45. Творчество архитектора Вилье Ревелла.

(1910-1964) - финский архитектор. Представитель рационализма. В четкой структурной композиции зданий выявлял их функцию и несущую конструкцию (ратуша в Торонто, 1958-1965). В 1952 в Хельсинки построил комплекс отеля и административных помещений ‒ программное произведение финского рационализма 50-х гг. Лидер этого направления, Р. уделял основное внимание чёткой структурной композиции зданий, выявляющей их функцию и несущую конструкцию. Наиболее значительная работа Р. ‒ ратуша в Торонто (1965), в архитектуре которой он отошёл от ортодоксального рационализма, смело сочетая криволинейные и прямолинейные элементы в пластически богатой композиции.

В 1958 г. победил в од­ном из самых крупных международ­ных конкурсов того времени — на про­ект городской ратуши для Торонто, Канада. Проект был встречен с боль­шим интересом архитекторами мно­гих стран. Автор считал, что современ­ное административное здание должно отличаться функциональной яснос­тью, значительностью. Композиция состоит из трех элементов: платфор­мы, играющей роль площади перед зданием, объема зала для заседаний городского совета в виде круглой в плане линзы и двух высотных, радиусных в плане административных кор­пусов разной высоты, огибающих вог­нутыми фасадами зал. Проект проде­монстрировал те тенденции в архитек­туре, которые показывали нарастаю­щие изменения в сторону монумен­тальности, пластического разнообра­зия и появления элементов экспрес­сии.

46. Архитектура Франции (краткая характеристика).

Первые шаги в области создания современной архитектуры, сделанные архитекторами и инженерами Франции^3, так же как и Англии, относятся к девятнадцатому столетию. Само собой разумеется, что о широком распространении новых идей среди архитекторов, как это происходит в наше время, тогда еще не могло быть и речиу Девятнадцатый век был периодом зарождения тех элементов, из которых в следующем столетии сложились основы современной архитектуры. В этом становлении Франция играет видную роль. Технология производства железа и стали с конца восемнадцатого века совершенствуется главным образом в Англии, но именно французским инженерам принадлежит заслуга смелого применения этих новых материалов для сооружения мостов, универсальных магазинов и выставочных павильонов (или. 24—-26). Последовательное соблюдение присущих конструкции закономерностей приводит в конце концов к тому, что в них проявляются законы формообразования, характерные для архитектуры последующего периода (павильон машиностроения на Всемирной выставке 1889 года в Париже) (илл. 28, 282).

И все-таки в тот период, когда французские инженеры создавали свои эпохальные сооружения, во французской архитектуре, как и в соседних странах, господствовал эклектизм. В предостерегающих голосах не было недостатка: Анри Лабруст, применивший железо в конструкциях своих библиотечных зданий/уже в середине девятнадцатого века выдвинул требование функциональной целесообразности (илл. 22, 23). Его ученик Анатоль де Бодо продолжил дело своего учителя. Де Бодо был одним из первых, кто ввел в архитектуру железобетон. Еще до 1900 года он применил его в строительстве церкви Сен-Жан де Монмартр (начата в 1894 году) (илл. 82). Де Бодо опирался в своей работе на знания и опыт французских инженеров, разработавших возможность использования железобетона в качестве второго, наряду с сталью, строительного материала для высотного строительства/. Ламбо, Куанье, Монье и Эннебику, а позднее Фрейсине принадлежит заслуга создания основ строительства современных железобетонных сооружений. Возможности формообразования, открывшиеся перед архитектурой благодаря применению нового строительного материала показал Огюст Перре своим жилым домом на улице Франклина и гаражом на улице Понтье (илл. 86—88).

Перре, один из пионеров современной архитектуры, впоследствии все сильнее подпадает под влияние архитектурных представлений, основанных на классических образцах. Его поздние железобетонные здания отличаются монументальностью, как, например, восстановленные после разрушений второй мировой войны жилые кварталы в Гавре (илл. 284, 286). Огромное влияние Перре определяет характер французской архитектуры последних десятилетий. Только этим можно объяснить, что в течение многих лет не получал призна­ния один из его учеников, Ле Корбюзье, который еще в двадцатых годах наряду с Гропиусом и Мис ван дер Роз проложил путь в современную архи­тектуру. Между взглядами Ле Корбюзье и взглядами французских официаль­ных кругов в этот период времени лежала пропасть. Только после второй ми­ровой войны наметились перемены, когда французский министр по делам реконструкции —- Клодиус Пети, несмотря на сильное противодействие, под­держал Ле Корбюзье в строительстве жилого дома в Mapcefle(«United'Habi-tation») (илл. 157, 162—164).

Мастерская Ле Корбюзье в Париже наряду с Баухаузом в двадцатых годах была средоточием современного зодчества. Идущее отсюда влияние, обога­тившее архитектуру многих стран, лишь во Франции не получило большого отклика. К числу немногих архитекторов, на творчестве которых отразилась деятельность Ле Корбюзье, относятся Андре Люрса, построивший школу в Вильжюифе (1931—33) (илл. 290), Эжен Бодуэн и Марсель Лодс, построив­шие школу на открытом воздухе в Сюрене (1935—36) (илл. 291)и народный дом в Клиши (1939).