Творчество э. Лира – основателя жанра «нонсенс».

Лир, поэт, художник и путешественник с полным правом может считаться одним из основоположников английской (и европейской) детской литературы в собственном смысле слова: его произведения с самого начала предназначались и для взрослых, и для детей, и детский читатель в Англии с огромной любовью отнесся к творчеству Лира. В то же время Эдвард Лир заложил основы нового направления в английской литературе: он создал своеобразную юмористическую литературу абсурда.

Нонсенс – искусство двойственное, неоднозначное во многих отношениях. С одной стороны, оно представляется смелым, даже можно сказать бунтарским, с другой, это искусство ограниченное (исторически, географически и даже этнически). Целевая аудитория нонсенса – дети, но он оказывается не менее интересен и взрослым. Причиной чего чаще всего называют «интеллектуальный характер нонсенса». Расцвет этого вида искусства приходится на XIX век, когда одной из основных добродетелей в английском обществе считалось следование общим правилам, соблюдение приличий. На фоне общей определенности человеческой жизни, нонсенс выделяется своим свободным характером.

Нонсенс – родственное абсурду явление. Наиболее ярко он представлен в культуре Великобритании. Его расцвет приходится на Викторианскую эпоху, известную своей строгостью, поклонением морали, долгу, вниманием к общественному мнению и другими ограничениями, определявшими жизнь англичан в XIX веке. Основателями традиции нонсенса считаются Эдвард Лир (1812-1888) и Льюис Кэрролл (1832-1898). Эдвард Лир - замечательный поэт и художник, основатель и ярчайший представитель поэзии нонсенса. Наследие Эдварда Лира давно стало неотъемлемой частью английской литературы. Сочиняли лимерики Редьярд Киплинг, Джон Голсуорси, Джеймс Джойс и еще сотни известных и безымянных поэтов. Традиция нонсенса, остро воспринятая, развитая и утвержденная Лиром, нашла свое продолжение и в русской поэзии - Даниил Хармс называл его в ряду своих любимых авторов. А началось все с игры. Четыре года Эдвард Лир жил в поместье графа Дерби и развлекал своих маленьких друзей, детей графа, рисуя для них нелепые рисунки и сочиняя к каждому рисунку такой же нелепый стишок. Он никогда и не называл их лимериками, только "нонсенсами" - нелепицами; название "лимерик" закрепилось за ними позже, уже после смерти автора. И все же за персонажами веселых рисунков и стихов Лира стоит не одна лишь игра и неистощимая веселость, но и одиночество, усталость и скрываемый от всех тяжкий недуг - эпилепсия, которым страдал поэт. Лир прекрасно умел посмеяться над собой. Но пафос его творчества в ином. Его абсурдные стихи утверждают главное: самостояние человека, его стойкость перед лицом судьбы и обстоятельств.

Английский поэт Уистан Хью Оден писал в сонете, посвященном Лиру, что дети "захватили его, как остров". Это не совсем точно: дети и взрослые поделили Лира, и ни те ни другие не остались в обиде. Как всякий подлинный поэт, Эдвард Лир - некое послание, которое никому не дано разгадать до конца.

