Религиоведческий подход

Как отмечалось, в рамках религиоведческого подхода находится множество различных (с точки зрения мировоззренческих и методологических позиций авторов) концепций и теорий. Общим у них можно назвать стремление к непредвзятому изучению религии как сложнейшему социокультурному явлению, активно участвующему в жизни человека. (Стремление к научному, непредвзятому изучению религии характерно для самых разнообразных в методологическом и концептуальном отношении способов познания данного явления.) Поэтому существующие концепции чаще всего классифицируют согласно тем научным дисциплинам, на которые они опираются (философско-социологические концепции, психологические концепции, этнологические концепции, лингвистические концепции).

Философско-социологические концепции. По мнению М.Ве­бера, социологическое изучение религии должно начинаться не с формулирования базового определения религии, от которого выстраиваются методология и стратегия изучения, а с самого процесса изучения. Лишь на основании исследовательской работы, в заключение процесса исследования целесообразно конструировать дефиницию. Культурные явления не могут быть поняты однозначно (в противоположность явлениям природного мира). Познание культурно-социальной действительности – это процесс индивидуализированный. Он всегда ведется с индивидуальной точки зрения, поскольку исследователь не может быть бесстрастным статистом наблюдаемого процесса. Ученый является представителем некой культуры, он обладает определенной системой ценностей, занимает в социуме собственную позицию и, в силу этого, придает свой личностно-индивидуализиро­ванный смысл постигаемому. Именно на основе индивидуальной (личностной) позиции исследователя, обусловленной его личностными ценностно-культурными особенностями, должны вычленяться идеальные типы, которые должны стать инструментом познания. В идеальном типе фиксируются не родовые признаки, а своеобразие явления культуры. Идеальный тип не существует в реальности, это субъективная модель исследователя, но эти типы дают возможность выявить важнейшие особенности культурных феноменов. (Пример идеальных типов при изучении религии: «церковь», «секта», «христианская вера».)

Вебер считал, что предпосылкой религии является проблема смысла. Человек нуждается в наделении смыслом всего, с чем он соприкасается. Религия способна собирать воедино различные смыслы, переводя религиозное переживание мира в стройное миропонимание. Религия, таким образом, конструирует и глобальную цель всеобщего существования, которая вбирает в себя все менее значимые цели (в христианстве эта цель задается нравственно-религиозной идеей спасения, воздаяния). Открытые религией смыслы помогают человеку и обществу формировать адекватные мотивы действия.

Религия не только формирует смысл, но и с помощью религиозных верований и культовой практики создает в жизни человека психологические стимулы, которые придают поведению определенную направленность и удерживают индивида в его рамках. Религия формирует особый дух, который определяет развитие социальной реальности. Веберовский «дух капитализма» порожден протестантской реформацией христианства («дух капитализма» сформировался под воздействием «хозяйственной этики» кальвинизма).

Эмиль Дюркгейм, в философско-социологических исследованиях которого преобладают позитивистские установки, рассматривал общество в качестве особой реальности, включающей «социальные факты». Социальные факты представляют собой объективные самостоятельные явления, которые не сводятся к фактам экономическим, психологическим, физиологическим и др. Социальные факты делятся на морфологические (материальное производство, плотность населения, пути сообщения и т.д.) и духовные нематериальные (коллективные представления, коллективное сознание). Суть социального (его качественный, родовой признак) Э.Дюркгейм выразил с помощью идеи общественной солидарности, кроме того, выделил механическую солидарность (кровно-родственные связи, доминирующие в архаических обществах) и органическую (свойственную современной цивилизации: разделение труда, сложная структура общества).

Дюркгейм справедливо отметил, изучая религию как социальный факт, нужно выяснить: из каких элементов она состоит, какие причины ее производят, какие функции она выполняет. Например, тотемизм коренного населения Австралии выполнял следующие функции: тотем был знáком, объединявшим группу, отличавшим ее членов от всех других людей; тотемизм регулировал поведение членов родовой группы (система освященных запретов – табу), регулировал межгрупповые отношения; в тотемическом мифе концентрировались познавательные возможности и накопленные знания коллектива и т.д.

