Примитивная идеализация.
Первым человеком-дистрессором для ребенка, конечно же, является мама. Именно она через себя приучает ребенка бороться с дистрессорами, чтобы выжить. При переходе из этапа первичного эгоцентризма во вторичный эгоцентризм, мать потихоньку начинает подавлять инфантильную власть ребенка (адаптивный паразитизм), что ребенок, конечно же, воспринимает как дистресс. В это время он уже запоминает лицо матери, ощущения от ее тела и, разумеется, он свяжет этот дистресс с мамой. Получается так, что мама будет сразу и дистрессором (потому что ругает) и эустрессором (потому что кормит, заботится). Поначалу ребенок пытается справиться с дистрессором (через крик, плач), но тут же натыкается на отрицательное подкрепление мамы. Дистрессор оказывается сильнее. Чтобы как-то справиться с этим дистрессором, ребенок перестает замечать в маме плохое и начинает видеть в ней только хорошее. Часто дети говорят «она самая хорошая, самая добрая», даже если мать страдает запойным алкоголизм и изо дня в день бьет и унижает их. Совместно с этим срабатывает механизм отрицания (ребенок отрицает наличие негативных сторон у матери и ничего не желает слушать об этом). Все негативные стороны мамы при отрицании не замечаются и выдавливаются.
Когда психоневротик не может справиться с дистрессором, он точно так же может идеализировать человека-дистрессора, тем самым как бы превратив дистрессор в эустрессор. Так же срабатывает отрицание того, что этот «идеал» может быть чем-то негативным. Сама эта мысль для психоневротика уже грешна.
Отрицание работает либо для того, чтобы защитить себя либо для того чтобы защитить «идеала» (человека, которого мы идеализируем).
Диссоциация
У детей:
При диссоциации дистрессором для ребенка будут собственные эмоциональные (гормональные) состояния, а также «картинки в голове», которые вызывают негативные эмоциональные состояния. Чтобы избавиться от этого дистрессора, ребенок начинает либо атаковать его (уничтожать дистрессор) либо убегать от него. Других способов он не знает. В силу эгоцентризма ребенок не может признать, что негативные состояния живут в нем самом и он отщепляет эти состояния от себя, не замечает их, терпит их. Диссоциация формируется, когда мать для ребенка потихоньку становится дистрессором. В силу того, что примитивная идеализация появилась раньше, то ребенок не может найти причину своего дистресса в матери. Эта тема для ребенка запретна и неосознаваема. Малыш чувствует что-то неприятное (дистресс), но не может от этого избавится. И в результате он смиряется с этим и просто терпит это. Это как если бы мы родились с недоразвитой рукой. Она бы, конечно, была дистрессором для нас, но никуда от нее деваться мы бы не смогли и в конце концов просто смирились бы с этим, перестали ее замечать и продолжали жить. То же самое происходит и с ребенком. Он перестает обращать внимание на негативные эмоции и негативные картинки, привыкает к ним, не замечает их и воспринимает их как само собой разумеющееся. Но ВСЕГДА воспринимает их как нечто отдельное от себя. От диссоциации ребенок получает две выгоды. Первая — он избавился от проблемы, воспринимать маму как дистрессор или эустрессор. Вторая — не надо искать проблему в себе. Тем самым себя самого ребенок будет воспринимать как эустрессор
У психоневротиков:
Если диссоциация остается у взрослого человека, то любые негативные моменты в себе он будет подавлять, не замечать, терпеть как будто их вообще нет. Такие люди не выливают свой негатив. Они держат его в себе. Они говорят всем, что негативных состояний у них нет. Постоянный накапливающийся дистресс они воспринимают как свое нормальное состояние. Псотепенно развивается привычка скрывать не только свои негативные эмоциональные состояния, но и вообще все эмоции. Такие люди эмоционально холодны. Из-за длительного дистресса возникают психосоматические, конверсионные либо соматоформные расстройства. Вегетативная нервная система начинает давать сбой, так как организм всё время находится в симпатотонии, в состоянии войны (в военном положении, в ожидании врага) . Развиваются вегетативные расстройства. Может возникнуть алекситимия, то есть непонимание своих эмоциональных состояний и неумение их выражать словами (если всю жизнь игнорировать свои эмоциональные состояния то тяжело определить где какое). Если есть склонность к диссоциации, то при тяжелой психотравме (например, смерть родителя) человек может отщепить от себя всё негативное (эмоции и картинки), связанное с этим, и амнестировать их (забыть). Возникнет диссоциативная амнезия. Расстройства, построенные на диссоциации называются диссоциативными. В тяжелых случаях всё негативное человек может поместить в отдельную личность, которую в себе же и создает. Здесь срабатывает детский принцип «это не я разбил вазу, это она». Ребенок перекидывает вину (дистрессор) на кого-то другого. В данном случае «на другую личность внутри меня».
NB! Диссоциация всегда формируется при наличии эгоцентризма и примитивной идеализации.