Главная мишень поэзии Лира - косность человеческой мысли, в какой бы форме она ни проявлялась. Фантазия Лира в основном направлена на создание комических персонажей с умопомрачительными именами, на игру словами. «Комедия положения» довольно далека от его творчества, и читатель вспоминает о ней только в тех случаях, когда Лир ставит своих героев в совершенно неправдоподобные условия («Кот и Сова»). В своем творчестве Лир нередко переосмысляет, пародирует различные поэтические жанры - балладу («Утка и Кенгуру»), басню с морализаторским финалом («Поббл, у которого нет на ногах пальцев»). Лучшие произведения: цикл стихотворений о Джамблях, «Эдвард Лир о самом себе», «Прогулка верхом». Эдвард Лир создал также множество маленьких шедевров - лимериков. В лаконичной, экономной форме лимерика своеобразная поэтическая логика Лира заиграла новыми красками. Эдуард Лир. Поэт и талантливый художникXIXвека Эдуард Лир более современен, чем некоторые писатели нашего времени. Художник-анималист, он прославился своим искусством передавать в рисунке живые портреты животных и птиц. А в историю мировой детской литературы вошел как автор безудержно веселых рассказов и стихов для детей и родоначальник нового стихотворного жанра – лимерика. Лимерик – шуточное стихотворение из пяти строк, рифмующихся по образу aabba (т.е. рифмуются строки первая, вторая и пятая, третья и четвертая). В пяти строках лимерика заключена притча, шутка, небылица или курьезный случай из жизни. Часто героем лимерика является некий старый джентельмен – неисправимый чудак. Этот жанр стихотворения назван по имени города Лимерика в Ирландии. Фольклорные истоки такой поэзии очевидны. Это – разновидность небылиц, своего рода умная бессмыслица, игра фантазии. Недаром свою книгу стихов поэт назвал «Книга небылиц». Вышла она анонимно в 1846 году, была дополнена автором в 1861 году. Застенчивый чудак и нелюдим, проведший последние двадцать лет своей жизни в небольшом местечке Италии Сан-Ремо в обществе своего единственного друга кота Фосса, Эдуард Лир обладал редким свойством: полностью уходить в мир детства. Он создавал произведения, имитирующие интеллектуальную игру, которая необходима малышам как воздух. Забавные истории о чудаках Джамблях, плывущих по морю в решете, о смелой Утке, которая отправилась в путешествие на хвосте у Кенгуру, о щипцах для орехов и щипцах для конфет, пожелавших стать наездницами (сборник «Прогулка верхом»), не требует от детей изнурительных умственных усилий. Напротив, дети должны навести порядок в этом перевернутом мире, мысленно восстановить причину и следствие происходящих событий и с удовольствием укрепиться в той самой истине, которая, если преподнести ее прямо в лоб, без выдумки, может вызвать лишь скуку и внутренний протест. Поэт любит житейские истины излагать по-своему, неожиданно раскрывая их смысл. Меняя местами причину и следствия, он строит рассказ о фантастическом Поббле. Детям хорошо известна житейская мораль: «Промочишь ноги – заработаешь насморк».Лир в своей шутливой поэме о Поббле заставляет его промочить нос, потеряв теплую фланельку, которой снабдила его заботливая тетушка Джобиска. И так же, как Джамбли напоминает известных «мудрецов» из Готема, так и чудак Поббл кажется выходцем из фольклорной загадки. Стихотворные сказки Лира всегда сюжетны, подвижны. Их хочется назвать рассказами в стихах, что тоже характерно для фольклора. Известны переработки для детей классической английской литературы, сделанные Э. Лиром.

