П.Тороп тотальный перевод

Из главы: Текстовый перевод

Текстовый перевод является самым традиционным предметом переводоведения. О переводе текста в текст больше всего написано, больше всего дискутировано и методологически текстовый перевод является тем материалом, на котором продуктивнее всего обосновать общую методологию переводоведения. С точки зрения тотального перевода текстовый перевод является также центральным понятием, так как остальные виды тотального перевода означают прежде всего процессы, проецируемые на текстовый перевод. Метатекстовый перевод является серией трансформаций текста, его множественного и очень разнообразного вхождения в чужую культуру. Ин- и интертекстовый перевод иллюстрируют процесс перевода в себя, поглощение текстом других текстов. Экстратекстовый перевод демонстрирует возможность разложения текста на составляющие коды, передаваемые по разным каналам коммуникации и при помощи средств, не вытекающих из онтологии текста, т.е. выводимость текста из себя. Все возможности вместе и составляют тотальный перевод, реальный процесс, наблюдаемый в каждой культуре, который может быть описан и изучен при помощи единого подхода. <…>

Не существует процесса перевода вообще, даже самая абстрактная его модель всегда является отношением между подлинником и переводом и не может строиться без учета общих структурных характеристик любого текста. В идеальном случае сам подлинник диктует оптимальный способ его перевода, «адекватность» как предмет теории перевода включает в себя идеальную схему исходного оригинала, выступающую как обязательный регулирующий принцип и как рамки, в пределах которых действуют все остальные, более конкретные принципы»¹. Как психологически, так и методически текст подлинника сопоставляется в начальной стадии процесса перевода с виртуальным текстом на переводном языке и определение переводимости текста начинается с определения его представимости в новом языковом и текстовом материале. Представимостью как рабочей гипотезой возможной цельности перевода предопределяются параметры переводимости.

Можно сказать, что перевод связывает реальный текст и возможный текст. <…> Так как процесс перевода протекает между двумя текстами, то и общая характеристика этого процесса должна вытекать из особенностей текста вообще.

Под текстом мы будем понимать не только некое графически зафиксированное сообщение, но сложное целое, находящееся на пресечении вне- и внутритекстовых связей; только на основе их сопоставления можно говорить о понятии текста. В переводческой деятельности сливаются три уровня, различаемые в описании культуры: общеязыковое содержание текстов, текстовое содержание и функции текстов². Именно в таком аспекте следует, видимо, понимать и Ж.Мунэна, утверждающего, что «филология является переводом», т.е. своего рода «послеизданием» текста и его «предизданием» для перевода³. Внутритекстовые связи позволяют выявить лишь то, что является предметом «стандартной поэтики и риторики» и является только первым этапом анализа. Только внетекстовая информация позволяет на этом фоне определить специфические черты текста. Выявление соотношения нейтрального и специфического является одной из центральных проблем анализа текста, особенно в целях перевода.

Анализ незнакомого текста на иностранном языке предполагает «усвоение новых структур как содержания, так и выражения»¹. С одной стороны, это сопряжено с пониманием любого иноязычного языкового сообщения, связанного с конкретной действительностью (национально-культурная коннотация), с другой же стороны, например, «поэтическое сообщение направлено на себя. Оно предметом репрезентации имеет само себя» (индивидуальная коннотация). Так мы подошли к проблеме, названной в свое время центральной для науки перевода – соотношения планов содержания и выражения. <…>

Различие планов выражения и содержания является основой понимания процесса перевода в виде двух взаимосвязанных процессов. Чаще всего говорится об изменении плана выражения и сохранении плана содержания. Подобный подход предполагает существование критериев анализа планов содержания и выражения, что, в свою очередь, затрудняет определение границ перевода и вынуждает исследователей искать компромисс между ними, т.е. ощущается необходимость более функционального подхода. Это приводит к стремлению структурировать планы содержания и выражения, и в итоге появляются утверждения типа: «...принцип передачи в переводе соотношения между содержанием и формой будет следующий: сохранять формы, несущие определенные семантические функции, и не добиваться сохранения языковых форм»². В основе подобных утверждений имплицитно лежит осознание факта, что планы выражения и содержания получают разное осмысление в зависимости от уровня их анализа, т.е. на уровне языка, внутри- и внетекстовых связей они характеризуются по-разному. Так, уже в теории Л.Ельмслева планы содержания и выражения языка могут на более высоком уровне оказаться или в функции плана содержания (метасемиотика), или в функции плана выражения (коннотативная семиотика)³. В переводческой деятельности ва­жна и та, и другая. Конечно, планы содержания и выражения можно описать довольно строго на каждом возможном уровне, можно их анализировать отдельно, но такой анализ может всегда быть только операциональным, так как они «определены только по своей взаимной солидарности и ни один из них не может быть идентифицирован другим образом»¹, т.е. между ними установлены отношения взаимосвязанности и взаимозависимости. Ощущение этой взаимосвязанности приводит к более гибкому представлению обоих планов и в художественном произведении. Если уже из работ Л.Ельмслева вытекает мнение, что план выражения художественного произведения включает в себя и план выражения и план содержания языка, то под его планом содержания следует понимать художественную структуру произведения. Такое повышение функциональности анализа планов содержания и выражения привело некоторых исследователей к отказу от чрезмерного механицизма. <...>

Исходя из литературных текстов можно, таким образом, под планом выражения понимать конкретные формы актуализации художественной структуры данного текста. План содержания данного текста определяется его поэтической моделью. Понятие поэтической модели в связи с проблемами перевода было впервые рассмотрено В.Ивановым, который определяет ее как «поэтическое значение, несводимое к значению подстрочника, потому что в поэтическую модель входит не только непосредственное содержание стихотворения, в какой-то мере поддающееся прозаическому пересказу, но и модель структуры стихотворения. Понимаемая таким образом поэтическая модель стихотворного текста является фактом литературы, а не психологии поэта или отдельных читателей»². Поэтическая модель реализует только семантическую структуру, но оказывается зависимой и от стилевых, жанровых, национально-культурных и исторических форм и традиций.

