Место, где стоял «Дом боярина»

Малый замок первоначально не имел оборонительных укреплений. Первые жители его селились в основном по краям площадки в наземных срубных постройках с глинобитными печами и деревянными полами. Дома посада стояли тесно. Между домом нашей семьи и соседским было не более 6 метров. Хозяйственные постройки располагались отдельно в западной части холма. Семья, жившая здесь, считает себя старожилом города  она поселилась в Новогрудке еще в Х веке.

Место для дома выбрали над обрывом, поставили его окнами на новогрудские околицы. Наследственным ремеслом начали заниматься не в нем  этот сгорел, не простояв и полвека. В начале ХІ столетия выстроили новый, немного отодвинувшись от соседа. Дом тоже был деревянным и тоже простоял недолго  сгорел. Не отчаялись  в конце ХІ столетия возвели еще один, вместительнее, на две половины, благо средства были, ремеслом владели редким  «кузнецы злату»  и тайны знали. В заказчиках церковь, князья да бояре, соседи за советом ходят, шапки ломают…

Следующий, четвертый по счету дом пришлось ставить в ХІІ веке, когда квартал признал хозяина дома главой новогрудских ювелиров. В это время территория Малого замка была уже обнесена земляным валом и превратилась в окольный город Новогрудка. Дом «нашей» семьи встал не хуже княжеского: из дерева и кирпича, двухэтажный, прямоугольный в плане, площадью почти в 80 м², блестит на солнце стеклами окон. Стены в доме оштукатурены и расписаны фресками.

Краски яркие, праздничные: красная, белая, желтая, черная, коричневая, зеленая. Соперничают, перекликаются друг с другом. В простенке на бело-желтом фоне  красно-коричневое изображение мужчины, голова в профиль. Уж не хозяин ли? Скорее, покровитель хозяина  шапка-то княжеская. Безбородое лицо с прямым носом. Из-под надвинутой на лоб голубой сафьяновой шапки с меховой оторочкой вьются темные волосы...

У стен в ларях посуда и местная, и привозная. Вот из Византии сосуд темного стекла с крышкой в виде фигурки собачки. И этот оттуда же, изящный, молочно-белый, расписанный золотом. Сине-зеленые стаканы, украшенные вверху рядами белых нитей,  они из Сирии. А фаянсовые блюда с росписью марганцем и кобальтом из Ирана.

В византийском, из костяных резных пластинок ларце безделушки хозяйки, и привозные, и подаренные мастером: пуговки, бубенчики, нитки бус, браслеты  стеклянные, золотые, бронзовые; подвески, перстни разноцветные стеклянные  зеленый, синий, желтый, фиолетовый, янтарный. А этот золотой, с красным камнем, привезен из дальних стран. Узкая поверхность перстня поделена на равные части, в каждой из которых выгравирована латинская буква. Некоторые буквы стерлись, и не поймешь, что написано: изречение или молитва? Такие же перстни семь веков спустя будут хранить в Британском музее.

Но и хозяин  умелец искусный. Его мастерская тут же, на первом этаже. У печи верстак с тигельками, формами. Размеренно текут будни, но набег неприятеля прерывает мирный труд. Не помогли и валы, окружившие квартал, поставленные заботами главы ювелиров.

Все заново. Пепелище выравнивают, засыпают песком. И пятый дом наперекор всему сияет новыми стеклами. И по-прежнему у печи мастер со своим хитрым инструментом  напильниками, молоточками, клещами, ступочками... Но и на этот раз заказ не суждено было закончить. Рядом с начатой работой археологи нашли обломок стрелы. Везде осколки дорогого стекла, фаянса. И – уцелевшее чудо, находка, названная выдающейся,  толстостенный кубок из дымчатого стекла высотой 12 см. На стенках его вырезаны фигурки льва и грифона, древо жизни. Сосуды, аналогичные новогрудскому, хранятся в соборах и музеях Польши, Германии, Голландии, Англии. Они носят название «Кубок Ядвиги». Согласно легенде, такой кубок принадлежал жене герцога Силезии Ядвиге, канонизированной в 1267 году.

Ближайшей аналогией новогрудскому является кубок из Британского музея. Изготовлялись они на Востоке, в Европу попали через крестоносцев. Этим сосудам приписывались целительные свойства, в христианских храмах Европы они служили дарохранительницами. Археологи считают, что в Новогрудок «Кубок Ядвиги» попал из Константинополя, с которым город имел тесные торговые связи.

От набега к набегу все меньше жителей оставалось в окольном граде, но наша семья продолжала упорствовать. Отойдя от свежего пепелища, прижавшись к валу, встал в начале ХІІІ века шестой дом. Он простоял до нападения в 1274 году галицко-волынского князя Льва Даниловича  того самого, что семью годами ранее убил Войшелка, того самого, чьим именем назван город Львов.

Вот так более двух с половиной веков на одном месте и прожили. Поразительно  скажем мы. Нет аналогий  беспрестанно повторяют в своих монографиях и статьях археологи. Удивляют жилые постройки новогрудцев ХІІ  ХІІІ веков, в которых археологов поражало все: большие размеры (площадью до 100 кв. м), наличие кирпича (из него делали поды печей) и, особенно, оконного стекла (до раскопок в Новогрудке считалось, что на Руси в ХІІ веке стекло, которое в ту пору было очень дорогим, ставили лишь в крупных каменных храмах).

Удивительна коллекция новогрудской стеклянной и фаянсовой посуды, не имеющая себе равных среди материалов других древнерусских городов. По количеству амфор  а они, наполненные вином и маслом в далеком Херсонесе и привезенные за две тысячи верст, стоили недешево  Новогрудок занимает одно из первых мест.

В ХІІ  ХІІІ веках город наводнен привозными вещами. Новогрудок, который, как мы уже говорили, по размерам своих укреплений принадлежал к небольшим городам и в котором было раскопано всего 2000 м², по находкам предметов роскоши соперничает с прославленными древнерусскими городами, а в ряде случаев является обладателем уникальных вещей  вспомним хотя бы тот же «Кубок Ядвиги». Одним словом, если все это можно уместить в одно слово, город имел широкие торговые связи с Киевом, Причерноморьем, Ближним Востоком, Польшей и Прибалтикой.

Все это и позволило археологам и историкам сделать вывод о том, что Новогрудок конца ХІ  ХІІІ веков значительно обгонял по экономическому и культурному развитию многие города Верхнего Понеманья. И в этом немалая заслуга квартала златокузнецов  редкое их ремело высоко ценилось и, конечно же, способствовало расцвету города.

Может быть, в этом и кроется разгадка того, почему к ХІІІ столетию город уже созрел для своей особой миссии и властно заявил о своих правах  стать стольным градом зарождавшейся великой державы. Провидению было угодно выбрать именно его!

Как знать, какие еще загадки Замчище преподнесет и приоткроет специалистам в будущем, но нам настало время распроститься с этим уютным уголком старого Новогрудка и, пройдя по Замковой улице, свернуть на Почтовую, бывшую Базилианскую, где нас ожидает встреча с замечательным памятником архитектуры  Борисо-Глебской церковью, не уступающей своей древностью Замчищу, ибо возраст ее исчисляется начиная с ХІІ столетия.