№28 Жанр сказки в творчестве Л. Кэрролла. История создания сказок «Алиса в стране чудес» «Алиса в Зазеркалье». Прототипы героев, связь с английским фольклором. Специалист в области математической логики и анализа Чарлз Латуидж Доджсон вошел в историю английской детской литературы под псевдонимом Льюис Кэрролл. Профессор Оксфордского университета, обогативший математику своего времени рядом открытий, Льюис Кэрролл проявил оригинальность своего мышления и в литературном творчестве. Собственно говоря, его произведения - от серьезных математических трудов до забавных головоломок и сказок - связаны общими идеями и парадоксальностью мышления.  Мировую известность Кэрроллу принес его первый литературный опыт - сказка «Алиса в Стране Чудес» (1865), за которой через шесть лет последовало продолжение: «В Зазеркалье. Что там увидела Алиса» (1871). Обе книги, сразу же после выхода в свет, стали любимым чтением детей, а Алиса - прославленной героиней английской детской литературы. Яркое и своеобразное творчество Кэрролла опирается на целый ряд источников: и устное народное творчество (Кэрролл широко пользовался фольклорными текстами и фольклорными персонажами, щедро вводя их в свое повествование), и индивидуальное парадоксально-логическое мышление автора, к многочисленные элементы злободневной пародии. В дилогии об Алисе все эти компоненты гармонично организованы вокруг несложных сюжетов: в первой книге - путешествие Алисы в подземелье, по карточному королевству, во второй - ее же путешествие по зазеркальной шахматной стране. Эти сюжетные «одиссеи» открывают перед автором неисчерпаемые возможности для самых разнообразных каламбуров, шуток, наконец, для введения в действие совершенно неожиданных, как правило, фольклорных персонажей (Шалтай-Болтай, Лев и Единорог, Грифон, Мартовский Заяц). Для Кэрролла в высшей степени типично «оживление» застывших метафор и просто устойчивых словосочетаний: так, например, Мартовский Заяц «извлечен» им из речения «безумен как мартовский заяц» - и вот Заяц оживает и включается в действие на правах полноправного героя повествования.  Особое место в дилогии об Алисе занимает поэзия. Используя народную поэзию и обыгрывая ее мотивы, Кэрролл сопровождает текст множеством собственных стихов, значительная часть которых - пародии. Теперь, когда прототипы этих пародий забыты, стихи Кэрролла все равно привлекают ребенка своими «лепыми нелепицами»; достигающими уровня высокой художественности Неологизмы Кэрролла частично вошли в английский литературный язык - явление исключительно редкое. Дилогия Кэрролла - произведение ясного, чистого и смелого ума. Разговаривая с детьми на равных, Кэрролл учит своих читателей добру и здравому смыслу, радует их озорной и глубокой шуткой. Более поздние литературные произведения Кэрролла: «Охота Ворчуна» (1876) и «Сильвия и Бруно» (1889-1893) -уже не имели такого блистательного успеха и не слишком высоко оцениваются критикой. ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ В пятницу 4 июля 1862 года Чарльз Лютвидж Доджсон и его друг Робинсон Дакворт на лодке поднялись вверх по Темзе в обществе трёх дочерей вице-канцлера Оксфордского университета Генри Лиделла: тринадцатилетней Лорины Шарлотты Лидделл, десятилетней Алисы Плезенс Лидделл и восьмилетней Эдит Мери Лидделл. Этот день, как впоследствии скажет английский поэт Уистен Хью Оден Стране чудес», часто используется сокращённый вариант «Алиса в Стране чудес») — сказка, написанная английским математиком, поэтом и писателем Чарльзом Лютвиджом Доджсоном под псевдонимом Льюис Кэрролл и изданная в 1865 году. В ней рассказывается о девочке по имени Алиса, которая попадает сквозь кроличью нору в воображаемый мир, населённый странными антропоморфными существами. Сказка пользуется устойчивой популярностью как у детей, так и взрослых. Книга считается одним из лучших образцов литературы в жанре абсурда; в ней используются многочисленные математические, лингвистические и философские шутки иаллюзии. Ход повествования и его структура оказали сильное влияние на искусство, особенно на жанр фэнтези. «Алиса в Зазеркалье» является сюжетным продолжением произведения. «Приключения Алисы в Стране чудес» является литературной обработкой рукописной книги «Приключения Алисы под землёй»^].

«Алиса в Зазеркалье» (англ.— «Сквозь зеркало, и Что там нашла Алиса») — детская книга английского математика и писателя Льюиса Кэрролла, написанная в 1871 году как продолжение книги «Алиса в Стране чудес». В данном случае Алиса имеет не одного, а двух прототипов с таким именем: знакомая Кэрролла иперсонаж предыдущей книги.

Льюис Кэрролл — псевдоним знаменитого английского сказочника. Его настоящее имя — Чарлз Латуидж Доджсон (1832— 1898). Он известен как ученый, сделавший рядкрупных открытий в математике.

Четвертое июля 1862 года памятно для истории английской литературы тем, что в этот день Кэрролл и его друг отправились с тремя дочерьми ректора Оксфордского университета на лодочную прогулку по Темзе. Одна из девочек — десятилетняя Алиса — и стала прототипом главной героини сказок Кэрролла. Обшение с обаятельной, умной и воспитанной девочкой вдохновило Кэрролла на множество фантастических выдумок, которые сплелись сначала в одну книгу — «Алиса в Стране Чудес» (1865), а затем и в другую — «Алиса в Зазеркалье» (1872).