Только после понимания механизма соотношения обоих планов можно говорить о возможности адекватного перевода, можно понимать, почему высказывания, тождественные на уровне языка, потеряют тождественность в рамках целого текста <…>. Определение через отношения обоих планов функций (значимости) элементов как плана содержания, так и плана выражения позволяет выделить одно из главных понятий переводоведения – понятие доминанты (доминантных отношений). Перевода без потерь не бывает. Поэтому в основе переводческой деятельности лежит «выбор того элемента, который считаешь наиболее важным в переводимом произведении»¹, т.е. объективный анализ текста, выделяющий доминанту как интегрирующую вершину иерархичного строения текста. Доминанта имеет вполне объективный характер и должна вытекать из произведения, а не из читательского (исследовательского) сознания или исторических условий, в чем и видел опасность теории «доминанты» В.Жирмунский. Выделение этого понятия необходимо для критики перевода, для определения метода перевода, на фоне доминанты осмысляются как пропущенные или добавленные элементы, устанавливаются их функции в структуре текста и соответствие поэтической модели.

В реальном процессе перевода доминанта отнюдь не зависит от типа исходного текста. Зависимость наблюдается лишь в идеальном процессе. Поэтому в первую очередь следует процесс перевода рассматривать как некоторые каналы переключения произведения из одного языка (культуры) в другой и отделить его от каналов восприятия и осмысления перевода. Все принципиальные возможности перевода (перемещение доминанты) должны быть описаны в теоретической модели процесса перевода.

В первую очередь мы хотели бы разграничить понятия «этапности» и «процессуальное» в описании. Любой реальный процесс перевода проходит множество этапов, характер которых зависит от индивидуальности переводчика и специфики переводимого произведения. С точки зрения научного описания целесообразнее выделить два этапа: направленный на подлинник и направленный на перевод (читателя), анализ и синтез. Анализ и синтез мы понимаем в духе Б.И.Ярхо. «Анализ в готовом виде есть описание, и притом описание, стремящееся к полноте»². Мы уже говорили, что для перевода первостепенную роль играют доминантные отношения. На этапе синтеза и происходит выделение этих отношений, т.е. «анализ выясняет факты, синтез – отношения»³. <…>

Таким образом, в теоретической модели процесса перевода следует выделить два этапа: анализ и синтез. Кроме того, в процессе перевода единая структура художественного текста оказывается вклю­ченной в два типа процессов: план выражения перекодируется средствами другого языка и культуры в план выражения переводного текста, а план содержания транспонируется в план содержания перевода. Если перекодирование является преимущественно процессом лингвистическим и формальным, то транспонирование связано с пониманием содержательной структуры текста, поэтической модели и является преимущественно процессом литературно-художественным. В методологическом плане, а также в случае адекватного перевода, следует говорить о взаимосвязанности этих процессов. Но переводческая практика (особенно историческая) вынуждает эти процессы рассматривать и отдельно, т.е. следует говорить об операциональной автономности процессов транспонирования и перекодирования.<…>

Основой модели процесса перевода являются, следовательно, два процесса, которые проходят два этапа. Исходя из сопоставления «этапности» и «процессуальное», можно выделить основные типы перевода. Идеальной реализацией процесса перевода является адекватный перевод. В случае адекватности можно сказать, что транспонирование и перекодирование проходят этапы анализа и синтеза, сохраняя при этом особенности взаимосвязей. Из этого вытекает и возможность нескольких адекватных переводов одного подлинника, так как особенности взаимосвязей обоих планов можно сохранить при помощи разных средств.

Возможные реальные актуализации этой общей модели можно охарактеризовать следующим образом (на материале стихотворного перевода):

1. Макростилистический перевод. Этот тип перевода исчерпывается аналитическим перекодированием, т.е. доминанта перевода лежит в плане выражения подлинника, который является основой и для воссоздания плана содержания. Перевод характеризуется в таком случае эквиметричностью, эквилинеарностью, точным соблюдением схем рифм и строфики.

2. Точный перевод является автономным аналитическим перекодированием, т.е. план выражения подлинника является не просто доминантным – им перевод и исчерпывается. Таким переводом является подстрочник, который еще только ждет серьезного отношения к себе.

3. Микростилистический перевод является синтезирующим перекодированием с доминантой в плане выражения, на основе которого воссоздается план содержания. С этим переводом связываются понятия экзотизирующего, локализующего, а также тройного переводов, т.е. главной целью является воссоздание средств выражения автора. <…>

4. Цитатный перевод является автономным синтезирующим перекодированием, имея целью лексическую точность в рамках формальных ограничений. Примером может послужить буквальный перевод. При этом повторяем еще раз, что выделение актуализации модели процесса перевода лишено оценочности, об оценке можно говорить лишь в рамках каждого отдельного принципиального типа перевода.<…>

<Далее в работе даются определения тематическому, описательному, экспрессивному и вольному переводам.>