3. Новые явления в помещичьем хозяйстве
Характерной чертой развития помещичьего хозяйства в первой половине XIX в. являлась его товаризация, охватившая в первую очередь его главную отрасль – зерновое производство. Давно известны и широко использованы историками обнаруженные А.Н.Насоновым данные о росте товарного производства хлеба в слободе Ракитной Юсуповых. И хотя эти сведения несовершенны и недостаточно корректны, они позволяют судить как об уровне, так и о направленности, векторе развития крепостного хозяйства Юсуповых.
Суммируя данные за весь год, получаем следующие результаты. Всего с 1841 по 1858 гг. в имении было собрано 809430 руб. сер. Разного хлеба, продано – 793954 руб. сер. Из этого следует, что было продано 98,1% всего собранного зерна, следовательно, теоретически его не оставалось даже для посева. Именно поэтому приведенная цифра представляется завышенной. Тем не менее в высокой товарности хозяйства Юсуповых сомневаться не приходится.32
В небольшом Малышевском имении Дерюгиных (Рыльский уезд) в 1855-1861 гг. продавалось ежегодно в среднем 208 четвертей зерна (67,3% чистого сбора).33
С ростом товаризации дворянских поместий связано такое явление как попытки помещиков завести рациональное хозяйство. Отдельные землевладельцы начинают использовать в своих хозяйствах сельскохозяйственные машины. В 1847 г. Помещик Беленихин (Курская губерния) купил молотильную машину за 580 руб. 67 коп. Молотильная машина эксплуатировалась и в имении белгородского помещика Розена.34 Обоянский помещик Устимович приобрел сушильную и молотильную машины. 35
Наблюдая тягу дворянства черноземных губерний, в особенности Курской, к рационализаторству и предпринимательству, А.Пфеллер подчеркнул: «Благодаря просвещению мы удаляемся ныне от тех времен, когда занятия помещиков, живущих в своих имениях, ограничивались тщательным содержанием разного рода зверей для охоты». И он же предостерегает от преувеличения степени распространения этих явлений в помещичьей среде. В своем большинстве «…братья-помещики, удаляясь от шумных городов, живут в деревне и, не находя удовольствия в охоте, сидят с утра до глубокой ночи за картами, расстраивая имение вместе со здоровьем».36
Б.Н.Миронов несколько преуменьшает степень распространения предпринимательства в помещичьей среде, ослабляя тем самым собственный вывод о состоянии крепостного хозяйства в предреформенный период. Ссылаясь на «Очерки экономической истории России первой половины XIX в.», он отмечает: «Накануне реформы 1861 г. Всего около 3% всех помещиков занимались рационализацией, остальные держались традиции».37 Однако если эти 3% выразить в абсолютной цифре и соотнести ее не с общим количеством российских помещиков, а с числом владельцев поместий, имевших свыше 100 душ крепостных, охватывавших большую часть помещичьих земель и крепостных и располагавших хотя бы минимумом необходимых средств, то результат, скорее всего, окажется гораздо выше.
Дело не только в количестве таких имений, сколько в их величине и удельном весе в производстве. Скажем, одна большая латифундия, где новшества применялись на значительных площадях и имелись несколько крупных предприятий была в экономическом и других отношениях весомее десятков мелких имений.
Помещичье рационализаторство можно квалифицировать скорее как позитивное в целом экономическое явление, но в нем были и негативные стороны: в частности, усложнение агрикультуры ложилось дополнительным грузом на плечи помещичьих крестьян. К примеру, в курских барщинных имениях Юсуповых в 50-х гг. XIX в. в число обязательных мероприятий входили тройная пахота и унавоживание, перед пшеницей сеялась гречиха. Все это увеличивало объем барщинных работ. Поэтому крестьяне сопротивлялись всем этим новшествам.38
Курские помещики и их администрация задумывались о возможности целесообразности применения наемного труда в своих хозяйствах, некоторый из них относились к этому положительно. Так, «ученый управляющий» имением Ребиндера Тимковский писал в Земледельческую газету: «Ежели все мысли о невозможности вести рациональное хозяйство без крепостного труда оставим в стороне, а начнем с Божией помощью заниматься хозяйством с вольными работниками то, увидим, что все работы будут исполняться добросовестнее, чем при крепостном труде, и число рабочих людей на одну и ту же работу уменьшится».39
Однако подавляющее большинство помещиков стояло на противоположных позициях в данном вопросе. В изучаемый период весьма показательными были взгляды Б.Н.Юсупова на использование наемного труда. Он категорически отвергал саму возможность найма работников со стороны не только для выполнения полевых работ, но даже мастеровых: «Я имею своих машинистов, столярей и других мастеров для того, чтобы избегать постороннюю работу. За всякие безделицы экономия должна платить на стороне – это делают одни безрасчетливые управления».40
Итак, в Черноземье в первой половине XIX в. рационализаторское движение было еще на начальном этапе своего развития. Так как путь преобразований зачастую весьма длительный, о каких-либо итогах в этот период говорить затруднительно.