Понятие, признаки и значение субъективной стороны преступления.
Субъективная сторона преступления
В процессе своей жизнедеятельности человек, совершая те или иные действия, получая те или иные результаты, испытывает в отношении этих действий и результатов различные эмоции: стремление к результату, безразличие, огорчение; им движут определенные мотивы и цели. Это целиком касается и преступных деяний человека. Только тогда лицо может быть привлечено к уголовной ответственности, когда в его деянии проявились его сознание и воля, выражающие отрицательное отношение к интересам личности и общества. Эти характеристики охватываются категорией вины.
Субъективная сторона преступления — это психическое отношение лица к совершаемому им преступлению, которое характеризуется конкретной формой вины, мотивом и целью.
Непременным элементом субъективной стороны преступления является вина.
Рис. 13.5. Субъективная сторона преступления
Вина — это психическое отношение лица к совершаемому им преступному деянию и его последствиям, выраженное в форме умысла или неосторожности.
Умысел — самая распространенная форма вины; имеет место, когда лицо сознает общественно опасный характер своего деяния, предвидит его общественно опасные последствия и желает (прямой умысел) или хотя и не желает, но сознательно допускает (косвенный умысел) их наступление.
Осознание общественно опасного характера своего деяния предполагает понимание социальной значимости объекта посягательства, вредоносности действия (бездействия) для системы общественных отношений; лицо осознает, как бы заранее видит совершение преступления в конкретное время, в конкретном месте, при определенных обстоятельствах, определенным способом. Умысел не обязательно предполагает осознание уголовной противоправности деяния. Незнание закона не освобождает от ответственности. Однако понимание общественной опасности деяния все же в определенной степени связано с представлением о запрещенное деяния в нормах права.
Субъект предвидит наступление вредных последствий своего деяния, представляет приблизительно, как его действия приведут к определенному результату.
Желание наступления последствий (прямой умысел) означает стремление к конкретному результату. Так бывает, когда последствия являются конечной целью преступления, либо промежуточным, но необходимым этапом в достижении конечной цели, либо необходимым средством для достижения цели.
Сознательное допущение последствий (косвенный умысел) означает, что виновному данные последствия не нужны, они ему безразличны, они — та цена, которую он готов заплатить за достижение определенных целей.
Умысел — наиболее опасная форма вины, так как лицо сознательно направляет свои действия на причинение вреда пра- воохраняемым интересам, и соответственно наказываются такие преступления всегда более сурово, чем неосторожные.
Неосторожность - не менее опасная форма вины. Наше время характеризуется ростом числа источников повышенной опасности, работа с которыми требует предельной четкости и осторожности. Поэтому растет удельный вес неосторожных преступлений в нашем обществе. Корни неосторожности заключаются в недостаточной значимости для лица правоохраняемых интересов, и как следствие — в недостаточной внимательности, легкомыслии, завышенной самооценке. Иногда неосторожность может иметь место вследствие обшей физической усталости, замедленной реакции.
Для того чтобы признать в действиях лица вину в форме неосторожности, необходимо установить:
наличие обязанности лица решать и действовать в рамках установленных норм безопасности;
принятие лицом неправильного решения;
наличие конкретной возможности в конкретной обстановке действовать в рамках требований безопасности.
Неосторожная форма вины подразделяется:
на легкомыслие, когда лицо предвидит, что в подобной ситуации в принципе возможно наступление вредных последствий, но легкомысленно, без достаточных на то оснований, рассчитывает на их предотвращение. Сознание и воля лица направлены на предотвращение этих последствий, оно рассчитывает на какие-либо обстоятельства, которые помогут предотвратить наступление последствий, но, к сожалению, расчеты лица не оправдываются;
небрежность, когда лицо не предвидело наступления последствий, но должно было и могло предвидеть. Ситуация должна создавать лицу объективную возможность предвидения последствий, лицо по индивидуальным качествам имело возможность оценить сложившуюся ситуацию, предвидеть последствия, и нет обстоятельств, препятствующих такому предвидению.
Сущность вины заключается в отрицательном отношении субъекта к охраняемым законом и нарушаемым им интересам общества — от откровенно враждебного до недостаточно внимательного.
Иногда статья УК РФ, предусматривающая конкретный состав преступления, содержит указание на мотив и цель преступления. Например, служебный подлог — это внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из корыстной или иной личной заинтересованности. В этом случае такое же деяние, но совершенное в других целях, нежели указанные в статье, не будет квалифицироваться как преступление.
В истории человечества к институту вины существовало неоднозначное отношение. В XIX в. тюремный врач Ч. Ломброзо, основоположник антропологической школы уголовного права, сделал вывод, что преступление — такое же естественное явление для человека, как рождение и смерть. Преступник генетически запрограммирован на совершение общественно опасных деяний, о чем говорят определенные особенности его физического строения (стигматы). Поэтому лицо, совершающее преступление, не виновато, такова уж его судьба. К таким лицам должны применяться уголовно-хирургические меры. Но ведь если установлена такая закономерность, можно не ждать, пока потенциальный преступник раскроет себя, его можно обезвредить и без вины.
В конце XIX — начале XX в. широкое распространение получила социологическая школа уголовного права. Она провозгласила, что предпосылкой совершения преступлений является его социальное положение, принадлежность к тому или иному классу. Поэтому допускалось уничтожение людей но классовому признаку как потенциальных преступников, как это было в России в первые два десятилетия после установления советской власти.
Согласно классической школе уголовного права наказание без вины невозможно. Таким образом, если человек не мог или не должен был предвидеть наступления вредных последствий своего деяния, то, какими бы страшными ни были эти последствия, об уголовной ответственности не может быть и речи.