6.2.4. Общественное сознание: его формы и уровни

В предшествующем разделе речь шла о сознании, в его прежде всего общегносеологическом понимании, как специфическом свойстве высокоорганизованной материи (мозга). Однако в сознании есть такое содержание, которое общее всем людям или отдельным социальным группам. В реальности существуют объективированные продукты сознания многих поколений людей, отобранных в ходе исторического развития, т.е. получившие общественное признание и статус духовных ценностей, достижений человечества, его социальной памяти.

Общественное сознание – это совокупность политических, правовых, нравственных, религиозных, эстетических, философских идей и представлений людей на определенном этапе развития общества, или иными словами, общественное сознание есть понимание действительности обществом в целом, классом, социальной группой и отношение к ней в соответствии с этим пониманием. Общественное сознание обладает сложной структурой и различными уровнями, начиная с житейского, обыденного, от общественной психологии и кончая математически выраженными законами, входящими в состав достоверного теоретического знания. Принципиально важно отметить, что когда говорят об общественном сознании, то отвлекаются от всего индивидуального и берут взгляды, характерные для всего общества в целом, т.е. берут такое сознание, которое никому в отдельности не принадлежит.

Но здесь правомерно поставить вопрос: откуда берется общественное сознание? Ведь общество состоит из людей, обладающих своим, глубоко индивидуальным сознанием, которое весьма трудно поддается какой-либо типизации. Общественное сознание действительно не существует вне конкретных его носителей, вне живых личностей, также как нет истории без действующих в ней людей. Общественное сознание может существовать только в индивидуальном и через индивидуальное, так как сознание является сознанием отдельного человека, психической деятельностью личности.

Причем индивидуальное сознание есть нечто личное. Оно составляет достояние отдельного человека, выступает как деятельность его мозга, несет на себе печать его личности, особых черт его характера. Оно рождается, развивается и умирает вместе с рождением, развитием и смертью отдельного человека. Оно выражает неповторимые черты жизненного пути каждого отдельного человека, особенности его воспитания, характера и т.д. Короче, сколько людей на земле – столько и индивидуальных сознаний. И в то же самое время «сознание с самого начала есть общественный продукт и остается им пока вообще остаются люди»¹. Налицо противоречие, которое необходимо разрешить.

Дело в том, что сознание каждого человека вбирает в себя опыт, знания, убеждения, верования, заблуждения, оценки той общественной среды, в которой он живет. Наука, искусство, религия, политические убеждения, нравственные нормы в той форме, в какой они существуют в данном обществе, изо дня в день действуют на личность, делают из каждого отдельного человека носителя определенного образа жизни, уровня культуры и психологии. Получается, что процесс осознания мира отдельным человеком всесторонне обусловлен развитием познания мира всем человечеством. Новорожденный ребенок вообще никаким сознанием не обладает, сознание у него появляется потом, в результате учебы, общения с окружающими и т.д. Этот новорожденный, таким образом, постепенно усваивает исторически достигнутый уровень развития именно общественного сознания.

Стало быть, общественное сознание оказывается чем-то большим, нежели просто индивидуальное сознание. Уровень развития общественного сознания есть всегда уровень, достигнутый всем человечеством. Причем все богатство общественного сознания зафиксировано в языке, который не является личным достоянием отдельного человека, а принадлежит всему обществу. Отдельный человек, даже тогда, когда он наедине с самим собой размышляет в своем кабинете или комнате, всегда использует те инструменты мысли, слова, понятия, категории, которые выработало все человечество.

Однако говоря об общественном сознании как принадлежащем всему обществу в целом и никому в частности, неправомерно было бы утверждать, что это сознание есть просто арифметическая сумма индивидуальных сознаний, или, что оно витает независимо от сознания отдельных личностей. Подобно тому, как общество не есть простая сумма составляющих его людей, так и общественное сознание не есть сумма сознаний отдельных личностей. Оно есть нечто большее – особая духовная система, которая живет своей относительно самостоятельной жизнью и влияет на каждого человека, заставляя его считаться с исторически сложившимися нормами как с чем-то объективным, хотя и нематериальным. Общественное сознание как бы поднимается над индивидуальным сознанием. Его носителем являются классы и социальные группы. Общественное сознание прямо или опосредованно создается, конечно, отдельными людьми, но оно выходит из-под их власти и становится достоянием всего общества. Тем самым между общественным и индивидуальным существует диалектическая связь, связь различия и единства.

