5. Две интерпретации

Но расскажем ещё немного о технике обучения в нагвализме.

Существует два типа интерпретаций – универсальная и индивидуальная. Универсальное толкование принимает установки основного отдела правила такими, каковы они есть. Для примера можно было бы сказать, что Зиждителю нет никакого дела до человеческих действий, и всё же он предоставил человеку проход к свободе.

Индивидуальная же интерпретация является тем заключением, к которому приходят видящие, используя универсальные интерпретации как исходные посылки. Например, поскольку Зиждителю нет до меня никакого дела, я должен убедиться, что мои шансы достичь свободы возрастают благодаря, быть может, моей решительности.

Бесконечность создала крылья восприятия, которые созданы для осознания человеком своей целостности. Когда нагвалито испытает полноценное путешествие в неизвестное, двигаясь между нагуалем и тоналем, то тогда его восприятие развернёт свои крылья. И что-то внутри него поймёт истинную природу светящегося существа. Оно – пучок.

Вначале нагвалито осваивает только полосу человеческого восприятия. Но можно использовать крылья восприятия, чтобы коснуться и иных ощущений. Например, вороны, волка, сверчка или порядка других миров в этом бесконечном пространстве. Крылья восприятия могут унести нас в отдалённые пространства нагваля или невообразимые миры тоналя. Воин, например, может отправиться на Луну, хотя он и не сможет принести оттуда мешок камней.

Постоянной задачей учителя является необходимость делать всё, чтобы разум обучающегося чувствовал себя в безопасности. Однако разум является только зеркалом, которое отражает нечто, находящееся вне него. И разум только отражает внешний порядок, ничего не зная об этом порядке, и он не может объяснить его точно так же, как не может объяснить нагуаль. Разум может только свидетельствовать эффекты тоналя, но никогда не сможет понять его или разобраться в нём. Уже то, что мы думаем и говорим, указывает на какой-то порядок, которому мы следуем, даже не зная, ни как мы это делаем, ни того, чем является этот порядок.

Если, например, посмотреть на научные исследования, то все они сводятся лишь к признанию, что что-то происходит. Воины делают то же самое своей волей. Они говорят, что через волю они могут быть свидетелями эффектов нагуаля. Через разум, вне зависимости от того, что мы делаем и как мы это делаем, мы просто свидетельствуем эффекты тоналя. В обоих случаях нет никакой надежды понять или объяснить, чему именно мы являемся свидетелями. Но мы можем научиться действовать там.

Все осмысленные трансформации и находки воинов делаются только в состоянии трезвого осознания. Кроме того, все способности, возможности и достижения нагвализма, от самых простых до самых немыслимых, заключены в самом человеческом теле.

Но более подробно о методике обучения нагвализму мы расскажем во второй – Практической части.

РЕАЛЬНЫЙ МИР

Сущий мир

«Термин “мир” я использую, чтобы обозначить всё, что нас окружает. У меня, разумеется, есть более удачный термин, но для тебя он будет совершенно непостижим. Видящие утверждают, что мир объектов существует лишь постольку, поскольку таким его делает наше осознание. В реальности же есть лишь эманации Орла – текучие, вечно меняющиеся, и в то же время неизменные, вечные».

1. Каждый день мы воспринимаем Мир. Мы ощущаем его Реальность, осязаем её, чувствуем её запах. И обыденному сознанию нет необходимости вникать в понимание сущности того, что мы называем – Мир, Реальность, Бытие. Но если вы встали или хотите встать на Путь Знания, то Вам жизненно необходимо знать как можно больше и о Мире и о своём месте в нём.

Итак, обратимся к лучшим друзьям знатоков – словарям, и узнаем, что же понимают под «реальным миром» обычные люди. (Ну что уж делать! Придётся потерпеть немного «филологии»!)

