Глава 7. Практические рекомендации по ксенонимической номинации

Лингвометодическая классификация культур. Наш подход к АЯМО определяется в первую очередь практическими соображениями. Нас интересует возможность использования английского языка в контактах с иноязычными землянами в приложении к земной цивилизации вообще. При этом необходимо обращать внимание на два фактора. Во-первых, английский язык для россиян является иностранным, во-вторых, из всех внешних культур, которые потенциально могут стать темой общения, лишь русская культура не является специальной, потому что ее знание – это составная часть знаний, усваиваемых россиянами в качестве составной части их воспитания. Вот почему оказывается, что не все внешние культуры одинаково сложны для россиян при описании их средствами английского языка. В рамках англоязычною описания русской культуры процесс использования АЯМО облегчается тем, что россияне хорошо знают объект описания, его культурную номенклатуру, русский алфавит. При обращении к другим внешним (с точки зрения английского языка) культурам все это представляет значительные трудности, в чем нетрудно убедиться на примере приводившегося выше описания японской культуры. Вот почему чисто в методическом плане культуры можно разделить на три группы.

I. Внутренние культуры английского языка. В первую очередь, естественно, имеются в виду культуры Англии и США. Эти культуры первично вербализованы английским языком, тщательно освоены, и аппарат англокультурных идионимов естественным образом усваивается вместе с усвоением английского языка. При этом в соответствии с современной методикой изучения английского языка, культуре изучаемого языка, в первую очередь Великобритании и США, уделяется повышенное внимание.

II. Русская культура. Эта культура является внешней по отношению к английскому языку. Именно эта культура имеет для россиян основное значение, поскольку часто возникает необходимость использовать английский язык в обращении на родную культуру.

III. «Третьи культуры». Культуры, которые являются внешними по отношению и к английскому и к русскому языкам. Будем называть их третьими культурами. Мир этих культур для нас безусловно чрезвычайно важен, и мы должны уметь использовать английский язык в приложении к французской, немецкой, итальянской, китайской и пр. культурам. Но любая из них составляет с точки зрения методики овладения английским языком особое поле приложения.

Во-первых, как уже отмечалось, ни одна из них не является в коммуникативном плане столь существенной, как родная культура изучающих язык (профессиональная специализация в области какой-либо третьей внешней культуры, например, шведской, требует особого разговора).

Во-вторых, интернациональный характер ксенонимов облегчает усвоение особенностей использования английского языка в приложении к «третьим культурам», т.е. фактически в приложении ко всей земной цивилизации, за исключением внутренних культур английского языка и русской культуры.

Знание ксенонимов типа Великая китайская стена, Тадж Махал, Карфаген, талмуд, болеро, венецианцы, самураи, с которыми однозначно ассоциируются англоязычные ксенонимы-корреляты Great Chinese Wall, Taj Mahal, Carthage, Talmud, bolero, Venetians, samurai, значительно облегчает усвоение лексики «третьих культур», создавая довольно надежную лексическую опору. В плане межъязыкового ксенонимического сопоставления можно выделить следующие случаи сходства коррелирующих ксенонимов.

1. Абсолютная корреляция, возникающая при трансплантации идионима. Так, как известно, англичане регулярно трансплантируют латиноалфавитные идионимы, прежде всего из французского языка, например: Comedie française, Beaumarchaise. В случае гомогенности алфавитов контактной пары языков межкультурного общения образуется треугольник абсолютной обратимости: оба ксенонима совпадают с франкоязычным идионимом, а ксенонимическая обратимость абсолютная. К контактной паре «английский – русский язык» этот случай, к сожалению, не имеет отношения, поскольку здесь присутствует гетерогенность латинского и кирилловского алфавитов.

2. Уверенная корреляция на межъязыковом уровне устанавливается между теми русскоязычными ксенонимами и их англоязычными коррелятами, которые близки по форме и разделены лишь гетерогенностью алфавитов. Речь идет о межъязыковых ксенонимических парах типа «минарет» vs minaret; «кабуки» vs kabuki; «талмуд» vs Talmud; «болеро» vs bolero. Россияне, знакомые с английским языком (даже на элементарном уровне), без груда узнают в тексте ксенонимы этой группы, знакомые им по русскому языку.

3. Несколько сложнее обстоит дело с ксенонимами-коррелятами, когда их написание не совсем совпадает: коррида vs corrida; камикадзе vs kamikaze; синагога vs synagogue. Однако и в этом случае тренированный глаз с легкостью идентифицирует знакомый ксеноним.

4. Значительно сложнее иметь дело с ксенонимами-заимствованиями, этимологически коррелирующими на межъязыковом уровне, когда их форма существенно отличается: «мечеть» vs mosque; «муссон» vs monsoon. Фактически эти ксенонимы приходится заучивать без какой-либо опоры на знание родного языка.

5. Нелегко бывает идентифицировать и переводные ксенонимы, ср.: «Шварцвальд» vs Black Forest; «Елисейские поля» vs Champs Élysées; «Карл Великий» vs Charlemagne.

Англоязычное межкультурное общение в ориентации на страны «третьих культур» (если исключить специалистов), обычно ограничивается сферой Базового ксенонимического словаря. Это популярная география мира (Канарские острова, мыс Доброй Надежды, Люксембург, Монте Карло, Флоренция, Барселона, Берег Слоновой кости), историческая ксенонимия (Столетняя война, Варфоломеевская ночь, испанская инквизиция, якобинцы, Парижская коммуна, Третий Рейх), названия произведений литературы («Божественная комедия», «Дон Кихот», «Отверженные»), опер и балетов, полотен знаменитых художников. Совокупность всех этих базовых ксенонимов мировой цивилизации должна составлять активный фонд говорящих на английском: языке. Поскольку, однако, традиционное изучение иностранного языка ограничивается рамками культуры данного языка, неизученными оказываются многие коммуникативно значимые ксенонимы «третьих культур». Возьмем для примера начало стихотворения Э. Хвиловского «Оптимистическое», состоящее практически целиком из одних фамилий, и попробуем перевести его на английский язык.

Эдуард Хвиловский