29. Проблема соотношения права и закона

Концепций, связанных с различением права и закона, существует множе­ство. Однако можно обозначить два принципиальных подхода:

а) право есть творение государственной власти и правом следует считать все официальные источники норм независимо от их содержания;

б) закон, даже принятый надлежащим субъектом и в надлежащей проце­дурной форме, может не иметь правового содержания, быть неправовым за­коном и выражать политический произвол.

Признано, что право и государство являются самостоятельными (в том смысле, что не государство порождает право) продуктами, результатами об­щественного развития. В такой же степени независимы от государства и со­временные процессы правообразования: они идут в недрах общественного организма, проявляют себя в виде устойчивых, повторяющихся социальных отношений и актов поведения, формируются как правовые притязания обще­ства и фиксируются общественным сознанием. А уже дело государства - вы­явить эти притязания и, основываясь на началах справедливости, возвести их в закон, то есть оформить в официальных источниках как общеобязательные правила поведения. Таким образом, получается, что право как единство со­держания и формы складывается в результате взаимодействия общества и го­сударства: содержание права (сами правила поведения, информационная сто­рона права) создается объективно, под воздействием социальных процессов, а форму праву придает государство.

 

Пункты, из которых следует исходить в характеристике соотношения права и закона:

1. Право и закон следует различать. Закон (официальные источники норм) - это форма выражения, объективирования права вовне, а право -единство этой формы и содержания (правил поведения).

2. Не может быть права до и вне закона (своей формы). Форма - способ жизни права, его существования. Как замечает проф. Мушинский: «Все со­временные системы права одеты в мундир законодательства».

3. Закон может иметь неправовое содержание, быть, с этой точки зрения, пустой, бессодержательной формой - «неправовым законом». (Правовое со­держание у закона или неправовое - это определяется как на основе общих естественно-правовых начал, так и исходя из конкретно-исторических усло­вий существования данного общества.)

Такой подход отвечает и общим законам связи формы и содержания явле­ний. Так, может иметь место бессодержательная форма (бессодержательна она, конечно, в строго заданном отношении: «какое-то» содержание у нее все равно есть), но не может быть содержания вне какой-либо формы. Например, можно имитировать из бумаги форму стула, которая внешне будет очень на него похожа. Однако с точки зрения самого предназначения, функций стула, эта конструкция будет абсолютно бессодержательна: стулом она является лишь по форме. С другой стороны, не удастся использовать в качестве стула то, что вообще не имеет никакой формы.

30. Разделение государственной власти, суд в системе разделения властей

Российская Конституция провозглашает разделе­ние властей на законодательную, исполнительную и судеб­ную.

Но в противоречие функциональному и институциональ­ному разделению властей ст. 90 Конституции РФ позволяет Пре­зиденту РФ - издавать ука­зы не на основании и во исполнение законов, а всего лишь не противоречащие Конституции РФ и законам. Это влечет конку­рирующую нормотворческую компетенцию фактического законодателя (Федерального Собрания) и Президента РФ. Так, если вопрос не урегулирован законодательно, Президент РФ имеет пра­во издать по этому вопросу свой нормативный акт. Президент РФ вправе внести законопроект, а в случае отклонения законо­проекта - издать по этому вопросу указ. Президент РФ может реализовать свое право отлагательного вето, отклонить феде­ральный закон и издать по этому вопросу указ. Следователь­но, в России глава государства выполняет функцию законодательной власти. Нормативные указы Президента РФ, не противоречащие Конституции РФ, имеют силу закона до тех пор, пока иное не установлено вступив­шим в силу федеральным законом. Конституционный Суд РФ признал такое положение не противоречащим Конституции РФ: Президент РФ вправе издавать указы, восполняющие про­белы в законодательном регулировании, а их действие во времени ограничивается периодом до принятия соответству­ющих законов⁷. Между тем такое нарушение разделения вла­стей несовместимо с конституционным идеалом правового государства.

Во-вторых, законодатель не вправе вмешиваться в деятельность исполнительных органов, не вправе принимать ре­шения индивидуального характера, входящие в компетенцию исполнительной власти. В противном случае законодатель пре­вратится в институциональную силу, одновременно устанавливающую правила применения силы.

Законодатель не вправе косвенно вмешиваться в процесс отправления правосудия, изменяя законы, которые должны применяться в делах, интересующих законодателя, если та­кое вмешательство угрожает свободе, безопасности, собствен­ности. Поэтому существует правило: "закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет". Вместе с тем допустима юридическая ответственность лишь за те деяния, которые признаются правонарушениями в момент применения санкции. Поэтому смягчающий закон имеет обратную силу. По аналогичным мотивам амнистию, объявля­емую законодателем, следует считать допустимым вмешатель­ством в процесс отправления правосудия.

Если же судьи, хотя бы в силу так называемого орга­низационного подчинения суда министерству юстиции или же в силу их фактической зависимости от бюрократического ап­парата, ведающего распределением социальных благ, так или иначе инкорпорированы в структуры исполнительной влас­ти, они объективно вынуждены защищать корпоративные ин­тересы этой власти, если таковые затрагиваются спором о праве. При таком положении суд не может быть гарантом за­конности, противовесом незаконным акциям исполнительной власти. В целях достижения административной независимос­ти судов от органов законодательной и исполнительной влас­ти в США, Японии и некоторых европейских странах форми­рование бюджета судов, назначение персонала, расходы на ведение дел и тому подобные вопросы находятся под судеб­ным контролем.

Цель законодательной власти, как это следует из ее названия, - издание законов. Еще эту ветвь публичной власти принято имено¬вать представительной, поскольку эти органы, как никакие дру¬гие, представляют интересы всего народа (населения) или значи¬тельной его части. Речь идет об органах, которые принято име¬новать парламентами. Именно этим органам доверено прини¬мать законы, т.е. акты высшей юридической силы, поскольку они являются выборными коллегиальными органами публич¬ной власти, в которых наиболее широко представлены интере¬сы большинства граждан демократического государства, вклю¬чая политические, национальные, возрастные и иные социаль¬ные меньшинства.

Вторая ветвь публичной власти - исполни­тельная. Ее основная задача исполнять те за­коны, которые приняты законодательными (представительными) органами публичной власти. Смысл деятель­ности этой ветви власти - фактически реализовать те положения принятых парламентом законов, которые нуждаются в принуди­тельном исполнении или вмешательстве в их исполнение в иной форме.