3. Французское неогегельянство

Расцвет неогегельянства во Франции приходится на послевоенный период. Он в глазах тогдашних «модных» представителей французской философии, (как и в марксистской) интерпретируется как вершина классической философии. Но, в отличие от марксист­ской ин­терпретации, он рассматривается с «экзистенциальным» оттенком. Основы эк­зистенциального рассмотрения гегелевской философии заложено еще В. Дильтеем, ко­торый написал работу «История молодого Гегеля» (1904), а с публикацией работ ран­него Гегеля Г. Лассоном (1923), Й. Гофмейстером (1936) интерес к творчеству раннего Гегеля усиляется, он начинает интерпретироваться по-экзистенциалистски.

1. ВАЛЬ Ж.(1888-1974)

Жан Валь – французский философ, неогегельянец, который близок к экзистенциализму. Основ­ные работы: «Плюралистическая философия в Англии и США» (1920), «Роль мгновения в фи­лософии Декарта» (1920), «Несчастье сознания в философии Гегеля» (1929), «Философия экзи­стенции» (1952), «Трактат о метафизике» (1953), «Направле­ния экзистенциалистской философии» (1954)

2. КОЖЕВ А. (1902-1968)

Александр Кожев (Кожевников) – французский философ русского происхождения. Фи­лософ­ское образование получил в университетах Гейдельберга и Берлина. В Гейдель­берге под руко­водством Ясперса подготовил диссертацию о Вл. Соловьеве. Интерпре­тацию Гегеля он ведет на основе идей Гуссерля с экзистенциалистским оттенком.

ГЕГЕЛЬ И ГУССЕРЛЬ

Кожев утверждает, что метод Гегеля, как и метод Гуссерля, является описательными процедурами. Он считает, что их методы абсолютно эмпиричны. Кожев подчеркивает, что Ге­гель ставил задачей так выстроить мышление, чтобы оно вскрывало реальную диалектику бы­тия, и именно в этом он утверждал тождество бытия и мышления. Здесь мы имеем интерпрета­цию Кожевым философии Гегеля как философии реального. Ге­гель предстает почти позитивистом: «… «метод» гегелевского ученого заключался именно в отсутствии какого-либо метода или образа мысли, свойственного именно его Науке. Обычный человек, заурядный уче­ный и даже до-гегельянский философ каждый на свой лад противопоставляют себя Реальности и деформируют её, противопоставляя ей способы действия и методы мышления, свойственные им самим. Мудрец, напротив, целиком и полностью примирен со всем тем, что существует: он без остатка доверяет себя Бытию и полностью открывается Реальному, не оказывая ему сопро­тивления. Его роль состоит в том, чтобы стать абсолютно гладкой и бесконечно протяженной зеркальной поверхностью: не он рефлектирует над Реальностью; напротив, - сама Ре­альность отражает себя в нем, отражается в его сознании и раскрывается в своей диа­лектической струк­туре посредством дискурса Мудреца, который лишь описывает ее, оставляя без изменений.

Если угодно, «метод» Гегеля – чисто «эмпирический» или «позитивистский»: Гегель наблюдает Реальность и описывает то, что он видит, и ничего более. Другими словами, он про­ходит через «опыт» (Erfahrung) диалектического Бытия и диалектической Реаль­ности и, таким образом, он направляет их «движение» в всой дискурс, который он опи­сывает» (Кожев А. Идея смерти в философии Гегеля. М.: 1998. С.16)

Он считает, что:

«1) Гегелевская диалектика – это не метод исследования или фиософского изложения; это пре­жде всего адекватное описание структуры Бытия, его реализации* и проявления.

2) Сказать, что Бытие диалектично, значит сказать, что (с онтологической точки зре­ния) оно представляет собой Тотальность, включающую в себя Идентичность и Не­гативность. Это значит также (с метафизической точки зрения), что Бытие реализуется не только в качестве природного Мира, но и в качестве Мира Истории (человеческий Мир), что два этих мира ис­черпывают собой тотальность объективной реальности (а божественного Мира не существует). Это значит, наконец, с феноменологической точки зрения) объективная реальность существует эмпирически и проявляет себя не только как неодушевленная вещь, растение или животное, но также и как свободный исторический, по самой своей сущности временный, или смертный ин­дивид (который ведет борьбу и работает). Таким *образом, утверждать, что существует То­тальность, или Опосредование, или диалектическое Снятие, - это значит утверждать, что по­мимо наличного Бытия существует еще и творческое Действие, ведущее к Труду» (С.128-130)

КУЛЬТУРОЛОГИЯ

«Если Природе доводится совершить ошибку (к примеру, рождается животное с физи­ческим недостатком), то она незамедлительно устраняет (животное умирает или охтя бы не размножается). Только ошибки, совершенные человеком, длятся безгранично и благодаря языку передаются вдаль. Человека можно было бы определить как ошибку, удерживающуюся в существовании и длящуюся в реальности. Однако, поскольку ошибка ознаначает расхождение с реальностью, поскольку ложно другое относительно того, что есть, постольку можно также сказать, что ошибающийся человек – это Ничто, которое ничтожествует в Бытии или «идеал», присутствующий в реальном.

Только человек может ошибаться, при этом не исчезая: он может продолжать существовать, постоянно ошибаясь в существующем; он может жить своим заблуждением или в заблужде­нии; и заблуждение или ложь, которые есть ничто сами по себе, становятся в нем реальными» (Кожев А. Идея смерти в философии Гегеля. М.: 1998. С.31)

Он считает, что удержание заблуждения имеет фундаментальный смысл в человече­ской куль­туре. Всякая истина есть истина выраженная в языке, который сам по себе есть идеальное обра­зование, не соответствующее реальности. Истинность обнаружива­ется в заблуждении: «..всякая истина в подлиннном смысле есть исправленнное заблуждение» (С.32). Но суть состоит не только в этом. Это удержание заблуждения в культуре возможно благодаря тому, что оно мо­жет быть реализовано в реальности. И это действие по реализации есть Труд: «Действие, кото­рое преобразует данную реальность с тем, чтобы сделать истинным человеческое заблуждение, речь, рассогла­сованную с этой данностью, называется Трудом…» (С.33). Здесь он приводит хо­роший пример относительно того, что если поэт в Средние века писал он человеке, который ле­тит над океаном, то это считалось бредом или поэтической метафорой, не имеющей отношения к реальному положению дел, но в современности мы это высказывание мо­жет рассматривать как истинное высказывание.

В этом отношении получается, что: «Истина есть заблуждение, ставшее истинным (или «диа­лектически устраненное» в качестве заблуждения); ведь именно реальное отрицание данности через Труд преобразует заблуждение в истину; истина с необходимостью диалектична в * том смысле, что она происходит из реальной диалектики Труда. Аналогично этому действительно адекватное словесное выражение истины должно отдвать себе отчет в своем диалектическом происхождении, в своем рождении из труда, который совершается человеком в лоне Природы» (С.33-34)

3. ИППОЛИТ Ж.

§

§