Функции, подобные функциям тотемов, выполняют, по мнению Дюркгейма, любые религиозные символы. Таким образом, религия является стержнем социальности. Священные вещи являются символами общественного единства. Несмотря на то что общественная интеграции сегодня выражается с помощью национальных и политических символов, современное общество остается по сути религиозным.

Немецкий философ Г.Зиммель – основоположник «формальной» социологии – стремился выделить «чистый тип» религии в многообразном и пестром мире религиозных явлений и процессов. Анализируя формальные признаки, закономерности, которые выделяются в ходе изучения религии, он пытался выявить место религии в жизни личности и роль религии в достижении индивидом идентичности в ходе социализации.

Жизни человека присуща вечная антиномия короткой жизни и бесконечности истории. Для Зиммеля был важен вопрос: как именно жизнь отдельного человека приходит в соответствие с ходом истории и развитием общества, каковы механизмы социализации? Зиммель выделил устойчивые формы жизни (то есть устойчивые элементы в развитии общественной жизни). Неупорядоченное многообразие духовных и материальных потребностей человека реализуется в соответствующих им формах (в технике осуществляется потребность господства над природой; в рынке – потребность приобретения и обмена благ и т.д.). Человеческая индивидуальность формируется в процессе воздействия на него исторически конкретных форм жизни.

Религиозные потребности («религиозные порывы») означают, по мнению Зиммеля, стремление восполнить несовершенство жизни, сгладить противоречия между людьми, помочь достичь единства, справедливости, счастья. Перечисленные стремления по сути психологические, они не являются религией, а лишь составляют необходимую основу для ее существования.

Религия не создает общество. Основная задача религии – защитить социокультурную действительность как целое в ее единстве. Специфика такого единства заключается в том, что религия переносит точку единения в потусторонний мир. «Божество становится как бы трансцендентным местом сосредоточения групповых сил… между людьми существуют отношения, которые находят свое субстанциальное выражение в представлении о Божественном»³¹. В целом основное назначение религии заключается в том, что человек использует ее возможность трансцендентирования, чтобы выразить свои интегративные стремления.

Религиозная форма, помимо социальной функции, выполняет и индивидуальную функцию, удовлетворяя потребности отдельного человека. Индивидуальная религиозность, по мнению Зиммеля, является источником развития самой религии: со временем социальные институты (церкви) затвердевают, догматика прекращает развитие. Индивидуальная же религиозность в таких случаях приходит в противоречие с официальной догматикой, колеблет ее устаревшие положения и заставляет эволюционировать.

Структурно-функциональный подход к религии связан, прежде всего, с исследованиями Э.Дюркгейма, А.Радклифф-Брауна, Б.Малиновского, Т.Парсонса, Р.Мертона. В рамках этого подхода общество понимается как иерархическая система, состоящая их ряда подсистем. Главными проблемами, решаемыми здесь, являются: устройство религии как целого, функции ее структурных элементов, особенности интеграции ее системы, средства обеспечения стабильности и др. Радклифф-Браун понимал функциональное единство общества как состояние, в котором гармонично и слаженно действуют подсистемы. Он отмечал, что социальные функции религии не зависят от того воспринимаем мы религию как набор абсурдных положений или как истину? Без религии социальная эволюция и развитие цивилизации невозможны, так как религия выполняет важную функциональную роль, обеспечивающую сплоченность и жизнеспособность социума. Малиновский сформулировал постулат универсальной функциональности, согласно которому в обществе нет нефункциональных элементов (в том числе и религия не может рассматриваться как нефункциональный элемент общества). Религиозные верования в каждом обществе выполняют жизненно важные функции, обеспечивая его целостность.³² Для Парсонса наиболее значимыми были процессы и структуры, обеспечивающие общественную интеграцию. Важнейшими функциям социальных систем он считал интеграцию, адаптацию, воспроизводство структуры. Именно за воспроизводство структуры отвечают в обществе верования, мораль и институты социализации. Религия, делающая особый упор на ценности, обладает способностью «поддержания образцов» (поведения, социального взаимодействия). Помимо интеграции религия выполняет в обществе и легитимирующую роль.