Социально выработанные нормы сознания питают индивидуальное мышление, служат предметом личных убеждений, источником нравственных предписаний, эстетических чувств и представлений. Общественное сознание воздействует на индивидуальное через массовые средства информации, систему образования и воспитания, духовную жизнь коллектива. Оно обслуживает потребность общества как целого. Вот почему общественное сознание должно, во-первых, соответствовать уровню развития потребностей и, во-вторых, быть доступным для пользования всеми людьми. Ни то, ни другое не обязательно для индивидуального сознания, которое обслуживает потребности отдельного человека, служит руководством в его деятельности и поступках.

В отдельных областях общественного сознания индивид может подняться выше достигнутого уровня. Делая свои открытия общим достоянием, он обогащает общественное сознание. В этом случае вопрос о том, воспринимает общество эти открытия или нет, определяется уровнем общественного развития. Открытия, сделанные индивидом, нередко расходятся с общепринятыми положениями, ставшими достоянием общественного сознания. Сколько усилий и жертв потребовалось для того, чтобы в науке утвердились гелиоцентрическая система Коперника, идеи Ломоносова, теория Вавилова и т.д. При этом потребности общественного развития отражали именно эти теории, а не взгляды большинства их противников.

Кроме этого, не все идеи составляют достояние истории. В сознании людей возникает немало идей, которые остаются личным достоянием и не приобретают общественного характера. Но те идеи, которым удалось выйти за пределы личного существования отдельного человека, приобретают надиндивидуальный характер, превращаются в нормы поведения всех, двигают исторический прогресс. Именно такую роль и сыграли открытия Ньютона, творения Шекспира, Достоевского и др. В приведенных примерах индивидуальное сознание является прогрессивной стороной, а общественное сознание, наоборот, реакционной, консервативной стороной. Но может иметь место и обратное явление.

Общественное сознание не есть некое нагромождение из множества разрозненных идеальных образов и идей, идеалов и верований, нравов и обычаев, чувств и настроений, а представляет собой организованное целое, состоящее из фиксированных в своих специфических особенностях частей, которые имеют между собой устойчивые необходимые отношения и которые, отражая в себе разные стороны и области реальной жизни людей, выполняют, только им присущие, функции в налаживании и осуществлении жизнедеятельности общества. Иначе говоря, общественное сознание обладает довольно сложной структурной организацией, в составе которой каждый элемент непосредственно или опосредованно связан со всеми другими, что дает все основания для характеристики общественного сознания в качестве целостного, системного образования.

В качестве важнейшего элемента общественного сознания выступают его формы, каждая из которых отражает какую-то сторону общественной жизни. В социальной философии сложилась устойчивая традиция выделения семи форм общественного сознания. Политическая форма общественного сознания представляет собой систему взглядов, обосновывающих политику, проводимую тем или иным классом или социальной группой. Правовая форма общественного сознания, или правосознание, есть представления и понятия, выражающие отношение людей к действующему праву, знание прав и обязанностей, законности и противозаконности; это правовые теории и правовая идеология. Моральная форма сознания – это взгляды общества на те или иные поступки людей, выражающие оценку их с точки зрения добра и зла, справедливости и несправедливости, честности и бесчестия. Это сложившаяся система неписаных законов. Мораль – один из основных способов регуляции поведения человека в обществе с помощью норм. Эстетическая форма сознания отражает мир в форме произведений искусства, в виде художественных образов. Художественный образ является особым средством, с помощью которого человек раскрывает эстетические свойства действительности, оценивает ее как прекрасную и безобразную. Художественный образ всегда обладает чувственной наглядностью. Благодаря этому свойству художественный образ оказывает эстетические воздействия на людей, вызывая у них не только мысли, но и чувства, переживания – радость, удовольствие, боль, гнев и т.д. Религия как форма общественного сознания представляет собой мировоззренческие представления и мироощущение, а также поведение, основанное на вере в существование Бога. Отличительной чертой и вместе с тем ключевым моментом религиозного мировоззрения является признание идеи существования двух взаимосвязанных миров: естественного и сверхъестественного. Философия как форма общественного сознания отражает сущностные признаки мира в его целостности и единстве и пытается определить место человека в нем. Научная форма общественного сознания – это рационально-теоретические представления людей об отдельных сферах бытия (природе, обществе, человеке).

