Протоколы допроса свидетелей. 1937 г. // ТЦДНИ. Ф. 7849. Он. 1. Д. 22266-с. Л. 15об.-16.

2 Книга памяти жертв политических репрессий Калининской области.

³ Там же.

4 Протокол допроса арестованного. 1937 г. // тцдни. Ф. 7849. On. 1. Д. 21837-с. Л. 7 об.

Многие из расстрелянных в 1937-1938 гг. были лишены изби- рательных прав за свое «кулацкое прошлое», как бывшие или дей- ствительные торговцы, за участие в кулацких антисоветских вос- станиях, за службу в царской и белой армии, в полиции и других государственных силовых структурах до 1917 г. Большинство рас- стрелянных в 1937-1938 гг. не избежали судимостей или высылки в предшествующие Большому террору годы. Так, по статье 118 «за дачу взятки финработнику» был осужден Дерябин А.⁴ Были и такие, кто до 1937 г. судимостей не имел, как, например, житель Вышнего Во- лочка, бывший крестьянин-бедняк, когда-то работавший в типогра- фии жандармского управления, Федотов И. С (арестован 6 августа 1937 г., расстрелян 13 сентября 1937 г.). Но он проявлял большой ин- терес к газетам, регулярно читал их с соседями по дому и говорил, что «газеты врали и в старое время, и сейчас»¹. Но все-таки чаще случалось, что судимости у расстрелянных в 1937-1938 гг. были и до 1937 г. А у многих, по свидетельским показаниям, было и достаточ- но активное политическое прошлое, как у жителей Вышневолоцко- го района Шмелева С. С. (арестован 11 февраля 1938 г., расстрелян 6 марта 1938 г.; был обвинен как участник кулацкого восстания²); Дерябина A. M. (арестован 21 декабря 1937 г., расстрелян 27 декабря 1937 г.; обвинен как организатор стачки торговцев в 1923 г. в Вышнем Волочке³).

Житель Фировского района Комолов Ф. М. (арестован 5 августа 1937 г., расстрелян 29 сентября 1937 г.) обвинялся в 1918 г. в участии в Никулинском крестьянском восстании. Сам он отрицал свое учас- тие, говорил, что «привез 12 винтовок из Твери с первого губернского съезда Советов для организации Красной гвардии в волости, а потом эти винтовки были отобраны восставшими»⁴.

Братья раскулаченного жителя Фировского района Нилова Б. Н. (арестован 22 декабря 1937 г., расстрелян 31 декабря 1937 г.) также подвергались раскулачиванию⁵.

На хозяйство жителя Фировского района Запалова-Дмит- риева П. Д. (арестован 2 марта 1938 г., расстрелян 22 марта 1938 г.), крестьянина-торговца (мелочная бакалейная лавка, один дом, хозяй- ственные постройки, лошадь, две коровы), в 1930 г. было наложено «твердое задание», которое он не выполнил, за «недоимки» все его имущество распродали, а самого выслали в г. Кировск⁶.

Житель Вышневолоцкого района Пушков И. А. (арестован 18 но- ября 1937 г., расстрелян 27 ноября 1937 г.) в 1916-1917 гг. служил младшим унтер-офицером, за что при советской власти был лишен из- бирательных прав. Среди знакомых ему людей он называл на следст- вии фамилии участников «зеленого восстания»⁷.

¹ Протокол допроса обвиняемого. 07.08.1937 г. // ТЦДНИ. Ф. 7849. On. 1. Д. 21225-с. Л. 5-5об.

² Протокол допроса свидетеля. 1938 г. // Там же. Д. 21957-с. Л. 9 об. ' Протокол допроса свидетеля // Там же. Д. 21837-с. Л. 7 об.

⁴ Протокол допроса обвиняемого // Там же. Д. 17198-с. Л. 8.

³ Протокол допроса свидетеля // Там же. Д. 17696-с. Л. 13 об.

⁶ Протокол допроса обвиняемого // Там же. Д. 23118-с. Л. 5 об.

⁷ Протокол допроса обвиняемого. 1937 г. // Там же. Д. 20615-с. Л. 8 об.-9.

У большинства расстрелянных в 1937-1938 гг. жителей Вышне- волоцкого и Фировского районов в недалеком прошлом были суди-

мости по распространенной в крестьянской и предпринимательской среде статье 58-10 (антисоветская и контрреволюционная агитация).

Шишкунов М. В. — арестован 2 марта 1938 г., расстрелян 22 марта 1938 г. В справке сельсовета говорится, что в 1928-1930 гг. на своем ху- торе он «скрывал бандитов». Это был человек неуравновешенный, часто дрался со своими односельчанами, скрывался от уголовного преследо- вания, за что его судили в 1925 г. как «социально-опасный элемент»¹.

