Особенности личности, влияющие на переход к субъектному анализу проблемной ситуации в практическом и обыденном мышлении* Петрова а.Б. , Панкратов а.В. (Ярославль)

Целью работы было исследование взаимосвязи между личностными особенностями испытуемых и склонностью к субъектному осмыслению проблемной ситуации; раскрытие особенностей взаимосвязи практичности мышления и способов защитного реагирования у испытуемых с тем или иным уровнем тревожности и локусом контроля. Предполагалось выявить:

— влияние тревожности на субъектный анализ проблемной ситуации;

— связь тревожности с теми или иными механизмами психологических защит;

— связь практичности мышления и интернальным локусом контроля;

— связь между тревожностью и интернальным локусом контроля;

— выявление какой-либо взаимосвязи между вышеперечисленными характеристиками.

Исследование проводилось на выборке 25 человек. Использовались следующие методики:

— опросник Спилбергера-Ханина для определения уровня личностной тревожности);

— методика Келлермана – Плутчика на выявление механизмов психологических защит;

— опросник УСК (уровня субъективного контроля) Е.Ф.Бажина на основе опросника Роттера (вариант В)

— методика диагностики склонности к практическому и теоретическому мышлению Е.В. Драпак (модифицированная нами).

Для выявления склонности к субъектному анализу проблемной ситуации испытуемым давалось задание найти в комнате спрятанный шарик, которого на самом деле не существовало. Использовался метод «мышления вслух». Регистрировалось время перехода испытуемых от схемы «субъект- объект» к схеме «субъект - субъект» в проблемной ситуации.

Как показало наше исследование, высокотревожные и низкотревожные испытуемые по мере роста эмоциональной напряженности в ходе безуспешных поисков переходили к ярко выраженному субъектному отношению к объекту и к ситуации в целом, от рассуждений типа «Где же он находится» — свидетельство объектного отношения — к рассуждениям типа «Куда же он спрятался?!» — свидетельство субъектного отношения к объекту, или же от ситуации «Я должен найти шарик» — к ситуации, «Они спрятали от меня этот шарик так, чтобы я не смог его найти», то есть от задачи к игре, к межсубъектному конфликту, но у испытуемых с повышенной тревожностью это происходило гораздо раньше. Для нас это интересно прежде всего в связи с тем, что показатель личностной тревожности — это проявление комплекса личностных свойств, обостряющих переживание описанной ранее творческой паузы Секея, в которой человек актуализирует инфантильные презентации, проявляющиеся в субъектности и мифологичности, показатель нетерпимости к неопределенности (Панкратов А.В., 1997).

В результате проведенного исследования были также выявлены значимые связи между:

— практичностью мышления и общей интернальностью, а также интернальностью в области достижений и таким механизмом психологической защиты как замещение;

— тревожностью и регрессией, проекцией, а также интернальностью в области неудач и производства;

— компенсацией, рационализацией и интернальностью производства.

Как отмечают Г.Я. Юзерович и В.Н. Соколова «было установлено, что чувство беспомощности чаще всего возникает у человека тогда, когда многочисленные неудачи ассоциируются в его сознании с отсутствием у него способностей, необходимых для успешной деятельности. В этом случае у человека пропадает желание предпринимать попытки и прилагать усилия дальше, ибо вследствие многочисленных и неконтролируемых неудач, они теряют смысл. Наряду со снижением мотивации в этих случаях обычно ощущается нехватка знаний, а также эмоционально – положительной стимуляции деятельности. Подобные психологические явления чаще всего наблюдаются при выполнении задач средней степени сложности, а не особо трудных (при последних неудачу можно объяснить трудностью самой задачи, а не отсутствием необходимых способностей у субъекта). Выявлены способности людей, способствующие и препятствующие появлению у них чувства беспомощности. Оказалось, что при сильно выраженной мотивации достижения успехов и уверенности в том, что многое зависит от самого действующего лица, чувство беспомощности, его отрицательные следствия возникают реже, чем при наличии мотивации избегания неудач и неуверенности. Более всего такому чувству поддаются люди, которые слишком поспешно и неоправданно часто объясняют свои неудачи отсутствием у них необходимых способностей и имеют заниженную самооценку.

Низкая тревожность, наоборот, требует повышения чувства ответст-венности. Но иногда очень низкая тревожность является результатом вытесне-ния личностью высокой тревоги с целью показать себя в «лучшем свете».

Таким образом, практичность мышления вошла в один фактор с интернальностью в области достижений и общей интернальностью, а также с таким механизмом психологической защиты как замещение. Это можно объяснить тем, что для разрешения какой – либо сложной ситуации, которую, по мнению самого индивида, он способен разрешить сам, он начинает чувствовать свою ответственность за это событие и за то, как складывается жизнь в целом. Одновременно в процессе выполнения этой деятельности человек может перенести на нее свои чувства, эмоции. Именно здесь важна роль практического ума, который решает эту задачу в довольно часто меняющихся условиях с высокой степенью ответственности. Слишком сильное чувство ответственности за свои достижения в той или иной области предполагает работу практического ума, которая непосредственно вплетена в практическую деятельность, которая направлена на достижение каких – то целей и подвергается непрерывному испытанию практикой.