Византийская археология о торговле и производстве в Византии.

Возможности визант. археологии в реконструкции системы торговли показал симпозиум 2004 г. в Оксфорде «Торговля Византии (IV–XII вв.): Недавние археологические работы» (Byzanntine Trade (4^th–12^th c.): Recent Archaeological Work). Для ранневизант. периода систему связей восстанавливают на основе анализа перевозок на большие расстояния зерна, амфор с вином и оливковым маслом, художественной столовой посуды. Удается проследить также местные торговые операции; организацию городской торговли; производство и циркуляцию товаров из металлов, слоновой кости, шелка, стекла и керамики. Товары из Византии обнаруживаются в Британии, на Красном и Чёрном морях, даже в Китае. Набор товаров и направление торговых путей устанавливают, картографируя точки кораблекрушений и находки керамической тары (амфор: Peacock D. P. S., Williams D. F. Amphorae and the Roman Economy. L.; N. Y., 1986); изучаются и торговые кварталы отдельных городов (Скифополь, Александрия).

Визант. археология способна освещать вопросы распространения продуктов визант. производства с т. зр. истории культурного влияния Византии на формирование новых христ. гос-в, особенно в Вост. Европе. В числе важных примеров — культура Великой Моравии X–XI вв., во мн. воспринявшая художественные и технические достижения Византии, и культура Др. Руси. Памятники археологии В. и. раскрывают влияние Византии на становление культур Сев. Европы, в т.ч. Англии и Скандинавии, и ее посредническую роль в переносе на Запад элементов культуры ислама. Интерес к этим процессам отражен в программах крупных симпозиумов. Артефакты из Греции достигали побережья Швеции (Бирка) и Исландии; в Скандинавию доставлялись церковные атрибуты из Византии (крест с Деисусом найден в саркофаге датской королевы Дагмар, † 1200); монеты императоров Византии X–XI вв. служили образцом для скандинавских и древнерус. монет, а рельефные орнаменты, восходящие к греч. прототипам Х в. (барабан ц. Осиос Лукас в Фокиде), легли в основу 400 вотивных стел с изображениями креста на Голгофе, собранных в Вестергётланде. Доходили до Скандинавии и визант. свинцовые печати имп. чиновников и церковных иерархов.

В изучении визант. производств (тканей, стеклоделия, строительства, керамического производства, ювелирного дела и др.) сложился ряд направлений с собственными аналитическими методами, в т. ч. естественнонаучными: Они имеют первостепенное значение не только для истории экономики, но также и для искусства, истории религии и Церкви.

История визант. стекла изучает центры производства и его связи с античным и вост. стеклоделием, технологии и их перенос в др. районы мира (в т. ч. на Русь), использование стекла в производстве бытовых и церковных сосудов; украшений, в архитектуре (витраж) и мозаике, в алхимии и др. Визант. стеклоделие тесно связано с рим. традицией, к-рая в I в. до Р. Х. ввела технологию выдувания и превратило стекло в массовую продукцию. Для Др. Руси важно изучение визант. стеклянных сосудов, браслетов, бус X–XIII вв., импорт к-рых был очень активен (О. М. Олейников). В церковном ювелирном искусстве стеклоделие важно для изучения производства эмалей (Т. И. Макарова) и литиков — стеклянных подражаний иконкам из камня. Изучается вопрос о происхождении витражного стекла в храмах К-поля (мон-рь Липса и др.) и Руси (Чернигов, Владимир, Ст. Рязань) в XII в.

Особую роль в культуре В. и. играло производство шелка и его распределение (о торговле; имп. дарах монархам Европы см.: Muthesius A. Byzantine Silk Weaving: AD 400 to AD 1200. Vienna, 1997). До VI в. шелк привозили из Китая и Центр. Азии (при раскопках находят печати VII–VIII вв. торговцев шелком); к Х в. было налажено местное производство (в т. ч. пурпурных тканей) в Коринфе, Афинах, Фивах и др. Центром торговли шелком с Русью и Болгарией была Фессалоника, в Зап. Европу он попадал через посредство Венеции. Археология В. и. изучает производство и распространение художественных тканей по находкам в погребениях (церковные ткани и облачения) с сохраняющейся органикой (раннесредневек. Мощевая балка; средневек. курганы и погребения в церквах России и Украины; в Зап. Европе). Для изучения последних особый интерес представляют результаты недавней выставки тканей из погребений в соборе Бамберга (кат. под ред. Г. Хельмеке: «Byzantinische und Orientalische Seidenstoffe: Grabfunde aus der Sepultur der Bambergen Domherren. Bamberg, 2001).