Многообразие этих форм и критерий их отличия друг от друга зависит от того, что именно отражает общественное сознание в общественной жизни (предмет отражения) и как отражает (способ отражения). Кроме этого в социологическом аспекте, т.е. с точки зрения обратного воздействия общественного сознания на общественное бытие, различие между формами общественного сознания устанавливается по той роли, которую каждая из этих форм играет в жизни общества. Если мы возьмем предмет отражения как критерий различия форм общественного сознания, то обнаружим, что политическое сознание, например, отражает отношение между классами, мораль – отношение человека к человеку, коллективу, классу, обществу. Предметом частных наук являются объективные законы различных форм движения материи. Предметом же философии являются наиболее общие законы окружающего нас мира и отношение к нему человеческого сознания и т.п. При этом каждая форма общественного сознания вызывается к жизни определенными жизненными потребностями, т.е. каждая форма общественного сознания имеет под собой ту или иную социальную основу в виде потребности.

Если же мы возьмем способ отражения как критерий различия форм общественного сознания, то установим, что наука и философия, например, отражают свой объект в форме логических понятий, законов, теорий; мораль – в нормах и принципах нравственности (добро, зло, справедливость, свобода и т.п.); искусство – в художественных образах, религия – в системе догматов.

Ну а если же за критерий различия форм общественного сознания мы возьмем роль, которую они играют в жизни общества, то увидим, что политическое сознание, например, формулирует социальные задачи и воплощается в действиях классов, масс, в деятельности политических учреждений и организаций. Естественные науки обслуживают практические потребности производства, техники и технологии; их открытия, достижения материализуются в новых орудиях труда, материалах и т.д. Роль нравственности в том, что она формулирует моральные качества личности, служит выработке нравственного сознания, участвует в регулировании отношений между людьми и т.д.

Итак, формы общественного сознания отличаются друг от друга предметом, который они отражают, формой отражения (как отражается предмет), социальной основой своего появления (общественной потребностью), а также своеобразной ролью в развитии общества.

Однако структура общественного сознания гораздо сложнее и вовсе не сводится к его формам. При изучении структуры общественного сознания в специальной литературе стало общепринятым говорить о двух его основных уровнях – обыденном и теоретическом сознании. Оба эти уровня пронизывают все формы общественного сознания.

Обыденное сознание включает в себя эмпирические знания и общественную психологию.

Под эмпирическим срезом общественного сознания обычно понимают знание и навыки, выработанные в повседневной жизни, нетеоретические и несистематизированные представления людей об окружающем мире, об их собственном социальном положении и т.д. Сфера повседневного, будничного сознания людей весьма широка, противоречива и подвижна, поскольку наряду со стихийно-материалистическими представлениями, «здравым смыслом», она включает в себя также фантастические, ложные представления. Хотя эмпирическое сознание является поверхностным, не раскрывает сущности явлений, оно, тем не менее, является довольно устойчивым ориентиром людей в их повседневной жизни и деятельности. Более того, как показывает новейшая история, обыденное сознание людей может в ряде случаев быть ближе к истине, чем вполне наукообразные теории. Когда в начале 90-х годов ХХ века людям в России и Беларуси со ссылкой на самые современные учения доказывали, что приватизация является ключом к благосостоянию и процветанию, то реакцией народного здравого смысла было: «разворуют, непременно все разворуют!». Опыт российских реформ последних десятилетий подтвердил эту догадку обыденного сознания.

