Садху просит подаяние у царя. Традиционный рисунок
Эти нагие отшельники именуются нага‑садху. Они не только просят милостыню, но и сидят иногда на улицах, занимаясь проповедями, слушать которые собирается немало желающих.
И немалой загадкой еще являются некие хиджры, которые то причисляют сами себя к числу жрецов и служителей бога, то отказываются от этой роли. Поэтому мы не берем на себя ответственности оценить их с такой точки зрения, но описать их или хотя бы вкратце остановиться на этой довольно загадочной группе все же необходимо.
Прежде всего следует сказать, что основным их отличием являются отклонения от нормы в сексуальной сфере – в эту многомиллионную общину входят гермафродиты, бисексуалы, евнухи и т. п. Они включены в кастовое индусское общество и даже пользуются в нем определенным уважением, будучи непременными участниками всех религиозных праздников и многих обрядовых действий. Эта группа, безусловно, может быть прослежена с глубокой древности, вероятнее всего, с эпохи цивилизации Хараппы, т. к. в литературе брахманизма о хиджрах упоминаний нет. Но зато есть в эпической поэме «Махабхарате», в которую вошло множество сюжетов, очень далеких от жизни и поведения арьев.
В одном из рассказов поэмы9 повествуется о великом герое‑воине по имени Арджуна, третьем из братьев‑Пандавов, который должен был по жизненным обстоятельствам скрывать свой мужской пол. Он самопроизвольно превратился в женщину, или же в некое ее подобие. Скрываясь от врагов при дворце одного царя, он взял на себя роль учителя танцев и проводил свои дни на женской половине дворца среди царевен и их подружек, нося женские одежды и украшая себя кольцами и браслетами. Потом, по истечении заданного срока, он внезапно на глазах испуганных девушек превратился в могучего воина и ринулся в бой, не успев снять свои развевающиеся покрывала. Следует сразу подчеркнуть, что и он, и его братья, описанные в поэме как весьма светлокожие и как выдающиеся герои, на самом деле происходили на 3/4 из среды местного темнокожего населения и лишь на 1/4 были генетически связаны с арьями.
Вот этот факт служит подтверждением нашей мысли о древнейшем, доарийском, существовании хиджр в аборигенном обществе Индии, об их вероятном облике и одной из областей их занятий, а именно – о танцах. Численность хиджр в современной Индии не определена, но она не уменьшается и даже прирастает. Они пополняют свои ряды за счет новорожденных, у которых определяются половые аномалии, а узнают они о таких появляющихся в среде разных каст детях через народных акушерок, поддерживая с ними постоянную связь. В подобных случаях родители отдают хиджрам таких детей добровольно, каким бы странным это ни казалось нам. И это выглядит как принесение богу своего рода жертвы. Бывают случаи, когда при отказе родителей хиджры силой захватывают младенцев и навсегда скрывают их в недрах своей общины.
Хиджра в облике женщины. Рисунок с. Потабенко
По роду своих занятий хиджры делятся на три нечетко разграничиваемые группы, а точнее, на четыре: высшие занимаются танцами, приходя (будучи приглашаемы!) в дома на свадьбы и праздники, средние поют и пляшут на улицах и рынках, низшие исполняют грязную работу по домам, а нижайшие занимаются криминальными делами или приводят клиентов к проституткам, которые часто живут в их же колониях (при больших городах эти колонии насчитывают по несколько сот тысяч человек).
Все хиджры имеют женский облик и оформляются «под женщин» – отпускают длинные волосы, носят женскую одежду, много украшений и пользуются обильно косметикой. Иногда это в сочетании с четко выраженным мужским лицом и мускулистым телом производит странное впечатление.
О древности этого института, вероятно, говорит и то, что они считаются почитателями и служителями богов – а главное, богинь, – включенных в индуизм из числа темнокожих или черноликих божеств, которым поклонялись доарийские жители Индии, создав их, как говорится, по своему облику и подобию. Они обязательно танцуют во дворах и на площадях в дни праздников, посвященных богу Кришне (т. е. «Черному») и богиням, таким как Черная Кали, посвящая им свою странную сексуальную жизнь и свое искусство, также восходящее к доарийской старине. Видимо, поэтому их и причисляют к индуистским жрецам, хотя у многих это вызывает серьезные сомнения.
На этом можно завершить этот краткий рассказ о жрецах индуизма, как и о кастах, проявляющих себя так по‑разному в религиозной жизни.