Изучение визант. археологии дает сведения о производстве строительных материалов, об организации производства мрамора в ранневизант. период, о переработке его в архитектурные детали на месте добычи, о производстве искусственного мрамора и скульптуры из него, архитектурной поливной керамики «никомидийского» типа (половой плитки, стенных украшений, икон) в К-поле, Вифинии и Болгарии, собранный в сб. «Константинополь и его округа» (под ред. Манго и Ж. Дагрона). Особую отрасль производства составляли керамические материалы: кирпич (изучение возглавляет Дж. Бардилл), кровельная черепица, половые плитки, трубы для дренажей и кладки сводов, декоративные архитектурные формы. Наиболее полный обзор по строительному производству в средневизант. (а отчасти в ранний и поздний) период дан в монографии Оустерхаута «Визант. мастера-строители» (Master Builders of Byzantium. Princeton (N. J.), 1999).

Изучение производства играет огромную роль для внутреннего развития визант. археологии. Так, непременным условием датирования является изучение керамического производства. Впервые хроно-стратиграфическая шкала на основе керамики создана в 30-х гг. XX в. по результатам раскопок ипподрома и Большого дворца (Д. Толбот Райс и др.), затем Афин (работы А. Франц) и Коринфа (работы Ч. Моргана). К 60-м гг. общую типологию и хронологию керамики установили для среднего и позднего периодов; к 90-м гг. были соотнесены шкалы К-поля и Греции (специальная подборка в «Cahiers Archeologiques». 1954. N 7). Отдельные типы изучали франц. (В. Франсуа, Ж. П. Содини, Спизер) и нем. (У. Пешлов) археологи, ученые из Греции, Турции и др. (библиогр. см.: Franзois V. Bibliographie analitique sur la céramique byzantine à glaзure. Istambul; P., 1997). Первый (неполный) обзор керамического производства в В. и. выполнен в 2001 г. англ. ученым К. Дарком. С сер. XX в. фундаментальные исследования по визант. керамике велись в СССР, прежде всего на основе работ в Крыму (Херсонес) и на Кавказе (Якобсон); продолжаются они и в России (Романчук и др.), затрагивая вопросы проникновения визант. товаров в Древнерусское и Московское гос-во (В. Коваль и др.).

Лучше всего изучена керамическая хронология V–VII вв., разработанная в трудах Дж. Хейеса на памятниках с обильным нумизматическим материалом (даты определены в пределах неск. десятилетий); с помощью лабораторных методов установлены пути проникновения визант. амфор в Сев. Африку и Зап. Европу (важные сведения дает изучение мест кораблекрушения: корабль у мыса Кызылбурун (Зап. Турция) с амфорами Х в., перевозивший архитектурные детали VI в.). Аналитическая работа ведется в Дамбартон-Окс, ун-те Иллинойса, в Англии (Оксфорд, Саутгемптон, Рединг). Изучено формирование высокотехнологичной краснолощеной визант. керамики из «позднеримской» (североафриканской, египетской, малоазийской). Доказана непрерывность производства глазурованных сосудов с рим. до конца ранневизант. времени (V — нач. VII в., в т. ч. в остатках кораблекрушения у берегов М. Азии (Яссыада II, ок. 625–626), что разрушает представление об их изобретении в мусульм. мире. Обнаружено также невизант. происхождение нек-рых распространенных в XIII–XIV вв. керамических типов (т. н. керамика св. Симеона и др.; библиография: La ceramica nel Mondo Bizantino tra 11 e 15 sec. e i suoi rapporti con l’Italia / Ed. S. Gelichi. Firenze, 1993). Обобщены сведения об использовании поливной керамики в церковном обиходе, для производства икон, популярных в Болгарии, известных в Греции и К-поле (1-й полный свод: Totev T. The ceramic icon in Medieval Bulgaria. Sofia, 1999).