Важнейшей составной частью обыденного сознания является общественная психология. Общественная психология – это чувственно-эмоциональная и волевая сторона сознания масс: социальные чувства, эмоции, настроения, волевые установки и т.п. Важную роль в общественной психологии играют личные и общественные интересы людей, классов, групп. Сфера общественной психологии многообразна. Ее стержнем является психический склад, т.е. совокупность наиболее характерных для данного класса или социальной группы общественных настроений и представлений, жизненных норм и стремлений, которые определяют общественное поведение данного класса, выступают стимулом практической деятельности. В целом характерной особенностью обыденного сознания является то, что оно представляет собой первую непосредственную ступень отражения общественного бытия, изучение обыденного сознания составляет предмет науки – социальной психологии.

По сравнению с обыденным уровнем, теоретический представляет собой более высокую ступень общественного сознания – это научные знания и идеология. Наука и идеология являются делом теоретиков, профессионалов и представляют собой систематизированные взгляды относительно природы и общества. Источником и того и другого компонента общественного сознания является труд. Поскольку именно труд лежит в основе жизни людей, а он невозможен без знаний, постольку ясно, что на его основе появляется такая часть общественного сознания, которая призвана обслуживать общество необходимыми ему знаниями. В начале, в первобытном обществе, знание людей носило эмпирический характер, оно непосредственно было связано с повседневной деятельностью людей. Собственно в первобытном обществе общественное сознание не подразделялось ни на какие уровни. Согласно с принятым нами делением все общественное сознание первобытных людей можно было квалифицировать как обыденное сознание.

С разделением труда на умственный и физический и с возникновением классов структура общественного сознания резко усложняется, точнее, с этих пор и можно говорить о структуре общественного сознания именно как о структуре. Постепенно в соответствии с этим разделением труда в общественном сознании возникает теоретический уровень отражения действительности – наука и идеология. При этом общественное сознание приобретает классовый характер, классовым содержанием наполняется и общественная психология, которая в рамках обыденного сознания существовала еще до появления классов.

Здесь возникает вопрос: в чем заключается сходство и различие научного знания и идеологии? Чтобы понять это, надо опять обратиться к анализу трудовой деятельности. Труд, как и сам человек, существует только в обществе. Вне общества и общественных отношений труд вообще невозможен. Поэтому мы и говорим, что процесс труда включает в себя два ряда отношений – отношение к природе и отношение людей друг к другу (производственные отношения). Поскольку люди воздействуют на природу с целью получения необходимых им продуктов, то у них возникает потребность в объективных знаниях о свойствах и законах действительности.

Человеческое сознание в принципе правильно способно познать объективную действительность. Правильное понимание действительности является одним из необходимых условий «обмена веществ» между природой и обществом, одним из условий осуществления процесса труда как целесообразной деятельности человека. Вместе с тем труд, как известно, невозможен в обществе без определенных форм организации и общественных отношений. Поскольку люди вступают в эти отношения, в обществе появляется потребность в таком сознании, которое отражало бы именно эти отношения, т.е. в идеологии.

Идеология – это система взглядов, идей, отражающая жизнь общества, выражающая потребности, интересы, стремления и цели классов, социальных групп, а также служащая закреплению или изменению существующих общественных отношений.

Как научное знание, так и идеология выступают на абстрактно-теоретическом уровне как систематизированное сознание. Однако наука и идеология не одно и то же. Если научное познание изучает объект так, как он существует независимо от человека и его интересов, то в идеологии осознается как раз интерес человека, направленный на сохранение и изменение общественных отношений, и действительность здесь отражается через призму этого интереса. Если научное знание, чтобы верно отразить действительность, вынуждено быть беспристрастным, то идеология, чтобы обосновать выгоду и интерес того или иного класса, по необходимости должна быть пристрастной. А истина и классовый интерес далеко не всегда совпадают, т.е. идеология может быть как прогрессивной, так и реакционной, как содержать в себе элементы научного знания, так и антинаучной (ложным сознанием).

Следует подчеркнуть, что идеология, выступающая в качестве ценностно-мировоззренческого обеспечения развития государства, обосновывающая перспективный социальный проект и в целом выражающая глубинные интересы всего общества, а не отдельных индивидов и групп, способна стать силой исторического масштаба, преобразующей жизнь целых народов и стран.

