16. Практический разум и его принципы

Свобода не открывается теоретическому (познающему) разуму, ведь мир явлений – природа – подчинен строгой необходимости. Свобода открыта только практическому разуму, который призван направлять наши поступки. Практический разум – это разум, применяемый для разумного выбора цели поступка (зачем я буду поступать так, а не иначе?).

Тогда что же означает выражение «разумно выбрать»? Разумный выбор – это выбор, основанный на принципах, которые установил сам разум. Конечно, выбирает наша воля, но она может выбирать либо по прихоти желания или настроения, либо по разумному принципу. Отсюда Кант формулирует еще одно определение практического разума: практический разум – это разумная воля.

Однако сами принципы, которые устанавливает разум, могут быть разного значения (и по характеру, и по последствиям их применения). Поэтому Кант считает необходимым провести классификацию принципов практического разума.

Принципы практического разума	Максимы – это субъективные (имеющие силу для конкретного субъекта с его особым характером) принципы выбора целей. Но можно ли считать данный принцип объективным – то есть имеющим силу для любого человека? Нет, так как они субъективны.
	Императивы – это объективные принципы разума, которые значимы для любого разумного субъекта. Однако они также неравнозначны, потому Кант различает два вида императивов:	Гипотетические императивы, которые определяют волю в зависимости от поставленной цели. Формула: «Если…, то…». (Например: если ты хочешь быть здоров, веди здоровый образ жизни. Однако человек может не желать быть здоровым, и тогда этот императив не имеет для него силы) Это сфера разумного выбора, но в ней есть момент произвольности
		Категорический императив Формулировка 1: «Поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству – и в своем лице, и в лице всякого другого – как к цели и никогда только как к средству». Формулировка 2: «Поступай так, чтобы ты мог пожелать, чтобы максима твоего поступка стала всеобщим законом». Формула: «Должен, потому что должен». В категорическом императиве нет произвольности, а лишь безусловное веление. В действие здесь вступает добрая воля, которая определяется принципом добра, а не возможными последствиями поступка, она не расчетлива.

Для того, чтобы достигать своих целей в природном мире, всегда нужен расчет (например, чтобы выбрать способ лечения больного). В сфере свободы, напротив, важен мотив: то, ради чего мы совершаем тот или иной поступок. Для понимания категорического императива важно, что он распространяется и на самого себя - человек не должен делать и себя орудием для достижения своих или чужих целей.

Отсюда возникает этический парадокс Канта: «свободная воля и воля, подчиненная нравственному закону – это одно и то же». Общепринято, что свобода состоит в том, что мы поступаем в соответствии с внутренними принципами. Но с другой стороны, долг – это также поступки в соответствии с внутренними устремлениями и принципами человека. Следовательно, свобода и долг не могут противоречить друг другу. Мы свободны только тогда, когда поступаем в соответствии с собственными принципами. Таким образом, знак равенства между долгом и свободой устанавливает наша разумность.

Конечно, этика, которая рассматривает человеческую личность лишь как разумное существо, оценивается неоднозначно. Например, Николай Бердяев, высоко ценя кантовское отделение свободы от природы, в то же время считал, что сводя личность лишь к разумности, Кант выхолостил свою этику, – ведь в основе нравственного выбора лежит душевный порыв, некое внутреннее движение. Напротив, Мераб Мамардашвили считает, что сила Канта как раз в его формализме и примате разумного, так как без формы и четкой определенности, которую задает разум, человек подвержен радикальному злу. Такое расхождение в оценках свидетельствует о том, что 1) Кант затронул важную «болевую точку» человеческого существования и 2) не существует однозначного выбора в пользу одного «единственно верного» решения.