7.2.2. Последствия незаконного увольнения

Еще одно важное требование в отношении увольнения работников закреплено в ст. 24 ЕСХ, которая также ратифицирована Россией. Согласно п. b) данной статьи, работникам, уволенным без уважительных причин, должна предоставляться "адекватная компенсация и иные надлежащие пособия". С точки зрения ЕКСП, компенсация в данном случае будет считаться адекватной, если она включает в себя возмещение финансовых потерь, понесенных работником между датой увольнения и решением юрисдикционного органа (т.е. в российской терминологии - компенсация вынужденного прогула), возможность восстановления и/или компенсацию на достаточно высоком уровне, чтобы убедить работодателя не совершать незаконных увольнений и должным образом компенсировать вред, причиненный работнику*(431). Аналогом последней выплаты по российскому законодательству можно назвать компенсацию морального вреда. Очевидно, что ЕКСП при анализе соответствия российской правовой системы требованиям ЕСХ будет изучать не только наличие формальной юридической нормы, предусматривающей соответствующее право, но и судебную практику.

В России неоднократно исследовались на теоретическом уровне вопросы, связанные с компенсацией морального вреда*(432), в том числе в отношении вреда, причиненного работнику*(433). Тем не менее, несмотря на то что в 1994 г. было принято специальное постановление Пленума Верховного Суда по данному вопросу*(434), в настоящее время в России отсутствуют утвержденные к применению или рекомендованные методики определения размера компенсации морального вреда. Российская судебная практика в отношении размера компенсации морального вреда, понесенного работниками вследствие незаконного увольнения, такова, что данная компенсация явно не может рассматриваться в качестве убедительного мотива для работодателя, предостерегающего его от дальнейших нарушений закона. Сквозной анализ 244 дел, связанных с требованиями восстановления на работе, размещенных в базе данных судебных решений Профессиональной ассоциации "Юристы за трудовые права"*(435), показывает, что в тех случаях, когда компенсации морального вреда вообще присуждалась восстановленному работнику*(436), ее сумма составляла от 100 до 10 000 руб., а наиболее распространенные выплаты находятся в диапазоне от 1000 до 5 000 руб. В одном исключительном случае суд оценил размер морального вреда в 15 000 руб.*(437) Для сравнения: ЕСПЧ в резонансном деле "Даниленков и другие против России"*(438), связанном с восстановлением на работе незаконно уволенных ЗАО "Морской торговый порт Калининград" профсоюзных активистов присудил компенсацию морального ущерба, в размере 2500 евро в отношении каждого истца. Это приблизительно соответствует обычному размеру компенсации морального вреда незаконно уволенным работникам, присуждаемой ЕСПЧ. Есть все основания считать, что ЕКАЧ будет ориентироваться на соответствующие размеры при принятии решения о соответствии российской судебной практики требованиям ст. 24 ЕСХ.

Проблема размера компенсации морального ущерба достаточно сложна. Очевидно, что невозможно законодательно "измерить" моральный ущерб, причиненный работнику в отрыве от конкретной ситуации. В случае проведения политики присуждения очень высоких размеров компенсации, существует риск злоупотребления соответствующим правом со стороны работников. Наиболее иллюстративен в данном случае пример США, где размеры компенсации ущерба истцам зачастую выходят за рамки здравого смысла. Возможно, в качестве восполнения проблем, связанных с компенсациями восстанавливаемым работникам, имеет смысл воспользоваться моделью "штрафных убытков", применяемой в США*(439).

* * *

В любом случае представляется, что правоприменительная практика по компенсации морального ущерба работникам должна меняться в сторону существенного повышения размеров компенсаций.