О творчестве Льюиса Кэрролла говорят как об «интеллектуальных каникулах», которые разрешил себе солидный ученый, а его «Алису…» называют «самой неисчерпаемой сказкой мира». Лабиринты Страны Чудес и Зазеркалья бесконечны, как и сознание автора, развитое интеллектуальным трудом и фантазией. Не следует искать в его сказках аллегорий, прямых связей с фольклорными сказками и нравственно-дидактического подтекста. Автор писал свои веселые книжки для развлечения маленькой подруги и себя самого. Кэрролл, как и «король бессмыслицы» Эдвард Лир, был независим от правил викторианской литературы, требующих воспитательной цели, респектабельных героев и логичных сюжетов.

Вопреки общему закону, по которому «взрослые» книги порой становятся «детскими», сказки Кэрролла, написанные для детей, с интересом читаются и взрослыми и оказывают влияние на «большую» литературу и даже науку. «Алису…» скрупулезно изучают не только литературоведы, лингвисты и историки, но и математики, физики, шахматисты. Кэрролл сделался «писателем для писателей», а его шуточные произведения — настольной книгой многих литераторов. Сочетание фантазии с честной «математической» логикой породило совершенно новый тип литературы.

В детской литературе сказки Кэрролла сыграли роль мощного катализатора. Парадокс, игра с логическими понятиями и фразеологическими сочетаниями стали непременной частью новейшей детской поэзии и прозы.

Русских литераторов сказки Кэрролла привлекли в XX веке. Одна из первых попыток перевести «Алису…» была сделана поэтессойВремя от времени по ходу повествования Заходер дает свои пояснения, — впрочем, совершенно в духе Кэрролла.Ситуация, когда идеальный герой вдруг оказывается в среде, полной незнакомых ему правил, условностей и конфликтов, была хорошо разработана еще в русской классике XIX века (вспомним хотя бы роман Достоевского «Идиот»). Может быть, поэтому «Алиса…» легко прижилась в России.

Особенность Страны Чудес или Зазеркалья состоит в том, что все правила, условности и конфликты меняются там на ходу, и Алиса не в состоянии понять этот «порядок». Будучи девочкой рассудительной, она всякий раз пытается логическим путем решить задачку. Например: как выбраться из слезного моря? Плавая в этом зазеркальном море, Алиса размышляет: «Вот глупо будет, если я утону в собственных слезах! В таком случае, — подумала она, — можно уехать по железной дороге». Абсурд спасительного вывода продиктован логикой ее опыта: «Алиса всего раз в жизни была на взморье, и потому ей казалось, что все там одинаково: в море — кабинки для купания, на берегу — малыши с деревянными лопатками строят замки из песка; потом — пансионы, а за ними — железнодорожная станция» (перевод Н.Демуровой). Если к морю можно приехать на поезде, то почему нельзя вернуться тем же путем?

Вежливость (высшая добродетель английских девочек викторианской эпохи) то и дело подводит Алису, а любопытство вызывает невероятные последствия. Почти ни одно ее умозаключение не проходит проверку жесточайшей логикой встреченных ею странных героев. Мышь, Белый Кролик, Синяя Гусеница, Королева, Шалтай-Болтай, Чеширский Кот, Мартовский Заяц, Болваншик, Черепаха Квази и другие персонажи — каждый строго спрашивает девочку по поводу малейшей обмолвки, языковой неточности. Они заставляют девочку понять буквальный смысл каждой фразы. Можно, например, «терять время», «убивать время», а можно с ним подружиться, и тогда после девяти часов утра, когда нужно идти на занятия, наступает сразу полвторого — обед. Однако при столь логично построенных умозаключениях все герои Страны Чудес и Зазеркалья — безумцы и чудаки; своим поведением и речами они и создают антимир чепухи и небыли, в котором блуждает Алиса. Она иногда пытается призвать к порядку безумных героев, но сами ее попытки лишь усугубляют нелепости в этом перевернутом мире.

