1. Реализация приказа № 00447: исследовательский проект

Приказ № 00447 от 30 июля 1937 г. вверг Советский Союз в вол- ны репрессий, которые, несмотря на большое число жертв, осущест- влялись «при закрытых дверях», хотя их нельзя назвать и тайными в собственном смысле этого слова, так как имелось очень много по- священных лиц и соучастников преступления. Истинные причины осуществления этой «массовой акции» неясны. До сих пор отсутству- ют источники, которые дали бы ответ о мотивах главных действую- щих лиц в Москве. Многие исследователи Советского Союза выбрали вполне легитимный путь и, опираясь на имеющиеся источники и из- вестные факты, делают общие выводы о причинах и истинном смыс- ле этого трудно поддающегося адекватной интерпретации явления. Авторы данного тома выбрали другой путь, направив свои усилия на изучение операции в более узком смысле: на основе многочисленных документов они попытались понять, каким образом операция, цент- рализованно управляемая Политбюро и Народным комиссариатом внутренних дел СССР, реализовывалась подчиненными им учрежде- ниями и органами на среднем и низшем уровнях, оставалась ли у че- кистов собственная свобода действий, и если да, то по каким крите- риям и какими методами осуществляли они преследования и аресты, вели допросы и выносили приговоры, оказало ли это в какой-либо степени воздействие на результаты «массовой акции».

Авторы изучали пути и методы реализации приказа в различных регионах бывшего Советского Союза на основе предварительно выра- ботанных одинаковых вопросов ко всем участникам проекта. В сферу исследования вошли Донецкая, Киевская, Калининская (Тверская), Новосибирская и Свердловская¹ области, а также Алтайский край.

Предполагалось, что такое географическое рассредоточение поможет высветить и региональную специфику, и общие черты изучаемого явления. Такой методологический подход предопределил сотрудни- чество с местными институтами и рабочими группами во всех ис- следуемых регионах. С украинской и российской стороны в осущест- влении проекта были задействованы ученые восьми университетов и академических институтов¹. При этом в проект были включены и архивы — не только как места хранения и поиска документов, но и в качестве исследовательских подразделений². Таким образом, был найден способ, позволивший соединить в рамках регионов и за их пределами интересы исследователей и архивистов, плодотворно ис- пользовать специфические знания и опыт участников проекта.

Внимание акцентировалось на том, чтобы впервые систематиче- ски изучить историю организации и ход карательной акции: возник- новение, проведение и завершение операции по приказу № 00447. Цель, которую проект не ставил и не мог поставить из-за дефицита источников, как уже говорилось выше, — исследовать причины, по- будившие высшее политическое руководство СССР летом 1937 г. принять решение о проведении массовых преследований, а затем — 17 ноября 1938 г. — резко сменить курс и положить конец Большому террору. Для исследовательской стратегии проекта весьма важным был вопрос: повлияла ли специфика операции на местах (и насколь- ко существенно в сравнении с намерениями московского центра) на ее результаты? Этот посыл исходил из рассуждений о том, что до сего времени интересы исследователей были направлены исключитель- но на рассмотрение приказа № 00447 из перспективы центральных руководящих инстанций партии и НКВД. Конкретное проведение акции оставалось неизученным, равно как в безвестности пребывали и ее жертвы. Таким образом, целью проекта стало изменение иссле- довательской перспективы, внимание исследователей заострялось

В сравнении с Калининской (Тверской) областью регион отличался малой плот- ностью населения, аграрный сектор существенно доминировал над находившейся еще на этапе становления индустрией (Кузбасс). К тому же Западная Сибирь являлась тра- диционным местом ссылки и отбывания наказания как для «кулаков», так и для по- литических заключенных. В Новосибирске находился административный центр края. Кроме того, Западно-Сибирский край и, соответственно, Алтайский край являлись ярко выраженными сельскохозяйственными, богатыми лесами, отдаленными региона- ми, а Алтайский край имел к тому же труднопроходимую границу с Монголией. 2

Калининская (Тверская) область, располагающаяся в непосредственной близо- сти к Москве, имела большой аграрный сектор, выделялась наличием значительного комплекса военной промышленности. Традиционно на ее территории существовали сильные религиозные/церковные структуры. Область не была местом ссылки; явля- лась регионом коллективизации.

