3. Повышенное осознание

Повышенное осознание похоже на трамплин. Из него можно совершать прыжок в бесконечность. Когда точка сборки оказывается смещённой, она затем либо возвращается в положение, очень близкое к прежнему, либо продолжает двигаться в бесконечность.

Осознание начинается с постоянного давления больших эманаций извне на эманации, заключённые внутри кокона. За счёт этого давления останавливается движение эманаций внутри кокона, которое суть движение к смерти, ибо направлено на разрушение кокона. Такая остановка является первым действием осознания.

Все живые существа стремятся к смерти. Это – истина, в которой видящий не может не отдавать себе отчёта. Осознание же останавливает смерть.

Новых видящих привёл в глубокое замешательство тот факт, что осознание препятствует смерти и в то же время является её причиной, будучи пищей Зиждителя. Это невозможно объяснить, поскольку не может быть рационального способа понять бытие. Видящим не оставалось другого выхода, как только принять то, что их знание основано на взаимоисключающих предпосылках. (Однако это легко объяснить. Если вспомнить всё, что известно об осознании, то следует сделать вывод, что осознание есть та сила, которая, приводя в соответствие внешние эманации и внутренние, делает всё, чтобы расколоть кокон, то есть привести его к «смерти», и одновременно осознание делает всё, чтобы существо находящееся внутри «яйца», смогло вовремя выйти наружу. Другими словами, осознание это сила, при помощи которой человек может родиться из своего энергетического кокона, как новое существо; родиться в новой форме, с другой структурой, с другими возможностями).

На промежуточной стадии, прежде чем окончательно перейти в состояние левостороннего осознания, человек становится способным на огромнейшую концентрацию, но в то же время подвержен любому влиянию.

Переходный период является тем временем, в течение которого процесс обучения становится наиболее эффективным, а само обучение – самым глубоким. Но это также тот период, когда воин должен постоянно находиться под присмотром учителя, получая все необходимые объяснения. Иначе у него возникнут проблемы с самооценкой. Если он вовремя не получит соответствующих объяснений, то, окончательно перейдя в состояние левостороннего осознания, он станет великим магом, но никчемным видящим.

В частности, жертвами соблазнов левостороннего осознания легко становятся женщины-воины. Они настолько подвижны, что могут сдвигаться влево практически без усилий. И часто это происходит слишком быстро, чтобы пойти на пользу.

Осознание есть определённого рода свечение в коконе живого существа. Древние видящие назвали это свечение «свечением осознания», что вполне соответствует сущности явления. Они увидели осознание человека. Это – особая область светимости янтарного цвета, отличающаяся от остальных волокон кокона повышенной яркостью; эта область занимает узкую вертикальную полосу, протянувшуюся по правой стороне поверхности кокона сверху донизу. Древние видящие овладели искусством смещать эту полосу светимости, заставляя её расширяться, захватывая новые участки поверхности кокона, а также погружаться внутрь.

Однако повышенное осознание – всего лишь промежуточное состояние. А за ним – превеликое множество того, о чём невозможно вспомнить, даже под угрозой смерти. Но эта информация, не спрятана где-то в глубине сознания. Это было бы слишком простое объяснение. Одним лишь разделением человеческого существа на тело и осознание тут не обойтись. Действия видящих намного сложнее. Когда нагвалито находится в начале обучения видению, то он забывает то, что делал или наблюдал, постольку поскольку, когда это происходило, он видел. Нагвалито забывает то, что с ним происходило, когда видел, потому что его осознание было значительно усилено по сравнению с его обычным повседневным уровнем. Это значит, что для восприятия были задействованы новые, обычно не используемые части всего его существа.

И то, что нагвалито забыл, спрятано именно в тех глубинах его существа. Как раз в использовании этих зон и состоит видение.

