Рефлексия и метарефлексия

Собственно говоря, рефлективное познание, или познание самобытия, и является главным объектом экзистенциальной феноменологии (феноменологии самопознания). Но чтобы ответить на вопросы, которые ставит феноменология самопознания, например: каким образом человеку удается в рефлексии сформировать представление о себе? на каких априорных (трансцендентальных) основаниях он, рефлектируя, познает свое бытие? и т.д., — феноменолог должен иметь инструмент, с помощью которого он будет наблюдать за деятельностью рефлективного “Я”. Другими словами, он должен осуществлять рефлексию над рефлексией. Этот новый “поворот” взгляда мы назовем метарефлексией, или метарефлективным “Я”.

Сам процесс самопознания, осуществляемый рефлективным “Я”, в обычном случае остается “латентным”, но как любое опытное постижение может “быть раскрыт благодаря рефлексии более высокого уровня”, то есть метарефлексии. В метарефлективном “Я” нет ничего выходящего за рамки возможностей человеческого сознания. Так как рефлексии над переживаниями, в свою очередь, суть сами переживания, то, будучи таковыми, они “могут становиться субстратами новых рефлексий” .

Метарефлексия, таким образом, это не столько новое понятие, сколько новое название того, что уже существует равно как в философском исследовании, так и в обыденной жизни. Например, я говорю себе: “Я слишком много копаюсь в себе”; это означает, что я наблюдаю за своей рефлексией и даже как-то оцениваю ее. Чаще всего метарефлективное “Я” вмешивается в рефлективные процессы, корректируя их в соответствии с теми или иным образцами и нормами, предписывающими, как надо думать о себе, а как не надо, что можно чувствовать, а что нельзя и пр. Метарефлективное “Я”, таким образом, обычно выполняет роль “цензуры” по отношению к рефлективному “Я”, то есть функцию самоконтроля, но более высокого уровня. Многие психотехнические процедуры (аутогенная тренировка, самовнушение и пр.) суть не что иное, как метарефлективные акты, накладывающиеся на обычные рефлективные постижения и пытающиеся их каким-то образом видоизменить, например, “плохие эмоции” заменить “хорошими”, “правильными”.

В то же время метарефлективное “Я” не обязательно выступает в “агрессивной” и “репрессирующей” роли по отношению к рефлективному “Я”. Контроль над рефлексией может заключаться в повышении качества рефлексии благодаря, например, различению познавательной и регулятивной функций рефлексии, то есть самонаблюдения и самооценки, в результате чего мы приобретаем чистую познавательную рефлексию, открывающую нам дорогу к самопостижению. Такой контроль за рефлективным “Я”, безусловно, необходим феноменологу. В этом случае метарефлексия выступает уже в роли инструмента экзистенциальной феноменологии, как средство наблюдения за деятельностью рефлективного “Я”, в свою очередь конституирующего феномен самобытия. Метарефлексия позволяет увидеть, как рефлективное “Я” конституирует продуктивное “Я”, как меняет направление его потока, как оно его творит, то есть, в конечном счете, как человек творит образ своего бытия (самобытия). Можно сказать, что метарефлективное “Я” — это “точка зрения”, дающая возможность наблюдать за самопознанием как процессом самотворения.

Впрочем, реальный метарефлективный процесс не выходит за пределы рефлективного, а выступает лишь в качестве особого вида рефлексии. Казалось бы, логично рассуждать: рефлективность — это способность выйти “за спину” продуктивности, а метарефлективность, соответственно, — способность выйти “за спину” рефлективности и т.д. Однако практически это немыслимо. Так, в продуктивном акте я могу обнаружить некую непосредственную данность (предмет, звук, ощущение и пр.), в рефлексии же я могу обнаружить себя, обнаруживающего некую данность, например: себя, смотрящего на предмет, себя слушающего, себя ощущающего; при этом я могу в одном поле непосредственного рефлективного восприятия объять и себя, и воспринимаемую мною данность. А дальше? Могу ли я в одном акте непосредственного (здесь-и-теперь) восприятия охватить себя в качестве воспринимающего себя, воспринимающего некую данность? Позволяет ли метарефлексия непосредственно воспринимать рефлективные акты, или она обеспечивает исключительно репродуцированное восприятие их как ретроспективная рефлексия?

Метарефлексия может “догонять” рефлективные акты, “наступать им на пятки”, может “препятствовать” им, но остается открытым вопрос, насколько она может быть с ними одновременно. А может быть метарефлексия — это диалог различных рефлективных позиций (рефлективных “Я”), “Я”, вступающее в диалог с самим собой.