Главный герой сказки Кэрролла — английский язык. Игра со словом лежит в основе его творческого метода. Герои — ожившие метафоры, алогизмы, фразеологические обороты, пословицы и поговорки — окружают Алису, тормошат ее, задают странные вопросы, отвечают ей невпопад — в соответствии с логикой самого языка. Безумцы и чудаки Кэрролла состоят в прямом родстве с персонажами английского фольклора, восходящими к народной культуре балагана, карнавала, кукольного представления.

Динамичность и остросюжетность действию придают в основном диалоги. Кэрролл почти не описывает героев, пейзажи, обстановку. Весь этот алогичный мир и образы его героев создаются в диалогах, похожих на дуэль. Выигрывает тот, кто умеет обвести вокруг пальца соперника-собеседника. Вот диалог Алисы с Чеширским Котом:Кэрролл создал мир игры «в нонсенс» — в чепуху, вздор, бессмыслицу. Игра состоит в противоборстве двух тенденций — упорядочения и разупорядочения действительности, одинаково присущих человеку. Алиса воплошает своим поведением и рассуждениями тенденцию упорядочения, а обитатели Зазеркалья — противоположную тенденцию. Иногда верх одерживает Алиса — и тогда собеседники тут же переводят разговор на другую тему, начиная новый раунд игры. Чаще же всего Алиса проигрывает. Но ее «выигрыш» состоит в том, что она продвигается в своем фантастическом путешествии шаг за шагом, от одной ловушки к другой. При этом Алиса вроде бы не делается умнее и не набирается настоящего опыта, зато читатель благодаря ее победам и поражениям оттачивает свой интеллект.

№29 Р.Киплинг-классик детской литературы. Тема «человек и природа» в сказках «маугли», «Рикки-Тикки-Тави» и др. Своеобразие выдумки, яркости красок, живой язык сказок.

Известнейшие произведения Джозефа Редьярда Киплинга - это детские сказки, которые составили два тома («Книга Джунглей», 1894-1895; «Сказки просто так», 1902). Они основываются на богатом индийском фольклоре. Так же важную роль в них играет фантазия автора. Киплинг наделяет зверей человеческими чертами, эзоповым языком повествует о том, как существуют люди в мире джунглей. Сказки наполнены экзотическими экстремальными ситуациями, держат в постоянном напряжении. «Книги джунглей» создана по мозаичному принципу. Они состоят из пятнадцати фрагментов, из которых лишь восемь связаны с историей Маугли, но и те не расположены в логической последовательности, а чередуются с рассказами о Белом Котике и маленьком мангусте Рикки-Тикки-Тави, а также другими историями. Эти фрагменты являются самостоятельными, но образуют единый художественный мир. Основные персонажи сборника - мальчик Маугли, предводитель волчьей стаи Акело, медведь Балу, пантера Багира, мудрый питон Каа, жестокий и одинокий тигр Шерхан, его неизменный спутник, коварный и лицемерный шакал Табаки, слон Хатхи, смелый мангуст Рикки-Тикки-Тави, его враги - кобры Наг и Нагайна, настойчивый и любознательный Белый Котик, который искал наилучший остров для своих родственников. Как видим, большинство из этих персонажей - животные. В «Книгах джунглей» автор соединил поэзию и прозу. Идея каждого фрагмента представлена в форме поэтического эпиграфа, а прозаический текст раскрывает ее. А в завершающем стихотворении идея поднимается до мифологического символа. Джунгли у Киплинга возникают как мир борьбы за существование, противостояние двух инстинктов - создания и разрушения, жизни и смерти. Мир джунглей состоит из подчиненных друг другу сообществ: семья, стая, народ. Стая всегда имеет своего предводителя, который обеспечивает порядок, а порядок является условием жизни. Общество без предводителя (как Бандерлоги) движется к самоуничтожению. Закон джунглей разрешает охоту как убийство ради жизни, но запрещает убийство ради развлечения.