Лингвистические концепции, объясняющие суть религии появились на основе исследований мифологической школы в религиоведении. В рамках такого подхода использовались данные сравнительного языкознания, мифологии и фольклористики. Центральным элементом религии здесь считался миф. Я.Гримм, являясь одним из основателей мифологической школы, основал традицию использования для объяснения архаических мифов с помощью материалов фольклора современных народов. Ему же принадлежит известная идея двоеверия, с помощью которого были объяснены непонятные явления в духовной жизни христианских народов, в древности исповедовавших язычество. Я.Гримм также высказал мысль о том, что народные сказки, былины и т.д. являются выродившимися мифами.

Английский представитель мифологической школы М.Мюллер в изучении религии пользовался методами сравнительного языкознания. Он ввел термины «сравнительное религиоведение», «сравнительная мифология». Отвергая концепции анимизма, фетишизма, М.Мюллер выделял в религии две стороны: внешнюю и внутреннюю. Человек обладает способностью веровать вообще, вне зависимости от конкретно-исторических форм религий и языка. Это означает способность понимать бесконечное (по мнению Мюллера, она свойственна разуму в отличие от рассудка и чувства). Источник религии заключается в соединении чувства конечного и чувства бесконечного.

Язык играет в формировании религии ведущую роль. Мюллер проанализировал различные направления религий, соответствующие определенным семействам языков. Так, древняя китайская религия (туранское семейство языков) обладала односложностью. Божественный пантеон древних китайцев включал огромное количество духов, олицетворявших различные явления в природе, односложных и мало связанных друг с другом. Постепенно сформировалась религиозно-философская вера в высший порядок, в наличие абстрактных сил. Высшие силы как предмет веры получили различное обозначение в различных системах, сформировавшихся внутри языка: их стали называть материей (философское постижение), добром и злом (язык нравственности), небом и землей (язык мифологии).

Политеистические арийские религии почитали Бога в природе. Семитические религии почитают Бога в истории. Для их последователей актуальнее была тема божественного управления историей, нежели природой. М.Мюллер отмечает, что названия семитских божеств эпохи политеизма связаны с обозначением некоторых нравственных или социально-политических качеств («сильный», «достойный почитания», «господин», «царь»). Впоследствии произошло смешение многих семитских божеств, что и стало основой для монотеизма. Различные религии, относившиеся к культурам туранских, семитских, арийских языков, обладали общими особенностями. В китайском религиозно-философском понимании мира выделялись активная (мужская) и пассивная (женская) силы. Именно от этого сформировался образ великого Неба (созидающее первоначало). Верховное божество в религиях и мифологиях арийских народов имело одно и то же имя (производные от санскр. дьяус). (По версии Мюллера, первобытная молитва «Небу Отцу» со временем трансформировалась в молитву «Отче наш, иже еси на небесех».)

Религиозное сознание развивалось эволюционным путем от простого почитания сил природы к сложному философскому постижению Бога как духа.

Мифолого-линвистическим анализом мифологий и религий в ХХ в. занимались представители структурализма. От чисто описательных методов исследования структуралисты перешли к абстрактно-теоретическому рассмотрению объектов, вычленяя в таковых элементы и структуры. Основное исследовательское внимание сосредотачивалось на отношениях между элементами. Структурализм исходит из ряда положений семиотики (учения о знаках) и семантики (учения о смыслах, обозначениях). Швейцарский лингвист Ф.Соссюр изучал язык как знаковую (семиотическую) систему. В отличие от своих предшественников, он изучал язык не только исторически (происхождение, история, этимология слов), но и как живое действенное средство общения, имеющее определенную структуру. Изучалась система взаимных отношений в языке. Лингвист разграничил язык (система элементов и правил, которая используется в речевом акте) и речь (собственно речевой акт, говорение). В полном объеме языком владеет не отдельный индивид, а вся языковая общность. Элементы, слагающие язык, двойственны. Каждый из них включает выразительно-речевую форму (знаки выступают в виде речевых форм, которые могут быть произнесена и восприняты) и содержательную (знак содержит определенный смысл). Такой двойственностью обладает и любая знаковая система (язык жестов и т.д.).

