Соломон П. Советская юстиция при Сталине. С. 237.

2 Приказ по прокуратуре ссср № 472 от 1 июня 1938 г. // цхафак. Ф. Р. 1474. Оп. 1.Д. 668а. Л. По.

3 Постановление снк ссср и цк вкп(б) «Об арестах, прокурорском над- зоре и ведении следствия» от 17 ноября 1938 г. // Исторический архив. 1992. № 1. С. 125-128.

Приказ по прокуратуре СССР № 353 от 7 апреля 1938 г. // ЦХАФАК Ф р 1474

On. 1. Д. 668а. Л. 17.

2

Соломон П. Советская юстиция при Сталине. М., 1997. С. 237. Политические репрессии в Алтайском крае. 1919-1965. Барнаул 2005 С. 165-167.

Постановление от 17 ноября сосредоточило свое внимание на испол- нителях террора, а не на его вдохновителях. Так выглядел механизм «приписывания вины», ранее уже использовавшийся: постановление от 17 ноября 1938 г. было поразительно похожим на инструкцию от 8 мая 1933 г., которая призывала положить конец массовым арестам, связанным с коллективизацией¹.

Важную роль в проведении курса на ограничение масштабов тер- рора и перестройку работы следственных органов сыграли также пос- тановления, ориентировавшие органы прокуратуры и НКВД на про- ведение реабилитационных мероприятий.

26 февраля 1939 г. прокурор РСФСР М. И. Панкратьев своим приказом призывал прокуроров союзных и автономных республик «в случае признания неправомерности вынесенного решения и необ- ходимости его отмены [...] вынести постановление об отмене и пре- кращении дела». Далее следовало, что «опротестование может быть лишь в исключительных случаях, при явной незаконности и необос- нованности приговора»².1 июня 1939 г., внося изменения в постанов- ление от 26 февраля, прокурор РСФСР в очередной раз подчеркнул это обстоятельство³. Это существенно ограничило рамки реабилита- ционных мероприятий.

Вышеуказанные документы становились правовой базой для реа- билитационных мероприятий, стимулируя поток протестов против несправедливых приговоров внесудебных органов и судов.

2. Участие прокуратуры в пересмотре дел в 1939-1941 гг.

После выхода постановления ЦК ВКП(б) и СНК от 17 ноября 1938 г. произошли изменения в работе прокуратуры по надзору за НКВД. Так, прокуроры спецотдела Новосибирской области боль- шую часть времени проводили в управлении НКВД, осуществляя надзор по делам в процессе их расследования (до 17 ноября 1938 г. управление НКВД прокурорами спецотдела не посещалось). Для этого работникам прокуратуры в управлении НКВД была предо- ставлена специальная комната⁴. Но все же перестроить свою работу прокуратуре удалось не сразу. На бюро обкома ВКП(б) Новосибир- ской области 21 апреля 1939 г. работу по надзору за расследованием дел в органах НКВД признали неудовлетворительной. Прокурора Новосибирской области А. В. Захарова призывали «с большей энер- гией в кратчайший срок исправить все недостатки и нарушения». В свою очередь Захаров обратился к городским и районным про- курорам, обвиняя последних в том, что постановление ЦК ВКП(б) и СНК от 17 ноября 1938 г. не выполняется, «до сих пор надзор за расследованием дел в НКВД осуществляется весьма плохо [...] без достаточной проверки фактов и обстоятельств дела предъявляемые тому или другому лицу обвинения обосновываются на личном при- знании обвиняемого и не подтверждаются другими доказательства- ми (показаниями свидетелей, документами, экспертизами и т. д.), документы приобщаются к делам без протоколов выемки и без со- ответствующих постановлений, допросы свидетелей производятся незаконно, задаются наводящие вопросы, которые свидетель под- тверждает, а впоследствии на суде начинается путаница [...]»'. И все же результаты в прокурорском надзоре за органами НКВД были. Так, за четыре месяца, с ноября 1938 г. по февраль 1939 г., в произ- водстве прокуратуры Новосибирской области находилось 545 дел из НКВД, из которых 226 переданы в суд, а остальные отправлены на доследование².

В 1939-1940 гг. отмечался настоящий поток жалоб осужденных в годы Большого террора и их родственников. Так, за 9 месяцев 1940 г., с января по сентябрь, в прокуратуру Алтайского края поступило 27 253 жалобы, из них 12 845 — по спецотделу: сюда поступали жа- лобы на приговоры, вынесенные внесудебными органами: двойками, тройками, Особым совещанием³.

Жалобы в спецотделе краевой прокуратуры рассматривались с большой задержкой. Это было связано, во-первых, с тем, что орга- ны НКВД не высылали вовремя истребованные по жалобам дела; во- вторых, районные прокуроры медлили с проверкой дел. Так, напри- мер, прокурор Змеиногорского района держал дело на «проверке» 3 месяца, Смоленского — 4 месяца, Павловского — б⁴. Со временем «производительность труда», как это было названо в одном из доку- ментов, увеличилась: если в 1939 г. проверялось 7-8 жалоб в день,