13. Личность в бихевиоризме (б.Ф. Скиннер, д.Б. Уотсон, р. Торндайк).

Чтобы правильно оценить значение бихевиоризма для психологии личности следует возвратиться к той её ассоцианистской традиции, основы которой были заложены еще в XVII в. Декартом и Локком и которая сформировалась к началу XX в. Основные постулаты психологической науки того времени:

1. Отождествление психики с сознанием.

2. Противопоставление области сознания всей остальной действительности, отделёной от сознания «пропастью».

3. Культивирование эволюционистского напрвления в естествознании

4. Разработка эмпирического направления во французкой психологии

4.Акуализация психофизической и психофизиологическая, проблем.

• 5. Интроспекция как ндивидуальный субъективный метод самонаблюдения – единственный способ исследования психики (сознания).

Поэтому в главной своей работе «Психология с точки зрения бихевиориста» (1913 г.) Джон Бродес Уотсон (1878— 1958 гг. выступил с революционными идеями, оп­ровергающими эти постулаты. Содержание его идей сводилось к следующему:

– Утверждение традиционной психологии о том, что объект ее изучения –явление сознания, а интроспекция – единственный прямой метод исследования, ошибочно;

– Психология, с бихевиористической точки зрения, есть чисто объективная, экспериментальная область естественной науки, которая нуждается в интроспекции в той же сте­пени, что и другие науки (химия, физика и т.п.).

– Отказ воспринимать состояние сознания как самостоятельный (и единственный) объект исследования уничтожает барьер, существующий между психическим и физическим, между психологией и другими науками.

Дж. Уотсон считал, что «с точки зрения бихевиориста подлинным предметом психологии (человека) является поведение человека от рождения до смерти». Явления поведения, по Уотсону, можно наблюдать точно так же, как и объекты естественных наук. В основу изучения поведения мо­жет быть положена формула стимул—реакция. Например, прикосновение к роговой оболочке глаза — стимул, а мигание — реакция. Основная задача бихевиориста заключается в изучении самого факта поведения, возможностей его прогнозирования, а в конечном итоге — в управлении поведени­ем. Задача же физиолога при изучении того же явления сво­дится «к определению соответственных нервных связей, их направления и числа, продолжительности и распростране­ния нервных импульсов и т.д.». Бихевиоризм этой области не затрагивает, как не касается он и проблемы физико-химической. З аконы поведения человека формируются в основном под влиянием внешней среды: «Церковь, школа, брак — словом, все вообще исторически возникшие институты не могли бы существовать, если бы нельзя было предсказать — в самом общем смысле этого . слова — поведение человека; общество не могло бы суще­ствовать, если бы оно не в состоянии было создать такие ситуации, которые воздействовали бы на отдельных инди­видов и направляли их поступки по строго определенным путям».

Как и психоанализ, бихевиоризм противостоял тем аспектам ассоцианизма, которые связаны с представлениями о сознании, од­нако, основания для противостояния были совершенно иные.Бихевиоризм складывался как направление с явно выраженным естественно-научным уклоном, и его основатели пытались найти формы объективного подхода к психической жизни. Согласно бихевиористам, такие понятия, как «осознание», «переживание», «страдание» и т. п., не могут считаться научными; все они — продукт человеческого самонаблюдения, то есть субъективны. Наука же, с их точки зрения, не может оперировать представлениями о том, что не может быть зафиксиро­вано объективными средствами.

В последствии Б.Скиннер назовет подобные понятия «объяснительными фикциями», лишенных права на существование в науке. Что же может быть предметом изучения? Ответ бихевиористов: поведение, активность. «Поток сознания мы заменяем потоком активности», — объявил Д. Уотсон. Активность — внешняя и внутренняя — описывалась через понятие «реакция», к которой относились те изменения в организме, которые могли быть зафик­сированы объективными методами, — сюда относятся и движения и, например, секреторная деятельность. В качестве описательной и объяснительной Д.Уотсон предложил схему S-R, в соответствии с которой воздействие, то есть стимул (S) порождает некоторое поведение организма, то есть реакцию (R), и, что важ­но, в представлениях классического бихевиоризма, характер реакции определяется только стимулом. С этим представлением была связана и научная программа Уотсона — научишься управлять поведением. В самом деле, если реакция определяется стиму­лом, то достаточно подобрать нужные стимулы, что­бы получить нужное поведение! (Не усматривается ли здесь, отголосок философии Д.Локка?). Следова­тельно, нужно проводить эксперименты, направлен­ные на выявление закономерностей, по которым формируются стимул-реактивные связи, организо­вать тщательный контроль ситуаций, регистрацию поведенческих проявлений в ответ на воздействие стимула.

Еще один важный аспект: эта схема распространима и на животных, и на человека. По Уотсону, законы научения (то есть формирования реакции на опре­деленные стимулы) универсальны; поэтому данные, полученные в экспериментах с кошками или крысами (последние — излюбленный материал для бихевиористов), распространимы и на человеческое поведение.Описание научения, данное Д.Уотсоном, достаточно просто в своей основе (что во многом определило популярность бихевиоризма) и соотносимо с закономерностями формирования условного рефлекса по И.П.Павлову, на которого бихевиористы достаточно широко ссылались.

Вот, например, как описывает Уотсон формирование реакции страха у 11-месячного мальчика. Ребенку показывают белую крысу (до того он с крысами не сталкивался). При этом никакой негативной реакции («реакции избегания») не наблюдается. В дальнейших опытах появление крысы сопровождается резким зву­ком, вызываемым ударом о металл (у детей отмечена врожденная негативная реакция на резкие дисгармо­ничные звуки), то есть осуществляется подкрепление.

После ряда проб оба стимула ассоциируются и ре­бенок начинает демонстрировать негативную реакцию на появление крысы без звукового сопровождения, то есть у него сформировалась реакция на данный сти­мул. При этом ребенок демонстрирует аналогичную ре­акцию не только на появление крысы, но и сходных с ней объектов (например, меховой воротник). Данное явление бихевиористы называют генерализацией, то есть обобщением.

Аналогично происходит формирование поведенчес­ких навыков и в других ситуациях. Так, крыса, находя­щая пищевое подкрепление в определенной точке ла­биринта, от пробы к пробе будет демонстрировать все меньше ошибочных действий, вплоть до формирования навыка безошибочного прохождения лабиринта.

Несомненно, что принципы классического бихеви­оризма выглядят упрощенно. В дальнейшем экспери­ментальная практика не подтвердила правомерность исходной схемы как универсальной: в ответ на воздей­ствие, у одного и того же стимула могут следовать разные реакции, одна и та же реакция может побуж­даться различными стимулами. Зависимость реакции от стимула не подвергалась сомнению, однако встал вопрос о том, что есть нечто, определяющее реакцию, помимо стимула, точнее — во взаимодействии с ним.