Январь 12

Первая репетиция «Села Степанчикова». С. и В. М. Волькенштейн проводят беседу с исполнителями об особенностях произведения Достоевского, о «настроении автора», о взаимоотношениях действующих лиц. Именно с разбора самого произведения С. предлагает начать «питать подсознание» актера. При этом он предостерегает исполнителей от сухого анализа событий пьесы и призывает {8} оценивать «аффективно факты внутренней и внешней жизни» роли, начиная с детства изображаемого лица.

Замечания С. на репетиции «Села Степанчикова». Запись помощника режиссера В. М. Бебутова. Архив К. С., № 1388/1.

Январь 13

«Продолжали разбирать психологию, взаимоотношения действующих лиц» «Села Степанчикова».

Запись С. Архив К. С., № 1350.

С. учит актеров подходу к роли.

«Ставьте себя в положение изображаемого лица и ставьте вопросы: что я буду делать в этом положении, чего я теперь хочу, куда я пойду; увлекайте вашу волю. Отвечайте глаголами, выражающими действия, а не существительными, выражающими понятия и представления.

Достаточно, например, вам сказать себе: смирение — чтобы вы сейчас же стали его играть, притворяться. Надо искать действий, которые привели бы к смирению.

Итак, пока вы не оценили фактов, вы будете представлять. … Души генеральши или Опискина² вы не приобретете. Запомните это. Душа останется вашей. Но вы вводите в вашу душу условия изображаемого лица, его побудители, основания, — процесс органический. … Задачи и цели Фомы, например, принадлежат Фоме, а их выполнение Москвину. Фомой вы не сделаетесь, будьте Москвино-Фомой.

Оценивайте и вымышленный факт: Фома — директор Художественного театра, Фома — в траншеях и т. д.».

Запись В. М. Бебутова репетиции «Села Степанчикова». Архив К. С., № 1388/1.

Январь 15

Разбор по кускам сцены 1‑го акта «За чаем».

С. обращает внимание на «огромную немую сцену», которая предшествует появлению племянника Ростанева — Сережи. «Если взаимоотношения не будут крепко завязаны, темпераменты налиты, факты оценены, будет просто задержка в появлении нового лица, пустая пауза, и зритель подумает, что помощник режиссера не выпустил кого следует. Психофизиология этого основного состояния всех “за чаем” — это большая внутренняя сосредоточенность, {9} узкий круг. … Вы свободны думать в этом состоянии, о чем хотите, — хоть о портнихе и счетах, если вам думается. Но не оставайтесь слишком долго в этом состоянии сосредоточенности, обострив зрение или слух, не пыжьтесь на правду, не коченейте. Завязывайте общение, начинайте действия. Очень соблазнительно оцепенеть, но переходите рубикон и — к действию».

Там же.

Играет роль Крутицкого.

Январь 16

Продолжение разбора сцены «За чаем». Оценка фактов и событий. «По мере того, как артист сживается с ролью, — говорит С., — углубляется в нее, подбирает бессознательно свои чувства и знакомые по жизненному опыту случаи, факты, лично пережитые им, он бессознательно сплетается чувством с душой и жизнью роли. От привычки и времени, поверив всему, над чем он работал, артист, сам того не зная, воспринимает при соприкосновении с ролью какие-то привившиеся и сроднившиеся с ним черты чувства и побуждения от роли. Это соединение человека + роли начинает жить на сцене настоящей живой жизнью, но отличающейся от обычной его нормальной жизни. По мере сближения человека с ролью эта связь становится сильнее, теснее и компактнее. Такое превращение кажется чудом, но на самом деле оно довольно просто и естественно и в жизни его приходится наблюдать ежеминутно».

Запись С. репетиции «Села Степанчикова». Архив К. С., № 1350.