Видеть – значит обнажить внутреннюю сущность всего, созерцать неизвестное и бросить взгляд на непознаваемое. Поэтому видение – вещь весьма неутешительная. Обычно созерцание всей непостижимой сложности бытия приводит видящего в полную растерянность. Особенно же удручающе выглядит то, насколько ограниченность нашего обычного состояния осознания искажает и даже уродует истинную картину мира.

При работе с повышенным осознанием сосредоточение должно быть абсолютно полным, поскольку понимание имеет критическое значение, и превыше всего видящие ценят глубокое осознание, не окрашенное никакими эмоциями.

Вот, к примеру, найдётся день, когда вы поймёте какой-нибудь аспект Знания и радостно завопите: «Я понял!!!». Ну, хотя бы насчёт чувства собственной важности. На самом же деле это не то понимание, которое необходимо. Это будет всего лишь эмоциональный порыв, и, если вы не будете хитрющей, постной задницей, то можете заметить, что уже на следующий день вы вновь оседлаете своего любимого конька – чувство собственной важности. Как будто никакого понимания, никаких воплей радости и вовсе не было.

С древними видящими произошло в точности то же самое. Они легко шли на поводу у эмоциональной реакции. Когда же дело доходило до понимания того, что они видели, они оказывались бессильны. Понимание требует трезвой уравновешенности, а не эмоциональности. Так что берегитесь тех, кто готов рыдать от избытка чувств, когда ему кажется, что он осознал нечто важное. Осознание этого пустомели – пустышка, ибо на самом деле он не понимает ровным счётом ничего. (См. Дополнение – «Об эмоциях»).

Берегитесь, берегитесь! Путь знания таит в себе немыслимые опасности для того, кто пытается следовать по нему, не вооружившись трезвым пониманием.

Воля

Что такое воля? Это что-то специфическое? Как она проявляется? Как её использовать, можно ли увидеть её результаты? Действия воли ошеломляют. Однако всё это можно сказать о любой части нагвализма, о любом действии нагуаля.

Но, прежде всего, нужно осознать, что волю можно развить. Воин знает об этом и терпеливо ждёт. Ожидание воина это – ожидание воли.

Воин ждёт, и знает чего ждёт. Среднему обычному человеку очень трудно, практически невозможно узнать, чего он ждёт. Для воина, однако, такой проблемы не существует. Он знает, что его ожидание – это ожидание воли.

Воля – это нечто предельно чистое, мощное, что направляет наши действия. Воля – это то, что позволяет человеку победить в битве, будучи обречённым на поражение.

Мужество – это другое. Мужественные люди зависимы. Они благородны, из года в год окружены толпой людей, которые превозносят их и восхищаются ими. Но волей из мужественных людей не обладает почти никто. Они бесстрашны, способны на действия очень смелые, однако обычные, не выходящие за рамки здравого смысла. Большинство мужественных людей внушают страх, их боятся. Но проявления воли относятся к достижениям, которые не укладываются ни в какие рамки нашей обычной реальности, это поразительные действия, выходящие за пределы здравого смысла.

Воля – это не один из видов контроля. Отказывая себе в чём-либо, человек потакает себе, идя на поводу у самолюбия или даже самовлюблённости. Не следует заниматься подобными глупостями, потому что самоограничение – самый худший и самый злостный вид индульгирования. Поступая подобным образом, мы заставляем себя верить, что совершаем нечто значительное, чуть ли не подвиг, а в действительности только ещё больше углубляемся в самолюбование, давая пищу самолюбию и чувству собственной важности. Отказаться от чего-то или заставить себя перестать что-то делать – это ещё не проявление воли.

Воля – это энергия, сила, самостоятельно действующая единица. Она требует должного управления и настройки, на что требуется время.

Воле нет дела до наших слабостей, она работает несмотря ни на что.

Воля, получившая должное развитие начинает приоткрывать просвет. У нас есть просвет, как родничок на голове младенца. Только родничок со временем закрывается, а этот просвет – наоборот, по мере того, как у человека развивается воля, становится всё больше.