Вот что говорит Ожегов. «Мир – совокупность всех форм материи в земном и космическом пространстве, Вселенная». А «объективная реальность (материя, природа), существующая независимо от сознания человека» это по Ожегову – Бытие. А что же у него означает «реальный»? Это – «действительно существующий, не воображаемый». С другой стороны «материя – объективная реальность, существующая вне и независимо от человеческого сознания; основа (субстрат) из которой состоят физические тела». Немножко странные определения…

Конечно, понятны объективные трудности в толковании слов, но, тем не менее Если бы не боязнь тавтологии Ожегов истолковал бы слово «реальный» так – объективная реальность, существующая вне и независимо от человеческого сознания, т. е. реальный и бытие оказались бы в данном случае синонимами. А бытие и материя толкуются Ожеговым чуть ли не дословно. Но, если материя это – основа (субстрат) тел, а бытие включает в себя материю и природу, то можно утверждать, что бытие – это пространственная категория, включающая в себя материю как основу физических тел, и все формы существования материи и все возможные её свойства, связи, взаимоотношения.

Ещё немного терпения и немного философии. «Бытие – философская категория, обозначающая реальность существующую объективно, вне и независимо от сознания человека. Реальность – тот или иной аспект или фрагмент универсума, составляющего предметную область соответствующей науки. Материя – это бесконечное множество всех существующих в мире объектов и систем, всеобщая субстанция, субстрат любых свойств, связей, отношений и форм движения. () Весь окружающий нас мир представляет собой движущуюся материю в её бесконечно разнообразных формах и проявлениях, со всеми её свойствами, связями и отношениями. () Всеобщими формами бытия материи являются пространство и время, которые не существуют вне материи, как не может быть и материальных объектов, которые не обладали бы пространственно-временными свойствами». (ФЭС).

Убрав у философов слова «философская категория; вне и» и переставив и слегка изменив другие, мы получим в точности ожеговское толкование «бытия». «Реальность» же философы и вовсе свели к пробиркам, колбам и показаниям приборов в соответствующих науках.

Сведя воедино, вышеизложенные определения можно привести следующее общее, я бы сказал, общечеловеческое толкование: Сущее – это материя, как субстрат физических тел, использующая Бытие как форму своего проявления в Мире – структуре, в которой и происходит пространственно-временная её (материи) реализация.

Теперь рассмотрим, что понимают под Миром и Реальностью Воины Знания. Что называет миром дон Хуан?

«Мир – это всё, что заключено здесь, - сказал он и топнул ногой по земле. – Жизнь, смерть, союзники и всё остальное, что окружает нас и мы сами. Мир необъятен. Мы никогда не сможем понять его. Мы никогда не разгадаем его тайну. Поэтому мы должны принимать его таким, как он есть, - чудесной загадкой. Обычный человек не делает этого. Мир никогда не является загадкой для него, и когда он приближается к старости, он убеждается, что у него нет больше ничего, для чего стоит жить. Старик не исчерпал мира. (См. Осколок). Он исчерпал только то, что делают люди. В своём глубоком замешательстве он верит, что мир не имеет больше загадок для него. Вот ужасная цена, которую приходится платить за наши щиты. Воин осознаёт эту путаницу и учится относиться к вещам правильно. Вещи, которые делают люди, ни при каких условиях не могут быть более важными, чем мир. И, таким образом, воин относится к миру как к бесконечной тайне, а к тому, что делают люди, - как к бесконечной глупости».

Если материя, как нас уверяют, – субстрат физических тел, а они – физические тела – воспринимают окружающий мир и его проявления, действия через органы чувств, то понятно, откуда наши беды.

Они в том, что все мы смешиваем мир с тем, что делают люди; каждый из нас делает это. Но вещи, которые делают люди, являются щитами против сил, которые нас окружают. То, что мы делаем как люди, даёт нам чувство удобства и чувство безопасности. То, что делают люди, по праву очень важно, но только как щит. Мы никогда не знаем, что всё, что мы делаем как люди, - это только щиты, и мы позволяем им господствовать и попирать нашу жизнь. Фактически получилось, что для человечества то, что делают люди, более важно и значимо, чем сам Мир.

Для воина же реальность, то есть мир как мы его знаем, - не более чем описание. Мир, который мы привыкли считать реальным и основательным, - на самом деле всего лишь описание мира, программа восприятия, которую закладывали в наше сознание с самого рождения.