Закон Джунглей — это прообраз первичного, пусть часто жестокого, но, по мнению Киплинга, справедливого и главное — необходимого — свода правил, выработанного миллиардами лет эволюции и противостоящего Хаосу и Смерти. Называя волков Свободным народом, Киплинг не преминул показать, что он не отождествляет свободу с анархией.

Особенное место Маугли в джунглях подтверждает и то, что никто из зверей не способен выдержать его взгляд, а мудрая Багира называет его "Господин". Да, он знает и уважает Закон Джунглей, но как Человек способен превозмочь "ветхозаветный" свод правил и диктовать свою волю. Именно осознание себя человеком всё больше и больше удаляет Маугли от "лона природы" и вынуждает вернуться к людям. В названии «Книги джунглей» отразилось стремление автора создать жанр, близкий древнейшим памятникам литературы. Философская идея двух «Книг джунглей» сводится к утверждению, что жизнь дикой природы и человека подчиняется общему закону — борьбе за жизнь. Великий Закон джунглей определяет Добро и Зло, Любовь и Ненависть, Веру и Неверие. Сама природа, а не человек, является творцом нравственных заповедей (именно поэтому в произведениях Киплинга нет и намека на христианскую мораль). Главные слова в джунглях: «Мы с тобой одной крови…».

Единственная правда, существующая для писателя, — живая жизнь, не скованная условностями и ложью цивилизации. Природа имеет в глазах писателя уже то преимущество, что она бессмертна, тогда как даже прекраснейшие человеческие творения рано или поздно обращаются в прах (на развалинах некогда роскошного города резвятся обезьяны и ползают змеи). Только огонь и оружие могут сделать Маугли сильнее всех в джунглях.

Писателю были известны реальные случаи, когда дети взращивались в стае волков или обезьян: эти дети уже не могли стать настоящими людьми. И все-таки он создает литературный миф о Маугли — приемном сыне волков, который живет по законам джунглей и остается при этом человеком. Повзрослев и возмужав, Маугли уходит из джунглей, потому что ему, человеку, вооруженному звериной мудростью и огнем, уже нет равных, а в джунглях этика охоты предполагает честную борьбу достойных противников.

В ходе повествования автор не раз обращается к ребенку («Раз как-то жил, мой бесценный, в море Кит, который поедал рыб»), чтобы сложно заплетенная нить сюжета не была утеряна. В действии всегда много неожиданного — такого, что разгадывается лишь в финале. Герои демонстрируют чудеса находчивости и изобретательности, выбираясь из сложных ситуаций. Маленькому читателю как будто предлагается подумать, что еще можно было бы предпринять, чтобы избежать дурных последствий. Слоненок из-за своего любопытства навсегда остался с длинным носом. У Носорога шкура оказалась в складках — из-за того, что он съел пирог человека. За маленькой оплошностью или виной — непоправимое большое следствие. Впрочем, оно не портит жизнь в дальнейшем, если не унывать.

Каждый зверь и человек существуют в сказках в единственном числе (ведь они еще не представители видов), поэтому их поведение объясняется особенностями личности каждого. А иерархия зверей и людей выстраивается согласно их сообразительности и уму.

Сказочник повествует о древних временах с юмором. Нет-нет да и появляются на его первобытной земле детали современности. Так, глава первобытной семьи делает замечание дочке: «Сколько раз я тебе говорил, что нельзя говорить простонародным языком! “Ужасть” — нехорошее слово…» Сами сюжеты остроумно-поучительны.

Представить мир иным, чем его знаешь, — уже одно это требует от читателя яркого воображения и свободы мысли. Верблюд без горба. Носорог с гладкой шкурой, застегнутой на три пуговицы, Слоненок с коротким носом, Леопард без пятен на шкуре, Черепаха в панцире на шнурках. Неизвестная география и неис-числяемая годами история: «В те дни, бесценный мой, когда все жили счастливо, Леопард обитал в одном месте, которое называлось Высокой Степью. Это была не Нижняя Степь, не Кустистая и не Глинистая Степь, а голая, знойная, солнечная Высокая Степь…» В системе этих неопределенных координат, на фоне голого ландшафта особенно выпукло, контрастно выделяются своеобразные герои. В этом мире еще все можно переделать, внести поправки в созданное Творцом. Сказочная земля Киплинга подобна детской игре своей живой подвижностью.