Он находится там, откуда исходят светящиеся волокна (из точки в низу живота, под пупком).

Через это отверстие, подобно стреле, выстреливается воля. Но «выстреливается» это лишь способ говорить. То, что нагвалито называет волей, есть сила внутри нас самих. Это не мысль, не предмет, не желание. Прекратить задавать вопросы – не значит использовать волю, потому что для этого нужно думать и хотеть. Воля – это то, что заставляет тебя побеждать, когда твой рассудок говорит тебе, что ты повержен. Воля – это то, что делает тебя неуязвимым. Воля – это то, что позволяет магу пройти сквозь стену, преодолеть огромное расстояние, попасть на Луну, если он того пожелает.

Воля это не «шестое чувство»; она, скорее, является связью между нами и воспринимаемым миром. То есть воля это сила, которая есть истинное звено между миром и людьми. А мир – это то, что мы воспринимаем, независимо от избранного нами способа восприятия. «Восприятию мира» способствует процесс «схватывания», то есть глубокого осознания того, что перед нами предстало и было воспринято. Такое «комплексное» восприятие осуществляется органами чувств и волей.

То, что среди людей принято называть «волей», - не более чем упорство и твёрдость характера. То, что воины называет волей, - есть сила, которая исходит изнутри него и привязывается к внешнему миру. Она выходит через живот, где находятся светящиеся волокна. Так это чувствуешь. Но называть это «волей» значит обманывать, просто издавна все люди знания называют это так.

Мир можно воспринимать как чувствами, так и волей. Обычный человек «схватывает» то, что есть в мире, с помощью рук, глаз или ушей. Нагвалито может «схватить» также и с помощью воли. Невозможно описать, как это делается, но никто, к примеру, не сможет описать, как он слышит. Ах, вы что-то знаете о слуховом аппарате человека, и сможете описать его работу? Но как работа слухового аппарата превращается в головном мозге в «природное» явление, которое мы называем «звук»? То есть, мы, по сути, «слышим» результат работы слухового аппарата, а не сам паровозный гудок, например.

Так случилось, что и я и вы можете слышать и читать, поэтому мы можем говорить о том, что мы слышим или читаем, но не о том, как мы это делаем; другими словами мы сейчас рассуждаем о результате, а не о процессе.

Нагвалито использует свою волю для того, чтобы ощущать мир. Но это ощущение не похоже на слуховое восприятие. Когда мы смотрим на мир, или когда мы прислушиваемся к нему, у нас создаётся ощущение, что он вне нас и что он реален. Ощущая мир нашей волей, мы узнаём, что он не настолько «вне нас» и не так «реален», как мы думаем.

Воля это не то же самое, что и видение. Воля – это сила, энергия. Видение – это не сила, а способ проникновения в суть вещей. Нагвалито может иметь очень сильную волю, но он всё же может не видеть, что означает, что только человек знания ощущает мир своими чувствами, своей волей и своим видением.

Слова только запутывают, но куда без слов! Как быть, если нет учителя, который просто покажет!

Открываясь Знанию, нагвалито попадает в лапы неумолимых сил. И единственное средство, позволяющее ему уравновесить себя и сдержать их напор, - это воля. Воля является силой, исходящей из живота через невидимое отверстие чуть ниже пупка, которое назвали «просвет». Воля намеренно культивировалась только воинами. Она приходила к практикующим таинственным образом и давала им возможность совершать необычайные поступки.

Воля развивается в воине, несмотря ни на какое сопротивление разума.

Знание, которое может приобрести обучающийся не имеет никакой ценности или последствий, потому что оно изолировано от него. Вы – тот, кто учится. Поэтому провозгласить знание силой должны вы сами, а не ваши друзья или ваш учитель. Обучающийся сам должен обнаружить, работает или нет его воля. Нагвалито должен доказать самому себе, что способен провозгласить знание силой. Другими словами, обучающийся должен сам убедиться в том, что может использовать свою волю.

Кстати! Следите за своими мышцами.