Справка СПО УГБ УНКВД по Западно-Сибирскому краю на арест участников антисоветской сектантской группы, получающих помощь из зарубежных сектантских комитетов «Помощи голодающим в СССР» от 9 апреля 1936 г. за подписью оперупол- номоченного 6-го отделения СПО М. А. Буйницкого // Советская власть и евангель- ские церкви Сибири в 1920-1941 гг. С. 301-302.

2 Вине г. П. Тропою верности. СПб., 1997. С. 279-291; Советская власть и еван- гельские церкви Сибири в 1920-1941 гг. С. 305-312.

о

В ходе Гражданской войны значительное количество евангельских верующих было расстреляно по приговорам военных трибуналов за отказ от службы в Красной ар- мии с оружием в руках. В «вегетарианские», по выражению А. А. Ахматовой, 1920-е гг., в отношении евангельских верующих, как правило, не выносились суровые пригово- ры. Ситуация изменяется в 1930 г., когда в ходе раскулачивания тройки ПП ОГПУ по- лучили право выносить приговоры к ВМН. В то же время вплоть до начала Большого террора приговор к ВМН в отношении верующих скорее оставался исключением, чем правилом. Относительно быстрому освобождению из лагерей лиц даже с 10-летними сроками способствовала система зачетов.

заграничной помощи и информировании «заграничных комитетов о жизни сектантов СССР», но и в антисоветской агитации и попытке создания контрреволюционных групп среди сектантов¹. Особое сове- щание при НКВД СССР осудило всех пятерых 9 августа 1936 г. к трем годам лагерей. Параллельно с этим делом в апреле 1936 г. омские че- кисты арестовали большую группу евангельских верующих во главе с бывшим заместителем председателя Дальневосточного союза бапти- стов П. Я. Винсом. Предлогом к аресту послужило то обстоятельство, что после отобрания у омской общины баптистов молитвенного дома верующие продолжали «нелегально» собираться на частных кварти- рах. По завершении следствия в октябре 1936 г. всем задержанным было предъявлено обвинение в антисоветской агитации и подготовке вооруженного восстания².

Таким образом, можно констатировать наличие к началу массовой операции сложившейся продолжительной репрессивной традиции в отношении евангельских церквей, а также вполне оформившее- ся убеждение партийно-советского и чекистского руководства как в центре, так и на местах в многочисленности, живучести, зловредно- сти и крайней опасности сектантства по сравнению с другими конфес- сиями. В качестве особенностей репрессивной практики в отношении евангельских верующих в 1920-х — первой половине 1930-х гг. надо признать ее хорошее идеологическое обеспечение и сопровождение, а также относительно небольшие сроки наказания³.

2. Непосредственные предпосылки

В этом разделе исследуются проблемы актуализации борьбы с сектантами в ходе подготовки к выборам в Верховный Совет СССР и обосновывается тезис о приоритетной роли высшего партийно-со- ветского руководства и руководства НКВД СССР в инициировании и проведении репрессий в отношении евангельских верующих в 1937 г.

Актуализация проблемы борьбы с религиозными организация- ми, в том числе с сектами, произошла в ходе принятия конституции 1936 г. и подготовки к выборам в Верховный Совет СССР. Отмена ог- раничений на участие в выборах, в том числе для служителей культа, а также декларации о «расширении советской демократии» привели к тому, что у части населения действительно возникла надежда на то, что государство откажется от гонений на религию. Во всех регионах Советского Союза выдвигались требования вернуть верующим церк- ви и молитвенные дома, разрешить отправление религиозных ритуа- лов, о чем было проинформировано руководство партии.

¹ Докладная записка «О состоянии антирелигиозной работы» Кагановичу Л. М., Андрееву А. А., Ежову Н. И. от зам. зав. отделом культпросветработы ЦК ВКП(б) Та- маркина, февраль 1937 г.// РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 120. Д. 256. Л. 35-41; Baberowski J. Der Feind ist überall. Stalinismus im Kaukasus. München, 2003. S. 756-757.

