Звезда. 1937.9 июня.

Станковская Г. Ф. Как делали «врагов народа». Годы террора. Пермь, 1998. С. 107.

о

Носов А. В. Мемориал скорби. С. 18-28. ⁴ См.: Кириллов В. М. История репрессий... Ч. 1. С. 206.

1 Архивно-следственное дело Антонинова и. П. // гопапо. Ф. 641/1. On. 1. Д. 12396. Л. 31.

2 Из материалов Свердловской комиссии по рассмотрению религиозных вопро- сов. 1937 г. // гасо. Ф. 86р. On. 1. Д. 4450. Л. 25.

См.: Краснов А. В. В борьбе за свет и правду. М., 1964.

находился на излечении в Пермской психиатрической больнице, где и умер 5 сентября 1937 г. В акте о смерти М. И. Баннова говорилось: «5 августа 1937 года в психбольницу поступил Баннов Михаил Ивано- вич в состоянии резкого двигательного и речевого возбуждения, причем на теле имелись многочисленные ссадины, царапины и кровоподтеки»¹. И вот в таком состоянии уже через пять дней его подвергают новым до- просам. В деле имеется протокол допроса М. И. Баннова от 10 августа 1937 г., где он признал себя виновным в принадлежности к «контрре- волюционной» организации «Общество трудового духовенства».

В Березовском и других районах Прикамья с августа по октябрь 1937 г. был арестован 21 чел. Их обвиняли в принадлежности к «контрреволюционной повстанческой организации церковников на Урале», деятельность которой направлялась так называемым Объединенным церковно-политическим центром, поддерживавшим преступные связи с иностранными разведками, а также «Уральским повстанческим штабом». По решению тройки от 17 октября 1937 г. четверо человек были расстреляны с конфискацией имущества, а 17 приговорили к 10 годам лишения свободы². Это была часть огромного дела, на основании которого «Объединенный церковно- политический центр» возглавляли митрополит Сергий (Страгород- ский) и Алексий (Симанский), а на Урале уполномоченными центра в Свердловске якобы являлись: от григорианской ориентации — митрополит Петр (Холмогорцев); от Сергиевской ориентации — архиепископ Макарий (Звездов), а после его ареста архиепископ Петр (Савельев); от обновленческой ориентации — митрополит Сергий (Корнеев), а затем его преемник митрополит Михаил (Тру- бин). По отчету начальника управления НКВД Д. М. Дмитриева, общее количество арестованных участников церковного повстан- ческого подполья в Свердловской области достигало 1 700 чел.³ Для сравнения: в отчете УНКВД Западно-Сибирского края (Ново- сибирск) «Церковно-монархическая повстанческая организация» насчитывала 1 562 чел., и еще 793 чел. были репрессированы как члены «Шпионско-диверсионной организации среди сектантов Запсибкрая»⁴. Особенно крупные аресты были произведены, кроме

Перми и Свердловска, в Коми-Пермяцком округе и Красноуфим- ском районе.

В Коми-Пермяцком округе в августе-сентябре 1937 г. были арес- тованы все священнослужители как сергиевской, так и обновленче- ской ориентации, григорианцев там просто не было. Причем репрес- сиям подверглись и те, кто уже был выслан или осужден. По этому большому сценарию свердловский архиепископ Макарий (Звездов), отбывавший в Кудымкаре ссылку, создал там широко развернутую контрреволюционную повстанческую организацию церковников, ко- торая насчитывала в своих рядах свыше 200 участников и располага- ла значительным количеством огнестрельного оружия¹. Им пытались инкриминировать срыв роста коллективизации и то, что в резуль- тате угроз они добились в ряде населенных пунктов округа значи- тельного количества выхода из колхозов². Перед Коми-Пермяцким окротделом НКВД была поставлена сложная задача — суметь най- ти и доказать наличие такой огромной организации церковников в небольшом по количеству проживающих округе. К ним на помощь приехала следственная бригада во главе с начальником 3-го отдела УНКВД Свердловской области Боярским³. Тигунов Н. П., в 1936- 1938 гг. работавший оперуполномоченным Коми-Пермяцкого окрот- дела НКВД и принимавший участие в расследовании этого дела, впо- следствии на допросе показал, что в то время протоколы допросов обвиняемых подвергались корректировке руководителем бригады Боярским⁴, после чего они давались на подпись обвиняемым. В слу- чае отказа обвиняемых от подписи их держали сутками в кабинете следователя без еды и сна. Применялся также метод уговора⁵.

Аресты имели свою ритмику и особенности. По базе данных, с ян- варя по декабрь 1937 г. в Прикамье было совершено 262 ареста ду- ховных лиц и активистов религиозных организаций, в том числе до действия приказа. Из арестованных 111 приговорили к 10 годам ли- шения свободы, 135 — к высшей мере наказания, остальных — к дру- гим мерам наказания. Из 243 арестованных с августа 1937 по сентябрь 1938 г. священников было 160, остальные — активисты религиозных