В этом контексте важно отметить, что общественное сознание, помимо всего прочего, всегда выступает как форма самосознания нации и как историческое самосознание народа. Подобно тому, как индивидуальное сознание играет огромную роль в жизни отдельного человека, его самоощущении, самооценке, так и общественное самосознание оказывает неизгладимое воздействие на социальное поведение людей. Можно определенно утверждать – никакое истинное понимание происходящих в обществе процессов и, тем более, никакое достаточно надежное прогнозирование вероятного будущего просто невозможно, если мы не будем все происходящее в обществе рассматривать в связи и на фоне сдвигов и перемен в общественном сознании, связанных с той или иной трансформацией смысложизненных ценностей и идеалов. И это потому, что характер и направленность социальных изменений в существенной мере определяются именно духовным состоянием общества, перестройкой в глубинных структурах сознания, в основных идеях и общепризнанных идеалах. К примеру, народ, лишенный своих ценностей, переживающий кризис национального самосознания, испытывающий комплекс национальной неполноценности, негативно оценивающий свое историческое прошлое (уязвленное историческое самосознание), потерявший веру в свое историческое призвание, в свою историческую миссию, не может иметь будущего. Народ, если разрушена его ценностная система, если поражен его центральный нерв – сознание собственной идентичности и исторической незаменимости, даже при условии относительного материального благополучия деградирует, превращается в неорганизованную толпу, вырождается. И напротив, народ способен перенести всевозможные испытания, всякий натиск враждебной ему идеологии, кризисы и потрясения, если ему присуща устойчивая идентичность и вера в свое призвание в мире, если он патриотичен. Отсюда ясно, что основой устойчивости любого государства прежде всего выступает дух народа, его духовное самостояние. Дух народа – это то, что в конечном счете всегда определяет историческую судьбу любого общества. От него зависит, что произойдет с тем или иным государством – окажется ли оно на кладбище народов и цивилизаций, или оно станет образцом для подражания, маяком, указывающим, куда двигаться всем остальным народам и странам.

Факты свидетельствуют о том, что самой уязвимой сферой национально-государственной безопасности любого общества является духовная сфера – сознание и ценностные ориентации граждан. Всякие социальные трансформации, социальные катаклизмы, революции, в том числе и «цветные», подготавливаются незаметными, постепенными изменениями в общественном сознании. Почему пал Советский Союз и никто не стал его защищать? Потому что к тому времени он потерял опору в сознании значительной части народных масс, интеллигенции, элиты, управленцев и т.д. И не помогли ему устоять ни самая могучая в мире армия, ни самый богатый на планете ресурсо-энергетический потенциал, ни передовые космические технологии, ни большое количество олимпийских чемпионов. Он проиграл в духе, идеологии, в сознании и поэтому был обречен.

Значимость духовной сферы в исторических судьбах народов была отмечена еще в XIX веке Гюставом Лебоном, который писал: «Великие перевороты, предшествующие изменению цивилизации, например, падение Римской империи и основание арабской, на первый взгляд определяются главным образом политическими переменами, нашествием иноплеменников, падением династий. Но более внимательное изучение этих событий указывает, что за этими кажущимися причинами чаще всего скрывается глубокое изменение идей народов. Истинно исторические перевороты не те, которые поражают нас своим величием и силой. Единственные важные перемены, из которых вытекает обновление цивилизаций, совершаются в идеях, понятиях и верованиях. Крупные исторические события являются лишь видимыми следствиями невидимых перемен в мыслях людей (выделено Ч.К.)¹.

При этом здесь надо иметь в виду одно чрезвычайно важное обстоятельство: сегодня мы живем в эпоху вселенского обмана и информационных войн. В современных условиях глобальной конкуренции за ресурсы, территории, финансовое могущество главными целями информационных войн являются разрушение духовного самостояния, сознания и самосознания народов, их смысложизненных ценностей, идеалов и ориентиров. Причем наиболее значимым объектом данных войн выступают прежде всего ценностно-мировоззренческие установки и ориентации молодежи. Это и понятно. Несоциализированная или плохо социализированная, недостаточно интегрированная в жизнь общества молодежь всегда выступала в качестве взрывного материала, спускового механизма всякого рода смут, бунтов и революций. Стоит только присмотреться к тому, что происходит сегодня в странах Ближнего Востока, чтобы понять все это.

