- •Символика цвета в рассказах в. Набокова 1930-х годов
- •Оглавление
- •Глава 1 цвет как средство художественной выразительности……………………………………………….12
- •Глава 2 цвет как художественный приём в рассказах в. Набокова «весна в фиальте» и другие рассказы»………………………………………… ….21
- •Реферат Михаленко Дмитрия Викторовича
- •Введение
- •Обзор литературных источников по теме
- •Глава 1 цвет как средство художественной выразительности
- •Красный цвет. «Напряжение сил, концентрация энергии — тяжёлый труд, борьба, война, конфликты, трагедия, драма, гнев, жестокость, ярость, страсти.
- •Жёлтый цвет. «Состояния, связанные с позитивной энергетикой: веселье, разрядка напряжённости, радость, праздник, игра, красота.
- •Известно такое определение фашизма, как «коричневая чума».
- •Глава 2 цвет как художественный приём в рассказах в. Набокова «весна в фиальте» и другие рассказы»
- •2.1 Цветообразы рассказа «Весна в Фиальте»
- •2.2 Особенности композиции рассказа «Круг»
- •2.3 Эффект неожиданности в рассказе «Королёк»
- •2.4 Форма и содержание рассказа «Тяжёлый Дым»
- •2.5 Цветообраз и его объект в рассказе «Памяти л.И. Шигаева»
- •2.6 Мистификация в рассказе «Посещение Музея»
- •2.7 Транслятор авторской тоски по Родине в рассказе
- •2.8 Частичное резонёрство героя в рассказе «Истребление Тиранов»
- •2.9 Рассказ «Василий Шишков»: цель и средство
- •2.10 «Приглашение на казнь» в рассказе «Облако, Озеро, Башня»
- •2.11 Владимир Набоков и Джеймс Джойс
- •Заключение
- •Список использованной литературы
2.4 Форма и содержание рассказа «Тяжёлый Дым»
В основе произведения – творческие искания юного Гришеньки. Известно, что вопрос творческих исканий в полной мере раскрыт в романе «Дар», уже упоминавшемся в ходе данного исследования. Это один из рассказов, приближённых идейно и тематически к роману.
Рассказ не имеет динамически развивающегося сюжета. В известном смысле это очерк, основанный на видении мира юным творцом, о том, что бренная повседневность – ничто в сравнении с богатым воображением человека, который вот-вот разродится произведением искусства, независимо от масштабности последнего, причём сам творческий актявляется наибольшим счастьем для человека, разыгравшееся воображение которого подавляет большинство внешних раздражителей.
Что касается сюжета, у Набокова очень часто он не усложнён нагромождением обстоятельств и перипетий, в чём нельзя не согласиться с Михаилом Шульманом.
«Открывая любую набоковскую страницу, нельзя совладать со странным чувством... Сквозь весь сюжет воспринимаешь некое таинственное сообщение, к повествованию имеющее отношение лишь косвенное, как собранные в комнате предметы — к лучу солнца, их странно освещающему» [12]…
Вернёмся к набoковскому тексту.
«Пьяные от итальянской музыки аллитераций, от желания жить, от нового соблазна старых слов — «хлад», «брег», «ветр», — ничтожные, бренные стихи, которые к сроку появления следующих неизбежно зачахнут, как зачахли одни за другими все прежние, записанные в чёрную тетрадь; но всё равно: сейчас я верю восхитительным обещаниям ещё не застывшего, ещё вращающегося стиха, лицо мокро от слёз, душа разрывается от счастья, и я знаю, что это счастье — лучшее, что есть на земле» [7, c.430].
Стихи юного поэта несовершенны, как и мир, его окружающий. Но процесс их созревания и последующий процесс создания их – вот вершина работы человеческой мысли. Автор напоминает читателю о факте, известном, пожалуй, всем людям искусства – произведение является важным, самым главным для его автора лишь в процессе его создания. Со временем очарование им уступит очарованию и заинтересованности новыми, более совершенными (своими формой и содержанием).
Роль цвета в данном рассказе не является решающей. Автор концентрируется на впечатлении и пытается передать его читателю почти без обращения к цвету, тем самым давая читателю свободу рисовать в собственном воображении свой мир Гришеньки, не впервые делая читателя соавтором.
Между прочим, Гришенька тоже является эмигрантом, как и сам автор.
Вообще, критики по-разному подходили к трактовке набоковской прозы.
«Самым загадочным свойством прозы Владимира Набокова многим представлялся очевидный разрыв между огромностью его дарования и ничтожеством (некоторые говорили даже — пустотой) содержания его книг» [12].
Само собой разумеется, что никакого «ничтожества» и никакой «пустоты» содержания у Набокова не было (как во всём творческом наследии, так и в рассказе «Тяжёлый Дым»), имела место лишь ярко выраженная насыщенность формы (в сравнении с содержанием), когда средства художественной выразительности как бы оттеняли сюжетную линию, которая, следует отметить, очень часто (особенно в малой прозе автора), всё же не была замысловатой.