Свердловская область наряду с традиционной промышленностью имела сильно развитую химическую индустрию и являлась местом ссылки спецпереселенцев.

С 1934 г. административный центр Украины. Эта область имела большой аграр- ный сектор и значительную обрабатывающую промышленность, была центром Рус- ской Православной Церкви Украины.

Донецкая (Сталинская) область была регионом развития тяжелой индустрии Украины (уголь и сталь), но также располагала значительным аграрным сектором.

¹ В немецкоязычной публикации материалов проекта используется введенный в научный оборот устоявшийся термин «Täter» (в английском языке: «perpetrators»). Данный термин в подобающей степени отображает активное и преступное участие в тер- роре «экзекуторов». Так как в русском языке нет аналогичного термина, для публикации на русском языке используется термин «каратели» (карательные органы), который до сих пор по идеологическим причинам применялся в СССР только в отношении кара- тельных органов царской России и фашистской Германии. От использования терминов «исполнители» и «палачи» решено было отказаться, так как первый термин слишком подчеркивает исполнительный, а второй — эмоционально-моральный аспект.

² При выборе «провинций» должны были учитываться и прагматические сооб- ражения. Так, к примеру, сложная общественно-политическая ситуация в мусульман- ских государствах — преемниках республик СССР — сделала проведение исследова- ний в них весьма проблематичным. И в выбранных «провинциях» некоторые вопросы остались неизученными из-за ряда местных обстоятельств.

на изучении реализации приказа и результатов акции «на местах», в провинциях Советского Союза. Это, в свою очередь, открывало возможность для того, чтобы освободить жертвы массовой операции от роли статистов, а голые цифры трансформировать в конкретных людей и человеческие коллективы. Перенесение центра тяжести ис- следования на изучение истории жертв в меньшей степени являлось актом исторического «пиетета», впрочем, вполне оправданного, если учесть, что речь шла о тысячах и тысячах репрессированных, нахо- дившихся в почти полном забвении. В большей степени подобный подход — необходимая предпосылка для анализа и понимания ме- ханизмов сталинского террора. В этом случае в поле зрения исто- рика попадают и каратели¹ приказа № 00447 или, по меньшей мере, их практические действия. Однако внимание в первую очередь уде- лялось не им.

При выборе регионов выдвигались определенные критерии: реги- оны должны были репрезентативно представлять «провинции» быв- шего Советского Союза и отличаться друг от друга в экономическом, социально-демографическом, географическом и этническом отноше- нии. Внимание обращалось на то, чтобы у исследуемых «провинций» был разный профиль: как места ссылки «кулаков» и других «врагов» советской власти, так и области, которые в меньшей степени затро- нуло это явление; промышленные и сельскохозяйственные области; центральные и приграничные местности СССР; регионы с нацио- нальными меньшинствами и без них. По меньшей мере одна область должна была относиться к европейской части РСФСР и одна — к «старому» промышленному району Урала².

Рабочая гипотеза проекта выразилась в предположении, что при одинаковых исходных установках приказа центры тяжести при его выполнении в различных регионах были разными, иными словами: республиканские, краевые, областные и районные специфические осо- бенности существенно влияли на реализацию приказа и формирование групп репрессированных. В результате выбор пал на бывший Западно- Сибирский край, с 28 сентября 1937 г. разделенный на Новосибирскую область и Алтайский край¹, Калининскую² (Тверскую) и Свердловскую области³ в РСФСР, а также на Киевскую⁴ и Донецкую⁵ (Сталинскую) области соответственно в центральной и восточной Украине.

