4.2.3. Приглашение

Как уже отмечалось, речевой акт Приглашение имеет в английской коммуникации ряд особенностей, которые наглядно проявляются при сопоставительном анализе. Среди английских приглашений выделяютсяявные ('unambiguous invitations') и неявные ('ambiguous invitations') [Wolfson 1983: 117], или phony invitations – ложные приглашения [Wolfson et al. 1983: 128]. Первые, которые делаются с целью дальнейших контактов, были уже рассмотрены в связи со стратегиями дистанцирования среди побудительных РА. Здесь остановимся на рассмотрении «ложных» приглашений, которые не имеют такой цели, у них иная прагматическая функция и противоположная направленность.

Английские формулы приглашения воспринимаются как неискренние ('insincere' ) и даже фальшивые ('phoney' ) с точки зрения представителей многих других культур, на что неоднократно указывалось в исследованиях по межкультурной коммуникации (см. об этом [Wolfson 1983: 128; Scollon, Scollon 2001: 274; Шагаль 2001: 76]).

Интересный пример приводит Р. Брислин в книге, посвященной влиянию культуры на поведение людей [Brislin 2000: 254]. На одной из студенческих вечеринок американская студентка после пятнадцатиминутного дружеского разговора сказала своей собеседнице из Таиланда: I hope we get a chance to talk again soon. Спустя две недели, случайно встретившись в университете, она едва узнала ее, равнодушно ответила на приветствие и прошла мимо, чрезвычайно удивив и огорчив свою новую знакомую. Девушка из Таиланда, котороая расценила дружеское отношение на вечеринке как особое внимание к ней лично, была уверена в продолжении завязавшихся дружеских отношений. Американка же вела себя с ней как со всеми, она приветливо общалась со многими, как это предписывают нормы англосаксонской культуры, и не могла запомнить имя каждого.

На подобные трудности, испытываемые в Америке русскими, указывает О. А. Леонтович:

Русские, оказавшиеся в США, могут привести немало случаев, когда их вводят в заблуждение фразы типа «Let's have dinner together sometime». Еще бoльшая степень недоумения возникает, когда во фразе имеется достаточная, с точки зрения русского, степень конкретизации: «Let's have dinner together next week». Русские нередко жалуются, что после такой фразы они в течение всей недели ждут приглашения на ужин и очень огорчены или оскорблены, когда этого не случается [Леонтович 2005: 289].

То же наблюдается и в коммуникативном поведении англичан. М. Любимов приводит пример непонимания этой коммуникативной особенности, описывая свою встречу в Москве с английским писателем Коллинзом, который, прощаясь, сказал ему: «До встречи в Англии. Буду очень рад вас видеть»:

Тогда я был наивен и полагал, что если говорят «буду очень рад», то подразумевают именно это, а не то, что вы – последний негодяй и плут, которому стоит свернуть шею. Коллинза, разумеется, я больше в глаза не видел, хотя много раз приглашал его на приемы в посольство [Любимов 2004: 25].

Чтобы адекватно интерпретировать поведение американцев и англичан в подобных ситуациях, следует различать два названных типа приглашений: явные и «ложные», или стратегические, т. е. псевдоприглашения.

«Ложные» приглашения, в отличие от явных, являются приглашениями лишь по своей семантике, их прагматическая функция заключается в том, чтобы продемонстрировать расположение и симпатию к собеседнику, они не предполагают обязательного продолжения дальнейших контактов. В английской коммуникации в подобных приглашениях не содержится никаких обязательств перед адресатом. Никто из участников коммуникации не будет обижен, если они так никогда и не будут реализованы. Такие фразы, как Drop in before you leave London / Let's go down somewhere at the weekend / We should get together sometime, вовсе не предполагают совершения называемых действий. Они представляют собой чисто этикетные формулы, своеобразные коммуникативные подарки, знаки симпатии; они являются элементом РА Прощание и выполняют исключительно фатическую функцию.

Отличить явные приглашения от ложных не всегда бывает легко. По нашим наблюдениям, явные чаще всего выражаются косвенно – при помощи вопросительных или развернутых высказываний (Would you like to come over? /1 am just wonering if you'd like to come to my birthday party), ложные обычно делаются более прямо (Come again soon / You should come to lunch one day). Кроме того, если приглашение делается с целью его осуществления, то за ним, как правило, следует «переговорный процесс» относительно времени и места встречи. Так, Дж. Рубин предупреждает, что высказывание Drop in any time не является приглашением, если за ним не следует уточнение места и времени встречи [Rubin 1983:11]. Если понять намерения собеседника все же не удается, можно последовать совету М. Окендена, который отмечает, что, если трудно понять, где настоящее приглашение, а где нет, в ответ на фразу 'You really must come and see us one of these days' (Вы действительно должны прийти к нам на днях), следует ответить 'Thank you very much. I love meeting English people' (Большое спасибо. Мне очень нравится встречаться с англичанами) и подождать, последует ли за этим уточнение даты встречи [Ockenden 1997: 84].

Исследователи признают тот факт, что в Великобритании и в США фраза «Давай пообедаем вместе» часто употребляется не как приглашение пообедать, а как повседневная формула прощания, которая означает примерно следующее: «Я получил такое удовольствие от беседы с тобой, что я бы не против как‑нибудь опять встретить ся». Приведем в оригинале этот интересный и важный для русских комментарий:

…it is common in the UK and in North America … to use the phrase, «Let's have lunch," not as a serious invitation to have lunch but simply as a casual way of saying «goodbye». The invitation is no more than to say something like, «I've enjoyed the conversation and wouldn't mind getting together again sometime» [Scollon, Scollon 2001: 274].

То есть приглашение здесь является стандартной речевой формулой, употребляемой при прощании. Приглашая на ланч, говорящий вовсе не подразумевает, что этот ланч будет иметь место. Прагмагическое значение данного приглашения – показать адресату, что беседа была столь приятной говорящему, что он в принципе не возражал бы как‑нибудь пообедать вместе.

Для русской коммуникативной культуры подобные приглашения не столь типичны, а если они делаются, то в более общей форме: Заходите /Заходите как‑нибудь /Звоните. Получив приглашение, типа Приходите к нам в гости / Теперь вы должны к нам приехать или Давай как‑нибудь пообедаем вместе, собеседник, как правило, рассчитывает на его реализацию в будущем. В противном случае поведение приглашающего может быть расценено как неискреннее.

Демонстрация желания дальнейших контактов является конвенциональной стратегией английского коммуникативного поведения, которая используется и в других сферах общения, в том числе в деловой. Отвечая на первое деловое письмо русского коллеги, английский корреспондент завершил свой ответ совершенно незнакомому адресату фразой I hope we will have а chance to meet some day⁵⁴ . Выражение надежды на встречу также является здесь знаком внимания к адресату и не более того. С точки зрения русских коммуникативных норм в данном контексте подобная фраза представляется неуместной, так как не соответствует ситуации и действительным намерениям.

Незнание данных особенностей поведения может привести к неверному толкованию подобных речевых формул, обвинению в неискренности, вызвать отрицательные эмоции у адресата, в то время как говорящий и не предполагает, что он обижает кого‑то своим невниманием, поскольку, используя подобные фразы, он, напротив, выражает свою искреннюю симпатию и расположенность к собеседнику. В английской коммуникации, как уже отмечалось, подобные речевые формулы являются конвенциональным средством завершения контакта и часто используются в коммуникативной ситуации Прощание.

Данное различие является еще одним свидетельством того, что для русских более значимо содержание, чем форма; англичане, напротив, широко используют средства фатической коммуникации, семантика которых существенно отличается от их прагматического значения.