Каждый человек, который вступает в общение с ребёнком, непрерывно разворачивает перед ним своё описание мира. Таким образом, все, кого ребёнок встречает в своей жизни, становятся для него учителями. Они учат его определённым образом описывать мир, и в какое-то мгновение ребёнок начинает воспринимать мир в соответствии со сформированным в его сознании описанием. Этот момент имеет огромное значение, поскольку, ни много, ни мало, определяет всю нашу судьбу. Мы не помним об этом просто потому, что нам не с чем сравнивать. Однако именно в этот миг человек «входит в мир». Ребёнок становится полноправным членом группы людей, использующих определённое описание мира. Он владеет этим описанием и способен в его рамках соответствующим образом интерпретировать то, что воспринимает. Интерпретации же, в свою очередь, подтверждают описание, которое в результате становится ещё более устойчивым.

Таким образом, реальность нашей повседневности состоит из бесконечного потока чувственных интерпретаций. Являясь членами группы лиц, использующих одно и то же описание мира, мы просто научились одинаково интерпретировать явления, воспринимаемые нашими органами чувств.

Впечатление цельности картины мира, составленной из чувственных интерпретаций, обусловлено тем, что последние следуют нескончаемым слитным потоком и, за ничтожными исключениями, практически никогда не подвергаются сомнению. В самом деле, мы давно привыкли к гарантированной однозначности того, что считаем реальностью, и вряд ли способны сколько-нибудь серьёзно относиться к основной предпосылке магического знания, соответственно которой эта реальность – всего лишь одно из множества возможных описаний мира.

Некоторые философы «шутят», что если мы закроем глаза, то мир исчезнет, как реальность. Видящие же говорят, что ничто из происходящего не является реальным. Вещи становятся реальными лишь тогда, когда мы научились соглашаться с их реальностью. Например, если сегодня ночью приснилось что-то странное, мистическое, готическое или вчера в сумерках привиделось нечто непонятное, бредовое, потустороннее, то это вряд ли может быть для вас реальным, потому что никто вас в этом не поддержит. Может кто-то, и согласится с вами, но это будут не более чем слова участия к больному человеку.

Можно ли сказать, что ни мир воинов, ни мир обычных людей не являются реальными?

Нет. Они реальны. Ведь они могут на нас воздействовать и мы можем общаться с этими мирами и силами, в них присутствующими.

Тому, кто хорошо знает мир нагуаля, достаточно лишь задействовать дополнительное кольцо силы, которым владеют нагвалито. И тогда разрушится описание мира; шаблон, который формируется в восприятии человека навязчивыми объяснениями людей. Ведь нам объясняют с самого рождения: мир такой-то и такой-то. У нас нет выбора. Мы вынуждены принять, что мир именно таков, каким его нам описывают.

Но однажды мир может стать для вас таким, каким его описывают видящие. И там, в этом мире, живут говорящие животные. И олени, и волки и даже деревья Но, чтобы понимать мир и разговаривать с ним, нужно научиться видеть. Видение же появляется только тогда, когда удаётся проскользнуть в щель между двумя мирами – миром людей и миром нагуаля. И ни в коем случае нельзя увязнуть в этой щели, в этой промежуточной точке. Вы можете поверить в то, что животные могут разговаривать с вами человеческим языком. Точно так же в это поверит и воин. Но видящий знает: поверить в это, – значит, увязнуть в мире нагуаля. А не поверить – значит увязнуть в мире обычных людей.

Мы живём в таинственном мире. И как любые другие существа, имеющие осознание, мы – существа таинственные, и в то же время любой человек – не важнее, чем какой-нибудь жук. (Вспомните эпизод, где Кастанеда, созерцая жука, понял своё единство в равенстве со всем миром, со всем живущим в этом мире, на этой прекрасной планете. И понял, как вы, быть может, заметили, лишь на интеллектуальном уровне).

Мир – это тайна. И то, что мы видим перед собой в данный момент, - ещё далеко не всё, что здесь есть. В мире есть ещё столько всего Он воистину бесконечен в каждой своей точке. Поэтому попытки что-то для себя прояснить – это на самом деле всего лишь попытки сделать какой-то аспект мира чем-то знакомым, привычным. Мы находимся здесь, в мире, который мы называем реальным, только потому, что мы его знаем. Но если не знаешь, мира силы, то и нет способа превратить его в знакомую картину. А для того чтобы увидеть мир его нужно – остановить.

Но зачем останавливать мир?

Это невозможно объяснить! Только когда сам человек узнает, что это такое – остановка мира, то только тогда он сможет осознать, что на то есть свои веские причины. Ведь одним из аспектов искусства воина является умение сначала по некоторой особой причине разрушить мир, а затем – снова восстановить его для того, чтобы продолжать жить.

