойные ветки, чтобы помягче было спать, разумеется, все было сырое и мерзлое. В проходе можно ходить не сгибаясь, а на нарах в одних концах даже сидеть нельзя. Над нарами же прикреплялись шесты для сушки одежи, в углу делался очаг, в нем разжигался огонь, вокруг него ставили каждая пара свой чугунок варить себе пищу. Трубы и окон не было, дым, как и холод, шли через дверь. Вот в таком чаду мы жили и работали. Хуже всего было то, что не было часов или хотя бы петуха, поэтому, боясь проспать, вставали кто когда проснется. Рано, до рассвета, готовили завтрак, до света же уходили в делянку, где каждая пара разводила себе огонь, с наступлением рассвета приступали к работе и кончали так же темно. Питались мы с напарником плохо, хлеб с мякиной и картошка, даже соль не всегда была. От такого питания по вечерам с работы, взявши в руки подоги, мы ели брели и всегда говорили хорошо, что под гору идти, иначе кажется, не дошли бы. При этом каждый по пути нес сухую дровину на отопление. Придя в зимницу по шею мокрыми, немедленно растопляли очаг и приступали к варке пустой похлебки или чищеной картошки. Чаще всего из сваренной картошки делали похлебку, это было проще. Согрев воды, раздавливали две три картошины, солили – суп готов. Потом сушили одежду, обувь (лапти). По зимнице передвигались ползком так как было дымно, ужинали при свете того же очага, согнувшись или лежа на нарах, на тех местах кто где спал. Кончив ужин, пожилые люди вспоминали разные случаи из своей жизни нелегкой, иногда рассказывали сказки, анекдоты. Долго не рассказывали, как только догорал очаг, выкидывали головешки, закрывали дверь, ложились в плотную на мерзлые нары и спали в тяжелом, угарном, удушливом от дыхания 20 спящих людей воздухе. Ночью в темноте по малой нужде выходили на улицу на снег босиком. Трудно это писать. А мы в таких условиях жили и работали, теперь молодежи этого не понять».

3.2.2. Изготовление обечайки. (Из рассказа «Учиться работать на земле»)

«Труд обечайника был тяжёлым и нездоровым. Помещение было из нетёсаных брёвен с кругляшовым потолком и двумя – тремя окнами. Почти половину помещения занимала печь, которая топилась по – чёрному, дым выходил через открытую дверь, в результате с улицы шёл холод, рабочие работали одетые. Когда печь протапливалась, в неё закладывали сырые мёрзлые осиновые четвертинки плах длинной полтора метра, печь закрывалась деревянной заслонкой, замазывалась мокрой золой, дверь закрывалась, делалось тепло и рабочий раздевался, а утром печь открывали, извлекали упревшие осиновые плахи, раздирали их на тонкие дощечки, пар заполнял помещение, и рабочие работали нагишом. На работу вставали с 12 – 2 часов ночи, вернее с первыми петухами, так как часы были не у всех. Вместе с работниками трудился и сам хозяин, а кто не имел работника, тому помогала семья – жена, дети, старики. Одним слово это был каторжный труд. Сделав тяжёлую работу, они обечайку продавали купцам – решетникам, тогда как могли бы сами делать решёта. Эта работа лёгкая, прибыльная и её могли выполнять бы старики, подростки, женщины, но всё же не делали.

Тоже самое происходило с изготовкой лыка и мочала, также затрачивали тяжёлый труд, а лёгкую, более прибыльную работу отдавали скупщикам, а могли бы ткать кули, рогожи, из лыка ткать полотна для решёт, но также не делали.

Женщины пряли, ткали из льна и шерсти себе и семье одежду, все ходили в домотканом белье, в домотканых кафтанах, портянках, лаптях, сапоги одевали только по праздникам, и так жили в деревне все. Ни у кого не было занавесок на окнах, не в каждом доме были зимние рамы, подтопки, их заменяли железные печки. Одним словом не жили, а небо коптили».