Идеи Соссюра были использованы в религиоведческих исследованиях. Представитель французского структурализма К.Леви-Стросс применил методы структурной лингвистики к этнографическим исследованиям. Главным методологическим требованием в таких исследованиях было утверждение единства научного метода (не противопоставлять методы естественнонаучные и гуманитарные, а найти рациональный синтез таковых). Первой процедурой его метода было рассмотрение социальных фактов в качестве «вещей». Вторая процедура предполагала проверку (верификацию). Проверка, предлагаемая Леви-Стросом, означала испытать на себе интимный опыт другого человека и являлась средством достижения истины как в естественном, так и в гуманитарном знании. Цель исследований ученый назвал суперрационализмом (это понятие означает интеграцию, восстановление утраченного единства и гармонии чувственного и рационального в познании). Рациональное существует в виде обозначающего, чувственное – в виде означаемого. Обозначающее неразрывно связано с означаемым, их соотношение в сознании фиксируется бессознательно.

Соответственно выделяются два типа познания: примитивное (магическое, мифическое) и современное научное. Главной характеристикой «дикого мышления» Леви-Стросс назвал априорное стремление внесения порядка в беспорядочное. В этом смысле первобытное мышление – основа всякого мышления. Первой формой упорядочения является классификация. Мифическому мышлению свойственны комбинаторность (соединение различных чувственных элементов в единое целое), инвариантность и универсальный характер символической функции. В мифическом мышлении происходит «отклонение событийных цепей и тем, но при этом структура мифа отражает и, значит, сохраняет «идеальную точку», в которой отклоняющиеся «лучи» сходятся»³³. Древнее сознание характеризовалось смесью цепкости и бессилия в отражении объекта и процесса. «Мифы, пободно обрядам, бесконечны». Первобытное мышление подчинено логике чувственных качеств, разворачивающейся не в виде абстрактных понятий, а в виде образов и метафор. В научном мышлении понятие является логическим воплощением и обозначением образа, в первобытном – образ означает понятие. В первобытном мышлении существовала гармония чувственного и рационального. Все формы мышления способны продуцировать научные знания.

Важное место в концепции Леви-Стросса принадлежит соотношению сознательного и бессознательного. Леви-Стросс выделил ключевые особенности мифа: 1)миф является неотъемлемой частью языка, он является более объемным, находясь и в языке и вне его; 2) миф определяется через временную систему (соединение обратимого и необратимого в системе мифа); 3) миф связан с прошлыми событиями («до сотворения мира», «в эпоху сновидений» и т.д.), в то же время миф касается и современности; 4) миф – это язык особой природы, в котором смысл отрывается от своей лингвистической основы. В мифе присутствуют бинарные оппозиции (левый-правый, верх-низ, мертвый-живой и т.д.). Противоречия, фиксируемые бинарными оппозициями, снимаются в сознании с помощью идеи мана. Человек разумный, общество, культура возникают и развиваются не на основе материального производства и орудий труда, а благодаря появившемуся артикулированному языку.

Итак, были затронуты лишь некоторые из многочисленных концепций и теорий, пытающихся научно изучать религию и религиозные проявления. Общим для религиоведческого подхода является то, что каждая из разработанных в данном русле концепций и теорий внесла свой вклад в познание религии, исследовав различные аспекты религии, ее структуру, функции, психологические механизмы и др. В целом они рассматривают религию как значимое явление социокультурной жизни общества, как важный фактор в человеческом существовании. Нет нужды «ругать» или «хвалить» религию или ее исторические формы: данное явление нуждается в непредвзятом исследовании. Опираясь на основные выводы и методологические требования религиоведческого подхода, данное пособие предлагает рассматривать религию как явление социальное. Именно такое рассмотрение позволит проследить связь конкретных религиозных и конкретных правовых феноменов.