Киплинг был талантливым рисовальщиком, и самые лучшие иллюстрации к собственным сказкам нарисовал он сам.

Творчество Редьярда Киплинга пользовалось особенно большой популярностью в России в начале XX века. Его ценили И. Бунин, М.Горький, А.Луначарский и др. А.Куприн писал о нем: «Волшебная увлекательность фабулы, необычайная правдоподобность рассказа, поразительная наблюдательность, остроумие, блеск диалога, сцены гордого и простого героизма, тонкий стиль или, вернее, десятки точных стилей, экзотичность тем, бездна знаний и опыта и многое другое составляют художественные данные Киплинга, которыми он властвует с неслыханной силой над умом и воображением читателя».

В начале 20-х годов сказки и стихи Р.Киплинга были переведены К. Чуковским и С. Маршаком. Эти переводы и составляют большую часть его произведений, издаваемых у нас для детей.

№ 30 Мир детства в сказке А.Милна «Винни Пух и все» Сюжет и система образов сказки. Отображение специфики развития детской психики.

Алан Александр Милн (1882—1956) был математиком по образованию и писателем по призванию. Его произведения для взрослых сейчас забыты, а сказки и стихи для детей продолжают жить.Однажды Милн подарил жене стихотворение, которое затем не раз перепечатывалось: это был его первый шаг к детской литературе (жене он посвятил и своего знаменитого «Винни-Пуха»). Их сын Кристофер Робин, родившийся в 1920 году, и станет главным героем и первым читателем историй о себе самом и своих друзьях-игрушках Веселая сказка о Винни-Пухе – фейерверк радости и оптимизма. Она словно не подчинена законам сказочного жанра. В ней нет драматических ситуаций,борьбы Добра и Зла, она легка и улыбчата, а все приключения, происходящие сигрушками Кристофера – персонажами этой сказки, - очень похожи на детские игры. Милн, посмеиваясь, рисет характеры «героев», определяющие их поведение, поступки. Писатель поселил мальчика и его медведя вместе с другими героями-игрушками в сказочном Лесу.

Лес – психологическое пространство детской игры и фантазии. Все, что совершается там, есть миф, рожденный воображением Милна-старшего: дело в том, что по мере повествования герои выходят из подчинения автора и начинают жить своей жизнью. Время в этом Лесу также психологично и мифологично: оно движется тольков пределах отдельных историй, ничего не меняя в целом. «Давным-давно,кажется, в прошлую пятницу…» - так начинается одна из историй. Герои знают дни недели, часы определяют по солнцу. Это циклическое, замкнутое время раннего детства.

Как и многие другие персонажи книги Милна, медвежонок Винни получил имя от одной из реальных игрушек Кристофера Робина (1920—1996), сына писателя. В свою очередь, плюшевый мишка Винни-Пух был назван по имени медведицы по кличке Виннипег (Винни), содержавшейся в 1920-х в Лондонском зоопарке.

Медведица Виннипег (американский чёрный медведь) попала в Великобританию как живой талисман (маскот) Канадского армейского ветеринарного корпуса из Канады, а именно из окрестностей города Виннипега. Она оказалась в кавалерийском полку «Форт Гарри Хорс» 24 августа 1914 года ещё будучи медвежонком (её купил у канадского охотника-траппера за двадцать долларов 27-летний полковой ветеринар лейтенант Гарри Колборн, заботившийся о ней и в дальнейшем). Уже в октябре того же года медвежонок был привезён вместе с войсками в Британию, а так как полк должен был быть в ходе Первой мировой войны переправлен во Францию, то в декабре было принято решение оставить зверя до конца войны в Лондонском зоопарке. Медведица полюбилась лондонцам, и военные не стали возражать против того, чтобы не забирать её из зоопарка и после войны[1]. До конца дней (она умерла 12 мая 1934 года) медведица находилась на довольствии ветеринарного корпуса, о чём в 1919 году на её клетке сделали соответствующую надпись.