До 1937 г. Серпухова М. П. (арестован 10 октября 1937 г., расстре- лян 1 ноября 1937 г.) из Фировского района, в 1922-1923 гг. служив- шего при церкви дьяконом, а потом работавшего счетоводом при мест- ной артели, дважды привлекали к суду, в том числе по статье 58 п. 10 и по статье 111 (бездействие представителя власти) УК РСФСР².

Каштанова В. И. (арестован 14 февраля 1938 г., расстрелян 25 мар- та 1938 г.) осудили «за неклеймление торговых гирь и весов» на 6 месяцев исправительно-трудовых работ, затем наложили штраф «за браконьерство» (ловля рыбы) и присудили к 5 годам лишения свободы за антисоветскую агитацию по статье 58-10 УК³.

Сорокин И. П. (арестован 11 февраля 1938 г., расстрелян 6 марта 1938 г.) в 1931 г. за невыполнение «твердого задания» получил срок — один год принудительных работ, а отбыл год и два месяца. Потом по статье 61 ч. II УК в 1932 г. получил 10 лет лишения свободы как «имевший кулацкое хозяйство»⁴.

Протокол допроса свидетеля // ТЦДНИ. Ф. 7849. On. 1. Д. 23117-с. Л. 17-17 об.

² Анкета арестованного // Там же. Д. 22266-с. Л. 3-3 об.

³ Анкета арестованного. 1938 г. // Там же. Д. 23221-с. Л. 6 об.

⁴ Анкета арестованного. 1938 г. // Там же. Д. 21920-с. Л. 5 об.

⁵ Характеристика, выданная сельсоветом // Там же. Д. 21376-с. Л. 5-5 об.

⁶ Анкета арестованного. 1938 г. // Там же. Д. 21921-с. Л. 8 об.

Хуторское хозяйство Болтунова А. И. (арестован 6 августа 1937 г., расстрелян 13 сентября 1937 г.) из Вышневолоцкого района в 1929 г. было раскулачено. В 1930 г. Болтунов не смог отчитаться по лесоза- готовкам. За это, а также за «агитацию против коллективизации» по статье 58 УК его приговорили к 5 годам концлагерей. Он самоволь- но вернулся в 1933 г., не отбыв срока. Впоследствии он говорил на следствии в 1937 г.: «Ушел из мест лишения свободы не я один». Вер- нувшись домой, он торговал яблоками, ягодами и овощами со своего огорода, получив за это обвинение в «спекуляции»⁵. О наказании за побег из мест лишения свободы до 1937 г. в деле нигде не говорит- ся. Это было поставлено ему в вину во время «кулацкой операции». А вот Арсютин П. И. (арестован 9 февраля 1938 г., расстрелян 6 марта 1938 г.), совершивший побег из ссылки, был осужден по статье 69 УК РСФСР⁶.

6. Роль признания

В Калининской области от обвиняемых не требовалось признания вины для вынесения им приговора. В начале следствия обвиняемые чаще всего отрицали все предъявляемые им обвинения. Хотя есть слу- чаи, когда признание вины появлялось сразу же, что зафиксировано на первых страницах протоколов допросов. Федотов И. С. (арестован 6 августа 1937 г., расстрелян 13 сентября 1937 г.) из Вышнего Волоч- ка признавал себя виновным в проведении антисоветской агитации, объясняя это своим «тяжелым материальным положением и негра- мотностью»¹.

Житель Фировского района Лупанов Т. Л. (арестован 25 августа 1937 г., расстрелян 3 октября 1937 г.) признавал свое враждебное от- ношение к колхозам: «Обижался на советскую власть за то, что толь- ко обосновался сельским хозяйством, и вдруг меня обидели, т. е. об- ложили твердым заданием»².

В ходе следствия в документах дел появлялись «заявления» об- виняемых с их «дополнениями» к протоколу допроса. Из дел по реабилитации жертв политических репрессий известно, что такие «признательные» показания получались с помощью психологиче- ского или физического воздействия на человека, но в документах 1937-1938 гг. по Вышневолоцкому и Фировскому районам об этом нигде не говорится.

В протоколах допросов присутствуют однотипные вопросы к обвиняемым: «Признаете ли Вы себя виновным в том, что занима- лись антисоветской агитацией?»; «Признаете ли Вы себя виновным в контрреволюционной деятельности?»; «Расскажите о своей анти- советской деятельности»; «Следствию известно, что Вы в колхозе занимались вредительством»; «Следствие требует прекратить запи- рательства и давать правдивые ответы на вопросы». Последние про- токолы допросов обвиняемых заканчивались тем, что обвиняемый не признает свою вину в проведении «антисоветской и контррево- люционной агитации» или «вредительской деятельности» и т. п. Так, Комолов Ф. М. (арестован 5 августа 1937 г., расстрелян 29 октября 1937 г.) не признавал себя виновным в проведении антисоветской агитации, говорил: «Для меня безразлична любая власть»³.