5. Профессиональный состав репрессированных рабочих

По общим данным, 25 % среди арестованных рабочих составляли люди, выполнявшие сложные трудовые операции при помощи тех- ники или обслуживающие технику, — токари, слесари, машинисты, электромеханики, электромонтеры и т. п. Три четверти репрессиро- ванных рабочих (75 %) — чернорабочие, плотники, лесорубы, сплав- щики и т. п., т. е. выполняющие работы, где в основном были востре- бованы навыки ручного труда.

Доля квалифицированных рабочих среди репрессированных выше, чем их доля в промышленности в целом. Рабочие высокой ква- лификации независимо от месяца ареста составляли от 20 до 30 % среди общей совокупности репрессированных в это время. Это поз- воляет сделать вывод, что профессиональную подготовку рабочего, его ценность для народного хозяйства страны органы НКВД не при- нимали во внимание.

6. Осуждение рабочих в ходе операции 1937-1938 гг.

Две трети арестованных рабочих, 2 252 чел., были приговорены к высшей мере наказания, т. е. расстрелу, остальные — к различным срокам в исправительно-трудовых лагерях: 10 лет лагерных работ — 820 чел., 8 лет — 151 чел. и 5 лет — 278 чел. Несколько десятков ра- бочих получили в качестве приговора «гласный надзор», а одного отправили в ссылку. Особо отметим, что приказ № 00447, помимо высшей меры, предусматривал лишь два варианта ИТЛ или тюрь- мы — осуждение на 10 или 8 лет. Остается предположить, что осталь- ные сроки были самостоятельно добавлены в виде вариантов приго- вора тройкой при УНКВД Свердловской области.

Внутренняя дифференциация этих приговоров свидетельствует: работник более высокой квалификации мог получить более суровый приговор. Его обвинения носили обычно более тяжелый характер.

Указания приказа № 00447 по зачистке самых опасных антисовет- ских элементов было реализовано как суровое репрессирование наи- более квалифицированных рабочих.

7. Контрреволюционные организации в среде рабочих

Выявленную при помощи статистического анализа массива данных зависимость, что рабочий, обладающий высокими профессиональны- ми навыками, обвинялся в более серьезных преступлениях и дивер- сиях, следует рассмотреть более подробно. Исходя из архивных мате- риалов, нет оснований приписывать эту направленность в кампании рационально осмысленной атаке органов НКВД на профессионально подготовленный рабочий класс. Скорее, нам при помощи статистиче- ской обработки данных удалось обнаружить один из компонентов тех- нологии ведения следствия по делу арестованного рабочего.

Необходимо учитывать, что следователю райотдела НКВД было необходимо подготовить дело, которое вышестоящее начальство сочтет соответствующим ряду требований. При этом времени на оформление материала отводилось немного, что накладывало опре- деленный отпечаток на методы следствия, на стиль допроса (если он проводился) и на появление новаций в виде «конвейера» и «камер- ной обработки» подследственных с целью получить от них желаемые показания. Здесь — речь не о подобных нарушениях, допускаемых следователями, а о том, что именно они «вписывали» в фальсифици- руемые дела рабочих, и в этом было их отличие от остальных соци- альных категорий арестованных.