3. Понятие идеи

Можно согласиться с Делезом, который считал основной задачей низвержение платонизма, как и согласится с тем, что сохранение при этом многих черт платонизма желательно. Опроверг­нуть же платонизм, по Делезу: «отвергнуть примат оригинала над копией, образца – над обра­зом. Восславить царство симулякров и отражений» (Раз и повт. с.90)

Делёз подчеркивает проблематичность Идеи, вспоминая при этом Канта, который, как мы знаем, считал сутью Идеи её проблематичность и антиномичность. Для него Разум – это, пре­жде всего, способность ставить проблемы. Хотя у Канта присутствует момент негативизма в оценке Идеи, который потом будет развит позитивистским направлением в философии. Но, как правильно подчеркивает Делёз, это не является основным в оценке Кантом Идеи. Имение по­ставить проблему, задать «идею» чего-либо как про­блему – это непустое занятие, а обладаю­щая смыслом и содержательостью деятель­ность мысли. Идеи, говоря языком Делёза «кишат в трещинах», которые возникают в результате искажений и мутаций ментальности, путаясь про­извести «штопку» разорванной ментальности. Более того, идеи динамичны, они движутся и меняются, в этом их суть. Здесь Делёз берет образ дифференциала для понимания Идеи. Идея полу­чает свою определенность через «отношение», как и дифференциал через отношение бес­конечно малых – dy / dx.

Но это у Делёза не только образ, дифференциальное исчисление для него есть производное от этой исходной динамики Идеи. И дифференциальное исчисление это – «лишь математический инструмент, который даже в в своей области не обязательно представяет самую законченную форму выражения задач и создания решений относительно порядка воплощаемых им диалектических Идей»(Р.и п. с.224). Он во­обще рассматривает дифференциальное исчисление крайне широко: «если Идея- диф­ференциал мышления, то каждой идее соответствует дифференциальное исчисление- алфифит того, что значит мыслить. Дифференциальное исчис­ление – это не плоский утилитарный счет, грубый арифметический счет, подчиняющий мыш­ление другим ве­щам и другим целям, но алгебра чистого мышления, высшая ирония самих за­дач – единственное вычисление «по ту сторону добра и зла»» (Р.и п. с.225)

Далее Делёз утверждает: «Идеи – это множества; каждая Идея – множество и разнообразие» (Р.и п. с.225). Идея – это Структура, понимаемая как комплекс взаимодействующего множества элементов.

Вот что он пишет относительно этого: «Мы называем дифференциацией (differentiation) опре­деление виртуального содержания Идеи; мы называем дифференсиацией (differensiation) актуа­лизацию этой виртуальности в различных частях и видах» (Р. и п. с.254). Хочется заметить, что совершенно непонятно зачем вводить эту новую терминологию в философство­вание и без того перегруженную различными концептами с «блуждающими» значениями. На мой взгляд – это явно безответственный поступок для философа, который уважает сферы своей деятельности.

«Идея целиком включена в математико-биологическую систему дифферен ц\с иации. Но мате­матика и биология фигурируют здесь лишь в качестве технических моделей ис­следования двух половин различия – диалектической и эстетической, темы виртуаль­ного и процесса актуализа­ции. Диалектическая Идея дважды детерминирована разнообразием дифференциальных связей и дистрибуцией соответствующих особенностей (дифференциация). Эстетическая актуализация дважды детерминирована спецификацией и составом (дифференсиация). Спецификация вопо­лощает связи, а со­став – особенности. Актуальные качества и части, виды и числа соответст­вуют элементу количественности и элементу качественности Идеи» (Р.и п. с.270)

Но есть еще третий аспект, подчеркивает Делёз, который доколичественен и докачест­венен – это потенциальность и драматизм Идеи.