² По результатам переписи, 56,7 % населения старше 16 лет (55,3 млн чел.) заяви- ли о своей принадлежности к тому или иному вероисповеданию. Из общего количе- ства верующих 392 393 чел. (0,7 %) заявили о своей принадлежности к христианским сектам. Эта группа обозначена в публикациях о переписи 1937 г. как «христиане про- чих направлений». В. Б. Жиромская утверждает, что, как правило, именно сектанты отказывались отвечать на вопрос о религии, мотивируя отказ тем, что они ответствен- ны только перед Богом. В качестве примера ею приводится факт отказа участвовать в переписи 200 чел., принадлежавших к общине евангельских христиан. Поэтому можно предположить, что количество евангельских верующих было большим, чем зафиксиро- вала перепись. См.: Жиромская В. Б. Демографическая история России в 1930-е годы. Взгляд в неизвестное. М., 2001. С. 191,194, 206. Интерпретацию результатов переписи см.: Freeze G. L. The Stalinist Assault on the Parish, 1929-1941 // Stalinismus vor dem Zweiten Weltkrieg. Neue Wege der Forschung. München, 1998. S. 229-230. В частности, Г- Фриз пришел к выводу, что результаты переписи не могут быть безоговорочно ис- пользованы ни в целях преувеличения, ни в целях недооценки уровня религиозности ^в обществе.

В феврале 1937 г. заместитель заведующего Отделом культурно- просветительной работы ЦК ВКП(б) С. М. Тамаркин сообщил секре- тарям ЦК Л. М. Кагановичу, А. А. Андрееву и Н. И. Ежову о плачев- ном состоянии антирелигиозной пропаганды в СССР и усилившейся активности «церковников» всех исповеданий. По его данным, на тер- ритории страны функционировали 20 тыс. церквей и мечетей, 24 тыс. служителей культа и 600 тыс. церковных активистов вели свою под- рывную деятельность, антирелигиозная работа была повсюду сверну- та¹. О провале многолетней антирелигиозной деятельности наглядно свидетельствовали и результаты Всесоюзной переписи населения, проведенной в январе 1937 года².

¹ Материалы февральско-мартовского пленума ЦК ВКП(б) 1937 г. Выступление Е. М. Ярославского от 26 февраля 1937 г. // Вопросы истории. 1993. № 5. С. 14. Газета «Правда» приводила в сентябре 1937 г. другую цифру — 30 тыс. религиозных общин. См.: Советская Сибирь. 1937. 15 сент.

² Материалы февральско-мартовского пленума ЦК ВКП(б) 1937 г. Выступление Е. М. Ярославского от 26 февраля 1937 г. // Вопросы истории. 1993. № 5. С. 15.

³ Материалы февральско-мартовского пленума ЦК ВКП(б) 1937 г. Выступление Н. И. Ежова от 2 марта 1937 г. // Вопросы истории. 1994. № 10. С. 17.

⁴ Выступление Н. И. Ежова перед мобилизованными на работу в НКВД моло- дыми коммунистами и комсомольцами. 11 марта 1937 г. // Лубянка: Органы ВЧК — ОГПУ - НКВД - НКГБ - МГБ - МВД - КГБ. 1917-1991: Справочник / под ред. А. Н. Яковлева; сост. А. И. Кокурин, Н. В. Петров. М., 2003. С. 576-578. По мнению Ежова, высказанному в этом же выступлении, одной из первоочередных задач орга- нов НКВД была вербовка «крупной церковной агентуры», которая «занималась бы не только передачей нам сведений, но занималась бы и разложенческой работой. Т. е. внутри разлагала бы само движение, раскалывала бы, размалывая частички на муку». См.: Там же. С. 578.

В сложившейся ситуации власти вновь стали расценивать еван- гельские церкви как наиболее опасные из-за возможности в силу особенностей вероисповедания отправлять культ без наличия цер- ковной организации и рукоположенных священнослужителей, не- взирая на отсутствие официальной регистрации. Существенно укре- пило общины возвращение из заключения верующих, осужденных в конце 1920 — начале 1930-х гг. Широкое распространение среди баптистов получили так называемые домовые церкви, которые, как правило, функционировали нелегально. Для подавляющего боль- шинства евангельских верующих, которые понимали свое существо- вание как служение, жизнь вне постоянного общения с «братьями» и «сестрами» была немыслима. Поставленные перед выбором отка- заться от внутриобщинной жизни или пойти на нарушение законов и подвергнуться риску быть репрессированными, они, как правило, выбирали второе.