4. Свидетели

По свидетелям в следственном процессе не вполне ясно, что же иметь тут в виду. Если свидетелем считать человека, находящегося «на воле» и дающего показания как лицо, вызванное по повестке, — это одно. Другое дело, когда в качестве свидетелей используются либо «подельники», либо лица, «проходящие» по другим «политическим» делам. А ведь такой прием — «добывать» свидетельские показания у людей, морально и физически целиком зависимых от следователя, — в 1937-1938 гг. применялся нередко. В 1938 г. использование «по- дельников» и иных зависимых лиц как свидетелей достигло небы- валого уровня. Такое положение хорошо иллюстрирует следующий пример. В феврале 1938 г. Управлением НКВД по Алтайскому краю на территории г. Барнаула и ряда районов «была вскрыта и оператив-

Протокол обыска у Замятина П. И. от 5 октября 1937 г. // ОСД УАД АК. Ф. Р-2. Оп. 7. Д. 14748 (1937-1989 гг.). Л. 2.

' Протоколы показаний подельников указанных лиц, составленные весной-летом 1937 // ОСД УАД АК. Ф. Р-2. Оп. 7. Д. 5366 (1937-1957 гг.). Т. 1. Л. 23-26; Т. 2. Л. 49-57; Т. 3. Л. 224-228; Т. 4. Л. 31-53.

2 Протоколы допросов Акашкина в. Н., Коркина м. К., Лебедева а. Н., Плехо- ва е. Н. И Самоукина ю. М. От 29, 30, 31 июля, 2, 7 августа 1937 г. // Там же. Д. 14196 (1937-1989 гг.). Л. 8-34.

Протокол допроса Максимова М. К. от 30 июля 1937 г. // Там же. Д. 13581 (1937- 1989 гг.). Л. 9-11.

но ликвидирована» «контрреволюционная церковно-монархическая повстанческая организация». Всего было арестовано 53 чел., 26 из которых четко «подпадают» под изучаемую социальную группу. Так вот, для того чтобы всех церковников обвинить (по статье 58 п. 2, 10, 11 УК РСФСР), свидетелей — в обычном понимании — не потребо- валось: каждый был «изобличен» показаниями самих обвиняемых, и только¹.

Возьмем теперь все попавшие в наше поле зрения «политические» следственные дела «духовных лиц» за 1938 г. (конкретно — это осуж- денные в марте), находящиеся на хранении в отделе специальной до- кументации. Дел этих — 16, и пострадало по ним 47 чел., «пропущен- ных» через тройку Управления НКВД по Алтайскому краю 4,5,7,11, 14 и 15 марта 1938 г. Расчеты показывают, что:

65535. «изобличены» исключительно «подельниками» или лицами, осужденными по другим политическим делам (т. е. людь- ми несвободными, причем всегда церковниками), — 37 чел. (78,8 %);

65535. «изобличены» «смешанно», т. е. людьми несвободными и обыч- ными свидетелями, — 5 чел. (10,6 %);

65535. «изобличены» только обычными свидетелями —5 чел. (10,6 %); причем в качестве таких свидетелей выступали: член сельсо- вета, зав. райсобесом, преподаватель сельскохозяйственной машинной школы, инженер-строитель, рабочий, председа- тель колхоза, рядовой колхозник, единоличник, домохозяйка и другие.

Таким образом, в решении вопроса об осуждении подавляющего большинства церковников в рамках оперативного приказа № 00447 за 1938 г. следствием использовались прежде всего лица несвободные.

При выборочном рассмотрении по этой линии архивно-следствен- ных дел за 1937 г. подобной тенденции не отмечено, хотя упомянутые лица играли роль свидетелей неоднократно.

К примеру, 18 августа 1937 г. тройка Управления НКВД по Западно-Сибирскому краю осудила по одному делу 60 чел., прожи- вавших в Алтайском районе и являвшихся якобы членами контрре- волюционной организации (ст. 58 п. 11 УК РСФСР). Из этого коли- чества 14 чел. (23 %) — собственно церковники. При просмотре пяти томов следственных «бумаг» было установлено следующее. В целях «изобличения» этих людей допрашивались прежде всего свидетели «обычные» (находившиеся «на воле») разных социальных «оттен- ков»: кассир Госбанка, служащий, школьный учитель, председатель

Обвинительное заключение по делу в отношении Высоцкого М. А. и др. // ОСД УАД АК. Ф. Р-2. Оп. 7. Д. 4557 (1938-1956 гг.). Т. 2. Л. 354-386.

сельсовета, председатель сельпо, продавец, рабочий инвалидной ар- тели, председатель колхоза, счетовод колхоза, рядовой колхозник, иждивенец. Тем не менее в разделы дела, содержащие следственные материалы на священников Морозова С. У., Романовского А. М., Щу- кина С. Ф. и церковного старосту Ненашева П. Е., в один ряд с руко- писными подлинниками показаний «обычных» свидетелей включе- ны машинописные копии показаний подельников¹.

Изучение десяти произвольно отобранных индивидуальных архивно-следственных дел (ст. 58 п. 10 УК РСФСР) за август- декабрь 1937 г. на предмет уяснения особенностей подхода следова- телей к свидетельским показаниям дало следующие результаты.

Восемь человек из десяти были «изобличены» исключительно «обычными» свидетелями, т. е. лицами, приглашенными для дачи по- казаний согласно процессуальным нормам. Это председатель поссовета, заведующий нефтехозяйством МТС, агент по заготовкам стройматериа- лов на кожевенном заводе, финансовый работник горсовета, кустарь- портной, служащий, члены колхозов (рядовые и занимавшие разные должности), заведующий избой-читальней и сиделка в больнице.

Что же касается двух церковников из указанной выборки, то тут разговор особый. Священника с. Ново-Камышенка Залесовского района Подкина Григория Антоновича «изобличили» «разнородные» свидетели. Наряду со свидетельствами «свободных» колхозников были весьма активно использованы — посредством включения в дело копийных экземпляров — показания священников, проходивших в ка- честве обвиняемых по другим делам, а именно Акашкина В. Н., Кор- кина М. К., Лебедева А. Н., Плехова Е. Н. и Самоукина Ю. М.² Дья- кона церкви с. Мезенцево Тюменцевского района Самарина Петра Романовича, «разоблаченного» рядовым колхозником и заведующим молочнотоварной фермой колхоза, «привязали» еще и к вшитым в дело в виде машинописной копии показаниям обвиняемого по друго- му делу сектанта Максимова М. К.³

Вопрос о сути и роли свидетеля в политических расследованиях периода Большого террора и связанных с этим процессуальных мани- пуляциях представляет для историка, занимающегося тем временем, особый интерес и требует отдельной, углубленной научной работы.