Видение явилось критическим элементом как в разрушении мира древних видящих, так и в формировании нового подхода. Именно посредством видения новые видящие открыли некоторые неопровержимые факты, из которых последовал целый ряд выводов, совершивших революцию во взглядах видящих на природу человека и мира. Благодаря этим выводам появилась возможность для начала нового цикла, – это и были те истины об осознании, которые излагал дон Хуан.

Например, когда зашла речь о технике и приборах для точных измерений, то дон Хуан заметил, что приборы являются всего лишь продолжениями наших органов чувств. Кастанеда же придерживался мнения, что некоторые приборы нельзя отнести к данной категории, поскольку они выполняют функции, на которые мы не способны по чисто физическим причинам.

Дон Хуан же настаивал, что наши органы чувств способны на всё. Ведь мы имеем понятие лишь о крошечной частичке самих себя. С чем нельзя не согласиться, сравнив, для примера, весь известный нам на сегодня спектр электромагнитных волн с тем узеньким участком, который мы называем «зрением». (Каждый Охотник Желает Знать Где Сидит Фазан – вот и весь наш спектр).

Итак, первая истина об осознании состоит в следующем: окружающий мир, каким мы его представляем, в действительности совсем иной. Мы полагаем, что имеем дело с миром объектов, но это ошибка.

Любой образованный человек согласится с этим утверждением, поскольку любой объект можно рассматривать как поле энергии. Но такое согласие это всего лишь интеллектуальное приближение к истине. Однако сформулировать на основании голых рассуждений – вовсе не значит удостовериться в этом на практике.

Нужно попытаться постичь внутреннюю сущность этой истины. Мы не способны воочию убедиться в том, что все объекты этого мира – лишь поля энергии. Как и любой обычный человек. Если бы мы умели их видеть, мы были бы видящими, и в этом случае мы сами могли бы объяснить всё, что касается осознания. До тех пор пока мы думаем, что мы – твёрдое тело, мы не способны воспринять объяснение воинов.

Другими словами, первая истина: мир такой, каким он выглядит, но в то же время он таковым не является. Он не настолько плотен и реален, как мы привыкли считать, основываясь на своём восприятии. И в то же время он не является миражом. Мир не иллюзорен, как иногда утверждают, он вполне реален. Но в то же время он и нереален. Обратите на это особое внимание. Тут недостаточно просто принять к сведению, тут необходимо понимание.

Истина вторая: мы воспринимаем нечто. Это – точно установленный факт. Но то, что именно мы воспринимаем, не относится к числу фактов, столь же однозначно установленных. Ибо мы обучаемся тому, что и как воспринимать.

Имеется нечто, воздействующее на наши органы чувств. Это – та часть, которая реальна. Нереальная же часть – то, что нам говорят об этом наши органы чувств. Рассмотрим, к примеру, гору, дом, автомобиль и тому подобное. Наши органы чувств говорят нам, что они – объекты. Он имеют размер, цвет, форму. Мы даже подразделяем их на определённые категории. И здесь всё верно, за исключением одной детали. Нам никогда не приходит в голову, что роль наших органов чувств весьма поверхностна. Способ, которым они воспринимают, обусловлен особым свойством нашего осознания. Именно это свойство заставляет их работать так, а не иначе. То есть воспринимать все объекты по-человечески, чисто по-человечески…

2. У большинства моих читателей не будет возможности действовать в группе, так что каждый должен встречаться с Силой в одиночестве. Поэтому следует направить все свои возможности на то, чтобы в одиночестве встретить Силу, которая вынесет нас из нашей вязкой обыденности, из наших описаний реальности, навязанных нам нашим языком, потому что невозможно адекватно описать то, что происходит.

Тем не менее, у нас в распоряжении вечность и поле для нашей деятельности – бесконечность.

Нагвалито встречаются с неизвестным в самых повседневных происшествиях. Когда они сталкиваются с ним и не могут интерпретировать то, что воспринимают, им приходится полагаться на руководство внешнего источника. Этот источник называется бесконечностью, или голосом духа, и если нагвалито не пытаются быть рациональными в том, что нельзя объяснить рационально, дух безошибочно говорит им, что есть что.

