18. Уголовная ответственность лиц с психическим расстройством, не исключающим вменяемости.

Следственно-судебная практика, судебно-психиатрические экспертизы, проведенные на предмет установления вменяемости либо невменяемости привлекаемого к уголовной ответственности лица, научные исследования свидетельствуют, что немалое число лиц, признанных вменяемыми в момент совершения ими общественно опасного деяния, все же имели определенные аномалии психики (различные формы психопатий, неврозы, легкие формы слабоумия и т.д.). Эти аномалии не достигли уровня психического заболевания, но их наличие может изменить пороги чувствительности, эмоциональной устойчивости, способности к осознанному самоконтролю, обострить такие черты личности, как склонность к самовзвинчиванию, отсутствие эмпатии и т.п., что позволяет в ряде случаев психолого-психиатрической экспертизы сделать вывод о связи данных психических расстройств с инкриминируемым деянием, поскольку по этой причине лицо не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими.

В ст.22 УК РФ подчеркивается, что подобные лица являются вменяемыми и подлежат уголовной ответственности. Психическое расстройство, не исключающее вменяемости, выступает лишь в качестве условия, способствовавшего совершению преступления, тогда как при общественно опасном деянии, совершенном в состоянии невменяемости, именно психическая болезнь или иное болезненное состояние психики явились причиной действия (бездействия) лица.

Психическое расстройство, не исключающее вменяемости, но сказавшееся при совершении преступления, согласно ч.2 ст.22 УК РФ учитывается судом при назначении наказания. Характерно, что в законе не указано, что этот учет обязательно должен повлечь смягчение наказания. Психические расстройства, не исключающие вменяемости, не названы законодателем в числе обстоятельств, смягчающих наказание (ст.61 УК), либо его отягчающих (ст.63 УК). Очевидно, что наличие психических аномалий характеризует личность виновного, его общественную опасность, что должно учитываться при назначении наказания в силу.

Психическое расстройство, не исключающее вменяемости, может служить основанием для применения принудительных мер медицинского характера.

19. Умысел и его виды. Отличие косвенного умысла от преступного легкомыслия.

Понятия умысла в законе нет. Законодатель выделяет его косвенно – через признаки видов (прямой и косвенный умысел).

Согласно ч.2 ст.25 УК преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

Таким образом, прямой умысел характеризуется двумя интеллектуальными и одним волевым моментами: 1) осознание лицом, совершившим преступление, общественной опасности своих действий (бездействия); 2) предвидение возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий; 3) желание наступления этих последствий.

Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично (ч.3 ст.25 УК).

Таким образом, косвенный умысел характеризуется двумя интеллектуальными и двумя альтернативными волевыми моментами:

1) осознание лицом, совершившим преступление, общественной опасности своих действий (бездействия);

2) предвидение лишь возможности наступления общественно опасных последствий;

3) нежелание, но сознательное допущение этих последствий;

4) безразличное отношение к этим последствиям.

Также существуют и другие критерии деления умысла: определенный и неопределенный; заранее обдуманный и внезапно возникший; обычный и аффектированный и др. Их выделение необходимо для того, чтобы наиболее полно раскрыть психическое содержание умысла и на этой основе дать наиболее правильную уголовно-правовую оценку содеянному.

В основе деления умысла на определенный и неопределенный лежит характер предвидения последствий. При определенном умысле лицо желает заполучить результат, природа и размер которого ему хорошо известны. В этом случае действия виновного необходимо квалифицировать исходя из содержания и объема его намерения. При неопределенном умысле предвидением виновного охватываются последствия любого характера и размера. В этом случае действия виновного квалифицируются по фактически наступившему результату.

В основе деления умысла на внезапно возникший и заранее обдуманный лежит временной критерий. Для внезапно возникшего умысла характерно то, что между его возникновением намерения на совершение преступления и его реализацией практически нет разрыва во времени или же он незначителен. В основе заранее обдуманного умысла лежит значительный промежуток во времени во времени между возникшим намерением совершить преступление и его реализацией. По общему правилу и при общих равных условиях заранее обдуманный умысел более опасен, чем внезапно возникший.

В основе деления умысла на обычный и аффектированный лежит эмоциональное состояние личности в момент возникновения намерения совершить преступление. При обычном умысле эмоциональное состояние лица относительно стабильное, и на этом фоне достаточно полно и содержательно протекают интеллектуальные и волевые моменты. При аффектированном умысле намерение совершить преступление возникает на основе внезапно возникшего эмоционального всплеска, вызванного неправомерным или аморальным поведением потерпевшего в отношении виновного или его близких. Аффектированный умысел учитывается законодателем как обстоятельство, существенно снижающее общественную опасность преступления.

От косвенного умысла преступное легкомыслие отличается по волевому признаку. При косвенном умысле волевой момент заключается в нежелании, но сознательном допущении наступления этих последствий либо в безразличном отношении к этим последствиям. А при легкомыслии волевой момент выражается в том, что лицо без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий.

При косвенном умысле виновное лицо предвидит реальную возможность причинения вреда, т.е. возможность причинения общественно опасных последствий именно его соответствующим действием (бездействием) в данной конкретной обстановке, а при преступном легкомыслии виновный предвидит лишь абстрактную опасность своего деяния. Иначе говоря, он понимает, что действие (бездействие), подобное тому, что он совершает, способно повлечь наступление общественно опасных последствий, но не сейчас, не его деяние, поскольку в данном конкретном случае он рассчитывает избежать таких последствий.