Современные глобалистские структуры, созданные олигархическим интернационалом (глобократией) и стремящиеся на практике реализовать идеи «нового мирового порядка», ищут самые уязвимые места и зоны, воздействие на которые способно подорвать устойчивость в развитии народов и государств, выступающих препятствием на пути установления глобальной власти. В решении этой задачи особое значение данные структуры придают СМИ и сфере образования. Практика 20-ти последних лет однозначно свидетельствует, что страны-лидеры глобализации пытаются посредством различных неправительственных организаций и других, часто недекларируемых структур (скрытых от посторонних глаз), направить процесс реформирования образования в странах СНГ, в частности, в восточнославянских странах, в сторону существенного понижения его уровня и окончательного демонтажа созданной в свое время в Советском Союзе системы образования. В силу этого состояние образования приобретает сегодня важнейшее геополитическое измерение, становится фактором геополитической борьбы. Сегодня образование – это намного больше, чем образование, это будущее, битва за которое уже началась, и проигрыш в которой означает выпадение из истории»¹.

Отсюда встает задача колоссальной важности – сформировать у населения, прежде всего молодежи как самой активной части общества своего рода, иммунитет к различным деструктивным информационным воздействиям, а точнее было бы сказать, сформировать у нее элементарное патриотическое сознание, веру в свою страну, ее будущее. Это самое главное, без этого все рассыплется, все разрушится. Ни одно государство не может нормально развиваться при отсутствии положительной системы ценностей, объединяющей его граждан.

На переднем крае этой борьбы за сознание и мысли людей естественным образом (в силу специфики объекта изучения) находится социогуманитарное образование. Именно поэтому социогуманитарное образование становится важнейшим фактором национально-государственной безопасности. Что бы мы теперь ни говорили, реально одно из первых мест в формировании ценностей нации принадлежит именно социогуманитарному образованию.

Не удивительно, что всемирно известные ученые категорически настаивают на необходимости усиления значимости социально-гуманитарных наук в наше чреватое большими социальными потрясениями время. Да и в прошлом, роль социогуманитарного познания и образования в развитии и самоутверждении народов и государств была исключительно важной.

Процесс интенсивного сокращения финансирования всяких исследовательских программ социогуманитарной направленности, учебного времени в системе социально-гуманитарной подготовки – весьма опасный, можно даже сказать, разрушительный для социума процесс. В сущности, такого рода действие нельзя охарактеризовать иначе как подрыв духовных оснований национального образования.

Дело в том, что молодежь в силу своих возрастных характеристик склонна к критицизму и максимализму. Поэтому, чтобы сформировать у молодежи негативистские, антигосударственные, деструктивно-разрушительной направленности настроения и ориентации, достаточно двух-трех лекций. А вот чтобы сформировать позитивные, конструктивно-патриотические, государственнические ценностные установки у молодежи в условиях современных информационных войн, необходимо работать долго, постоянно, терпеливо, кропотливо-подвижнически. Здесь тремя-пятью лекциями не обойдешься.

Из всего сказанного ясно, насколько важна для гарантированного развития общества поддержка социогуманитарных наук государством, другими социальными институтами.

Только те политики, которые в качестве своей приоритетной задачи будут усматривать формирование патриотического сознания, консолидирующую общество систему духовно-нравственных ценностей, постоянно заботиться о состоянии духа народа, прививать ему уважение к своим национальным и цивилизационно-историческим традициям, внедрять в массовое сознание объединяющие идеалы и высокие духовные смыслы, смогут оставить после себя прочное наследство, которое ни при каких социальных потрясениях и смутах не будет подобно пыли развеяно ветрами истории и заслужить добрую память потомков. Те же политики, которые будут исходить исключительно из позиций технократизма, экономического детерминизма и вульгарного материализма, неизбежно потерпят фиаско на большой шкале исторического времени, и имя их будет забыто потомками. Ибо, в конечном счете, никакое успешное развитие экономики и материально-производственной сферы не может быть постоянным и устойчивым без соответствующей духовной основы, без глубинной нравственной мотивации и ценностно-мировоззренческих устремлений.