Бесконечность – это сила, которая обладает голосом и осознаёт себя. И следует всегда быть готовым услышать этот голос и действовать эффективно, но без предубеждений, ни о чем, не судя заранее.

Бесконечность это сознающая сила, которая намеренно вмешивается в жизнь нагвалито.

Когда бесконечность заявляет на нагвалито свои права, то какие бы средства она ни использовала, чтобы указать нагвалито на это, у него не должно быть никаких других обоснований, никаких других причин, никаких других ценностей, кроме этой. Но необходимо приготовиться к нападениям бесконечности. Обучающийся должен быть в состоянии постоянной собранности для удара огромной мощности. Это те здравомыслие и трезвость, с которыми нагвалито встречают бесконечность.

Все ваши действия должны быть актом нагвализма. Актом, свободным от человеческих ожиданий, опасений неудачи, надежд на успех; свободным от культа Я. Всё, что вы делаете, должно быть импровизацией; безупречным актом, в котором воин свободно открывается импульсам бесконечного.

Путешествия по бесконечности, т. е. по тёмному морю осознания, делаются из внутреннего безмолвия, что очень похоже на то, что делается в сновидении. Но при путешествии по тёмному морю осознания нет никаких помех, вызванных сном, и нет никакой необходимости контролировать своё внимание, как во время сна. Путешествие по тёмному морю осознания вызывает мгновенный отклик. В нём есть определённое всепоглощающее ощущение здесь и сейчас. К сожалению, некоторые придурковатые маги назвали этот акт непосредственного достижения моря осознания «сновидением в бодрствовании», делая термин «сновидение» ещё более нелепым. (Не факт, не факт…)

Путешествие по бесконечности означает перемещение своей точки сборки прямо в определённое место тёмного моря осознания, которое позволяет совершить такое путешествие. Затем само тёмное море осознания обеспечивает нагвалито всем необходимым для продолжения этого путешествия. Необходимое место безошибочно выбирает ваше внутреннее безмолвие. Для воинов-путешественников этот выбор, фактически, не действие по выбиранию чего-то, а скорее действие по изысканному безмолвному согласию с просьбами бесконечности.

Выбирает бесконечность, и искусство воина-путешественника состоит в том, чтобы обладать способностью двигаться по малейшему намёку; искусство безмолвно соглашаться с каждой командой бесконечности. Для этого воину-путешественнику нужны отвага, сила и, прежде всего, трезвость. Все эти три качества, вместе взятые, дают в результате изысканность в действиях!

3. Самый непонятный спутник бесконечности это, конечно, - Время. И все рассуждения физиков о времени это всего лишь… научное фэнтези. Не более. Не буду спорить, но все мысленные эксперименты со временем, и с использованием часов, выясняют только то, как механизм часов может откликнуться на теоретические фантазии учёных.

Когда же нагвалито говорят о времени, они не имеют в виду что-то такое, что измеряется движением часовой стрелки. Время является сущностью внимания, из времени состоят эманации Зиждителя, и, по существу, когда входишь в любой аспект «другого я», то знакомишься со временем.

Первыми увидели «колесо времени» толтеки; в результате своих исследований они выяснили, что оно подобно состоянию повышенного осознания, являющегося частью «другого я», так же как лево- и правостороннее осознание являются частями нашего повседневного «я»; физически «колесо времени» можно описать как туннель бесконечной длины и ширины, туннель с отражающими бороздками. Каждая бороздка бесконечна, и бесконечно их число. Живые существа созданы силой жизни так, что смотрят только в одну бороздку. Смотреть же в неё означает быть пойманным ею, жить ею, этой бороздкой. То, что воины называют волей, относится к колесу времени. Что-то похожее на усик виноградной лозы или на осязающее щупальце, которое есть у всех нас. Конечная цель воина – научиться фокусировать волю на колесе времени, для того чтобы заставить его поворачиваться. Воины, сумевшие повернуть колесо времени, могут смотреть в любую бороздку и извлекать оттуда всё, что пожелают, вроде этого «космического влагалища». Быть пойманным в бороздку времени означает видеть образы только этой бороздки, и только по мере того как они уходят. Свобода от околдовывающей силы этих бороздок означает возможность смотреть в любом направлении, как эти бороздки уходят или приближаются. Но это, конечно же, не власть над Временем; это власть над своими возможностями.