Эвакуация и жизнь в тылу

Вопреки широко распространенному мнению, эвакуация промышленности в довоенный период практически не планировалась. Поэтому эвакуационные предприятия в 1941 г. осуществлялись в режиме грандиозной импровизации. Теоретически, предполагалось, что перемещение заводов на восток будет проходить поэтапно — сначала вывозились вспомогательные производства, члены семей персонала и полуфабрикаты, а уж затем — основные производства. Такой порядок работ позволял надеяться на то, что эвакуация не приведет к существенному спаду производства. На практике этот порядок удалось выдержать далеко не везде. В ряде случаев эвакуация начиналась тогда, когда неприятель уже ворвался в предместья города, и обстреливал заводские площадки артиллерией⁵, иногда эвакуацию приходилось осуществлять под авиаударами противника⁶, некоторые заводы не удалось эвакуировать из-за утраты доступных маршрутов⁷, некоторые было вообще невозможно эвакуировать полностью⁸. Все это, в сочетании с импровизационным характером вообще всей эвакуационной деятельности не могло не привести к массе организационных ошибок и нестыковок. Значительная часть оборудования в процессе перевозки была утрачена, а из довоенного персонала эвакуированных предприятий удалось вывезти в восточные

регионы страны приблизительно треть. Тем не менее, за 1941 г. было эвакуировано более 1 500 индустриальных объектов, из них около 1 350 — оборонных. Ни одна страна в мире ни до, ни после не смогла

Именно в таких условиях эвакуировался Днепропетровский авиамоторный завод.

Например – рыбинский авиамоторный завод.

Так, например, так и не удалось эвакуировать ленинградскую группу минометных заводов.

Скажем, алюминиевые комбинаты были «привязаны» к гидроэлектростанциям, а судостроительные заводы — к капитальным стапелям и докам.

повторить это выдающееся достижение советского менеджмента. Сам по себе столь крупномасштабный «сдвиг» массы заводов и фабрик на восток в ограниченные сроки стал одним из важнейших факторов победы СССР в той войне.

Еще в годы предвоенных пятилеток советское руководство уделяло особое внимание созданию в Сибири, Поволжье и на Урале так называемых «заводов-дублеров». Предполагалось, что если по тем или иным причинам ведущие предприятия европейской части страны окажутся в опасности (например, неприятельских авиаударов), то «дублеры» смогут восполнить временную потерю производительности. Помимо этого проводился курс на создание в восточных регионах страны новой индустриальной базы. Именно эти предприятия — Магнитогорский и Новокузнецкий металлургичесике, Челябинский тракторный, Уральский вагоностроительный, Джезказганский медеплавильный и другие заводы, построенные к востоку от Волги, стали промышленной базой, обеспечившей развертывание эвакуированных заводов и фабрик. К началу войны ряд «дублеров» не был достроен, но свою роль они сыграли — эвакуированные предприятия в первую очередь перемещали на производственные площади недостроенных заводов. Разумеется, на все эва-куированные заводы таких площадок не хватало, но все же случаи, когда перевезенные на восток фабрики разворачивали под открытым небом, носили исключительный характер. Как правило, какое-никакое, но капитальное строение эвакуированные заводы получали. Это могло быть здание техникума, автобазы, бывали случаи, когда заводы размещали в недостроенных железнодорожных туннелях, — но крыша над головой все же была. Куда хуже обстояло дело с жильем для эвакуированных рабочих. Скажем, в Новосибирск, население которого на 1940 г. составляло 450 тыс. человек, было эвакуировано 150 тыс. человек, и это был еще не самый крайний случай. Как правило, эвакуированных подселяли к местным жителям методом «уплотнения», селили в разнообразных помещениях (библиотеках, театрах, домах культуры и т. д.), строили бараки. Однако зимой 1941—1942 гг. значительная часть эвакуированных была вынуждена ютиться в землянках и даже палатках.

В стране резко осложнилось положение с продовольствием. 9. «Двухсотники»

Мобилизация привела к тому, что из сельского хозяйства была изъята выполняли норму

значительная часть рабочих рук и тяглового скота и практически вся выработки на 200 %,

автомобильная и тракторная техника. Около 80 % всех «тысячники» — на 1

сельскохозяйственных операций приходилось выполнять вручную. Хотя 000.

в стране была введена карточная система, даже на оборонных

предприятиях снабжение продовольствием и ширпотребом было

крайне нерегулярным. Практически каждый крупный завод старался

обзавестись собственным подсобным хозяйством, так как надежд на

централизованное снабжение никто не возлагал. Как уже говорилось

выше, эвакуировать удалось лишь около трети подготовленного

персонала. Поэтому на заводы хлынул поток новой, практически не

обученной рабочей силы, которой следовало приобретать необходимую

квалификацию непосредственно в процессе работы. То, что в 1941—