В каждом из выбранных для осуществления проекта регионе — рес- публике, крае или области — была организована рабочая группа. Связь осуществлялась как между группами, так и между группами и цент- ром руководства проектом (Москва и Бохум). Для всех рабочих групп был предложен широкий и устойчивый спектр тем, обязательный для исследования. Изучались категории преследуемых, роль партийных, советских и карательных органов, осуществлявших акцию:

1. бывшие «кулаки»;

1. «бывшие»: бывшие белые, царские чиновники, служащие цар- ских карательных органов и жандармерии;

1. бывшие меньшевики, эсеры и анархисты;

1. заключенные тюрем и лагерей;

1. уголовные, «социально вредные» и «социально опасные» эле- менты;

1. члены религиозных общин;

1. участники локальных антикоммунистических восстаний 1918- 1922 и 1930-1933 гг.;

1. каратели: органы НКВД, партия и прокуратура.

2. Разработку тем взяли на себя члены рабочих групп, которые опирались на местные архивы и регулярно обменивались между со- бой информацией¹. Через год была организована координационная встреча с участием немецкой стороны. После двух лет совместной ра- боты во всех регионах, включенных в проект, прошли конференции с привлечением местных исследователей в качестве «супервизоров» и немецких историков. Подведение итогов состоялось на междуна- родной конференции 12-15 октября 2006 г. в Германском историче- ском институте (Москва) с участием всех рабочих групп и известных специалистов по Большому террору. На восьми секциях, работавших во время конференции, обсуждались проблемы, связанные с различ- ными категориями преследуемых и ролью карательных органов. Дея- тельность каждой секции направлялась двумя историками, получив- шими международное признание: опираясь на собственные работы и различные методологические подходы, они критически анализирова- ли доклады участников проекта, руководили отдельными рабочими группами и заключительной дискуссией. Их замечания нашли отра- жение в представленных в этом сборнике статьях².

Результатом проекта стал ряд публикаций. Среди них выделяется сборник «Сталинизм в советской провинции, 1937-1938. Массовая операция на основе приказа № 00447». Во введении к сборнику под- водятся общие результаты исследовательского проекта, основное ме- сто в книге занимают статьи участников рабочих групп из регионов осуществления проекта³. Этот сборник дополняют несколько томов документов, различных по тематике и географии.

Один из них — «Вертикаль Большого террора» — содержит важ- ные документы, связанные с приказом № 00447: они извлечены из ранее изданных сборников и дополнены не публиковавшимися еще материалами из центральных и местных архивов. Опубликованные в этом томе сведения о подготовке, ходе и завершении операции в целях воссоздания максимально полной картины событий не огра- ничиваются только регионами, включенными в поле зрения проек- та; введенные в научный оборот источники раскрывают механизм управления операцией со стороны московского партийного руковод- ства и верхушки НКВД; так создается основа для более качественной оценки событий¹.

Региональный уровень операции освещает подготовленный в Бар- науле сборник под заглавием «Массовые репрессии в Алтайском крае»². Здесь полностью представлены пять архивно-следственных дел³: речь идет о делах представителей важнейших целевых групп при- каза № 00447 — «кулака», священника, уголовника, колхозника и рабо- чего. Другие документы сборника тематически подчинены этим делам.

Осуществление акции на Украине — на первом плане в сборнике «"Через трупы врага на благо народа". "Кулацкая операция" в Украи- не 1937-1938 гг.»⁴. Данный том, в название которого вынесены слова Н. С. Хрущева, произнесенные в 1937 г., — это обширное собрание ранее не публиковавшихся документов НКВД из архива Службы безопасно- сти Украины. Чтобы читатель мог составить собственное мнение о ходе следствия, составители полностью публикуют два следственных дела, давая возможность на их примере понять механизм взаимодействия между центром и периферией, между республиканскими структурами и отдельными областями Украины — иногда вплоть до районного уровня. Завершает выпуск публикаций в рамках проекта сборник «Massenmord und Lagerhaft. Die andere Geschichte des Großen Terrors»: это переведен- ные на немецкий язык важнейшие документы из трех вышеназванных документальных изданий⁵. В качестве самостоятельной работы, под- готовленной в рамках проекта, вышла в свет книга Алексея Теплякова «Машина террора», в которой репрессии в Западной Сибири описыва- ются в широком содержательном и временном контексте⁶.